Рыцарь.

      Крики, споры, желание привлечь виновного к ответственности за произошедшее — всё это, словно ведро ледяной воды, вылилось на рыцаря, что лишь виновато качал головой и устало говорил, что ему очень жаль. Он действительно сожалел — казалось бы, Клайд делал хорошую вещь, строил железную дорогу, огибающую спавн, дабы упростить передвижение. Но всё пошло крахом. Тут слишком низко, там несимметрично, а здесь вообще чуть ли не блок к блоку прилегает к зданиям. Ну где такое видано, в самом деле?! Может, все недовольные, решившие собраться в группу с швабрами наготове и правы. Может, ему не стоило даже пытаться. Может, не будь его на сервере, всем стало бы лучше? В последнее время он часто задавался этим вопросом. Что было бы, исчезни он с лица Майншилда? Кто бы это заметил? Да и когда? Вероятнее всего, на следующем заседании Совета, если его, конечно, кто-то ради шутки не заменит на подписанный манекен с его головой. А так никому и дела не будет. Клайд выслушивает каждую претензию, какой бы грубой она не была, принимает немногочисленные побои (так как многие, к примеру, как Альцест, не смогли поднять на него руку после того, как увидели, в каком состоянии находится парень), как-то уж слишком отстранённо вздыхает и медленно уходит к себе на базу. Лишь бы никто не видел его сейчас. Нужно извиниться перед Альцестом. Как-никак, но громче всех на сервере кричал он. Возможно, на первое время переделать дорогу над его территорией более симметрично, либо просто снести. Да и он правда виноват — не спросил разрешения и зашёл дорогой на территорию мужчины. Из-под шлема временами доносились прерывистые вздохи. Будто ему тяжело сконцентрироваться, успокоиться, отвлечься от произошедшего. Лично он не видел проблемы в самой дороге. Практически готовый путь, с растительностью по центру, огражденный по бокам стеклом и украшенный разными блоками акации. Мало кто оценил такой подход. Жаль, конечно. «Соберись. Рыцари должны быть сильными и не показывать своих слабостей при всех. Я вызвал лишь жалость своим видом. Нужно хотя бы извинения принести… более достойно.» — думал про себя Клайд, укладывая в фиолетовый шалкер незеритовые слитки и алмазы — как он надеялся, такой довольно дорогой подарок сможет загладить вину за произошедшее. Ну и, конечно же, в добавок к этому, в шалкере уже лежала книжка, где аккуратным, чуть ли не королевским почерком были написаны извинения, адресованные Альцесту. Когда рыцарь закончил собирать коробку с извинениями, его плеча коснулась чья-то рука. От неожиданности тот даже слегка вскрикнул, но быстро успокоился, увидев знакомое лицо с красной повязкой на глазах. — Подкрадываться к таким как я очень опасно, Диамкей. — без особого намека на какие-то яркие эмоции вновь поприветствовал он «гостя». — Извини. Просто ты выглядел таким грустным, когда стоял там и выслушивал всё наше недовольство, что я решил пойти за тобой и узнать, как ты. — Парень немного улыбается, поднимая взгляд в тёмную прорезь шлема, откуда даже не было видно глаз. Интересно, а как он всё видит таким образом? — Так… как ты? — Всё в полном порядке. — даже не пытаясь хоть как-то скрыть, что это неправда, отвечает Клайд, убирая шалкер в инвентарь. — Я просто устал и у меня болит голова. — Вижу, что у тебя не только голова болит, дружище. Я готов тебя выслушать, если захочешь. Или ты можешь ударить меня за то, что я тебе помогал, а мне не досталось. Думаю, я заслужил это от тебя. — Диамкей, всё с той же улыбкой убирает руки в стороны, открывая свою грудь, на что рядом стоящий лишь издал тихий смешок. — Не глупи. Я не буду тебя бить, ты всё равно лишь под конец… помогал. — последнее слово даётся ему с особенным трудом, учитывая, что после произошедшего называть это помощью было не совсем уместно. Скорее уж вредительство. — Извини, мне пора. Нужно навестить Альцеста и приготовить инструменты для сноса железной дороги. — А что с ней не так? Лично я не вижу ничего плохого. — подобный каламбур вызвал у Клайда новый смешок. — Хей! Я что-то не так сказал? — Нет, всё хорошо. Не бери в голову. — отмахивается парень. — Для многих эта дорога стала проблемой. Не хочу никому мешать. Я просто уберу её и всё встанет на круги своя. «И все вновь забудут про тебя. Даже следа на спавне не останется.» — голос разума не умолкал, заставляя погружаться в пучину отчаяния всё глубже и глубже. С появлением большого потока проблем, что свалились на него, голос становился лишь сильнее, громче, влиятельней. В такие моменты он, чаще всего, был один. И не мог пережить это, надев маску холодного безразличия. Место вновь заполнилось прерывистым шумным дыханием. — Клайд? С тобой всё хорошо? — Диамкей приподнимает свою повязку, чтобы получше оценить состояние друга, но не может. Тот будто в трансе, а шлем никак не помогал. Лишь затруднял обзор на голову. Дыхание становилось более прерывистым, будто он начинал задыхаться. «Давай, подожги всю дорогу. Сделай ещё хуже. Чтобы все видели, насколько ты жалкий слабак.» Ноги подкосились, и парень упал на землю. Светловолосый лишь больше запереживал. Присел перед упавшим телом, стал тормошить его за плечи, что-то кричать ему. Но что он мог услышать сквозь пелену уничтожающих мыслей? «Такие как ты недостойны носить звания рыцаря. Скорее уж крестьянин. Или хуже.» Голова почувствовала приятную прохладу, что осела на вспотевших от жара шлема волосах. Глаза, будто стеклянные шарики, уставились в никуда, а рот жадно, но, к сожалению, практически безуспешно пытался глотать такой необходимый сейчас воздух. По щекам стали бить, дабы привести в чувства. «Всем будет плевать. Никто не вспомнит о тебе и о твоих постройках. Ты — пустышка.» На губах внезапно оказалось что-то тёплое. Оно помедлило несколько секунд, прежде чем впустить в приоткрытый рот что-то кисло-сладкое, следя за тем, чтобы лежащий не захлебнулся. Стало вдруг так хорошо, что паническая атака покинула рыцаря, вернув того в реальность. Перед ним был всё тот же Диамкей, что облегченно выдохнул при виде пришедшего в себя, но в то же время резко покраснел от того, что только что сделал. Пусть и не нарочно, но он поцеловал его. Решил, что клюквенный сок поможет ему лучше, чем что-либо. Но ничего лучше и безопасней не смог придумать, чем передать его через свой рот. — О Господи, ты напугал меня! — Клайда несильно ударили по руке, а после крепко обняли, не собираясь в ближайшие несколько минут выпускать из своей хватки. — Извини. — только сейчас парень понял, что сидит без шлема. И светловолосый может смотреть на него. Чёрт чёрт чёрт, нужно сейчас же найти свой шлем и наде- — У меня в особняке наверняка найдётся бутылочка хорошего клюквенного вина. Приглашаю к себе на пробу, обещаю, ты нигде больше такого не найдёшь! Отказы не принимаются, кстати. Объятья разъединяются, а затем хрупкие на вид бледные руки протягивают ему потерянный головной убор. Напоследок Диамкею благодарно кивают и приподнимают уголки губ. — Хорошо. Только… мне правда нужно зайти к Альцесту. Пойдём вместе? В ответ лишь небольшой кивок. Спустя несколько шагов Клайд снова останавливает и поворачивает голову на собеседника. — То, что ты видел… Никому не слова об этом, ясно? Иначе в моей коллекции станет на одну голову больше. — Я могила. — он подносит руку ко рту и закрывает воображаемый замок на рту таким же ключом, а после выкидывает его куда-то далеко. — Но за это я требую прокатить меня на белом коне. Ты же рыцарь, как-никак. У каждого рыцаря должен быть белый конь. — Обязательно, принцесса Диамкей. Единственный рыцарь к вашим услугам. Оба парня захохотали.