Разукрась мой чёрно-белый мир

— Эд, Джесси упала в обморок.       Мгновение, и парень уже мчался вниз по лестнице, не задумываясь о том, что за ним бегут вслед. Мир будто потерял все краски, казалось, что его тело парализовало, но черноволосый отчаянно пытался перебирать ногами, ускоряясь. — Стой же ты! — прокричали сзади, но он не мог ничего разобрать, даже кто его звал. Слышался только бешеный ритм сердца, которое вот-вот было готово разорваться на части. Волнение накатывало с каждым метром, всё тело трясло. — Да подожди, что случилось? — Фэнг схватил его за руку, заставляя остановиться хотя бы на жалкие несколько секунд. — Пусти, мне нужно в больницу, — парень вырывался, но его крепко держали за предплечье. Колетт, что еле-еле добежала до юношей на своих каблуках, пыталась отдышаться, взволнованно оглядывая возлюбленного. — Ты чего так сорвался? — Рецидив. Отвалите нахрен, оставьте меня, — он вновь попытался сбежать, но синеволосый схватил его уже двумя руками. — Фэнг, ты же на машине?       Тот кивнул, и Эдгар даже не успел понять, как вдруг оказался на заднем сидении чужого автомобиля, готовясь вернуть свой завтрак наружу прямо в салоне. Его волосы проминались под мягкими ладонями, а маленькие пряди прочёсывались заострёнными ногтями Колетт. Мерзко, чёрт возьми, он не хотел сейчас никаких телячьих нежностей, но даже не говорил об этом, игнорируя очередной подступивший ком в горле из-за неприятных касаний и всей ситуации. Фэнг иногда поглядывал в зеркало заднего вида, отвлекаясь от дороги.       «Заполучил такую красивую и талантливую девушку, а сам, судя по всему, даже ничего не чувствует» — синеволосый подмечал каждую складку на лбу парня, который всё время хмурился от действий скрипачки. Зрительный контакт с Колетт сообщал, что всё в норме и можно держать путь дальше.       Холодный пот выступил на лбу Эдгара, он нервно кусал ногти на пальцах рук, сгрызая уже и так не самый новый маникюр. Он понятия не имел, откуда Фэнг знает куда ехать, но его это совсем не волновало, а вот состояние сестрёнки — очень. Около десяти минут, проведённых словно в тумане, черноволосый, наконец, в прямом смысле слова, выбежал из машины и ринулся к дверям местной городской больницы. У самого входа стоял сосед, который теперь вёл парня до палаты Джесси. — Как она? — Спит, — Мортис оглядывал его, пока лифт поднимался на третий этаж. Он тяжко вздохнул, подмечая зеленоватое лицо.       Палата номер «3», интерьер был совсем не важен, Эдгар просто-напросто упал перед койкой с Джесси, сразу взяв её маленькие ручки в свои. Кожа была будто бледнее, чем в прошлый раз, хотя, куда ещё? Девчушка и так была похожа на белый лист. Тёмные ресницы подрагивали, тихое сопение успокаивало брата: она жива, всё хорошо. Нет, не хорошо, всё повторяется, всё может скатиться в чёртову бездну, из которой он не выберется без своего лучика, что гаснет с каждым днём. Он из последних сил старался сдержать слёзы, что так и просились вылиться рекой. От желаемой истерики его отвлёк голос врача, который тихо подкрался сзади. — Ситуация не из лёгких, потребуется пересадка костного мозга. Либо сейчас, либо после следующей ремиссии. Но… — он запнулся, — трудно сказать, доживёт ли она до этого. — Сколько это будет стоить? — с некой опаской в голосе спросил студент. — Сто тысяч, — проговорил доктор, и Эдгар выдохнул, — долларов. Может, лучше было бы, если Леон его тогда прибил? На сколько ещё работ ему нужно будет устроиться, взять кредитов… Он до конца своей жалкой жизни не соберёт эту сумму. От терзающих мыслей отвлёк стук в дверь, а позже женское лицо, показавшееся в проеме. — Мортис, можно вас на минуту? — молодая медсестра окликнула соседа. — Конечно.       Мужчины покинули палату, а вот двое ребят завалились вовнутрь. Колетт подошла к постели, в которой мирно спала Джесси, и присела. Девушка провела своей ладонью по белёсым щекам, второй растирая потёкшую тушь по своему лицу. Её взгляд бегал со спокойной физиономии малышки на красное, влажное от нервов и слёз, что всё-таки выплеснулись наружу, лицо собственного парня. — Ты достойна этих цветов, милая, — с новым приливом чувств она положила на грудь девочки букет, стараясь не запачкать белоснежный пододеяльник тёмно-серыми каплями, что падали с её глаз. — Колетт, не говори так, будто она умерла, — Эд злобно сжимал простынь, стараясь успокоиться, но окружающие раздражали его всё больше. — Уйдите, прошу. — Прости, — беловолосая встала, не решаясь взглянуть на парня. — Я буду ждать тебя в коридоре, ладно? — Нет. Когда я говорю уйти, то имею ввиду вообще убраться с глаз моих долой. Она понимающе кивнула и скрылась за дверью, но молчаливый Фэнг стоял на месте, не собираясь оставлять его наедине с сестрой. — Ты глухой? — Нет, но и не тупой, чтобы уйти сейчас, — юноша сел на корточки, чтобы сравнять рост с собеседником. — Я оплачу операцию. — Ты сбредил? Я сам в состоянии всё оплатить, — но он сразу же осёкся, опуская голову вниз. — По тебе не скажешь. Я не потребую от тебя ничего взамен, кроме одного: если я захочу, ты будешь рядом со мной. По любому звонку и сообщению. — С чего такая милость? — Ты выслушал меня, а я помогу тебе, — синеволосый улыбнулся, ткнув пальцем в нос собеседника, отчего тот пошатнулся и чуть не упал. — Не думаешь, что пустой разговор нельзя обменять на пять миллионов? — Порой человеку хватит малейшего внимания, чтобы почувствовать себя нужным. А у тебя это получилось. Дай мне несколько минут, и я всё решу.       Его действительно не было короткий промежуток времени, но для Эдгара это была вечность. Секунды тянулись предательски медленно. За это время он успел перебрать все маленькие пальцы на детских ручках, искусать губу до крови, отряхнуть штаны и сесть на койку, приткнув одеяло ближе к ключицам сестры. Безумие. В этой жизни не может быть всё просто так, Фэнг слишком странный.       Дверь вновь отворилась, эмоции Фэнга никак не удавалось прочесть, выражение его лица оставалось невозмутимым. — Знаешь, никогда бы не подумал, но я впервые нашёл компромисс с отцом. — И? — Он согласился выплатить половину. — Я всё равно не смогу найти даже такую сумму, — черноволосый скривился. — А вот эту оплачу я из своих сбережений. Но всё равно нужно будет немного. — Сколько? — Тысяч двести.       Эдгар кивнул, хоть что-то он сможет сделать для сестры сейчас, несмотря на все расходы, что требовались на лечение до этого. Он поднялся, заглядывая в карие глаза стоящего напротив. — Парни, — вошедший в палату врач обратил на себя внимание, — нужно оставить Джесси, ей требуется покой сейчас. Насчёт лечения спросите у Мортиса.       Мужчина буквально вытолкнул их в коридор, не давая возразить. Да даже попрощаться со спящей девочкой не удалось. Её брат тихо сел на металлическое кресло, склоняя голову вниз. Слёзы вновь заполонили глаза, мешая рассматривать точки на кафельной плитке. Эмоции сменялись, словно прибои и отбои волн на побережье морского пляжа, не давая понять себя и свои действия. Фэнг осторожно разместился на сиденье рядом, всматриваясь в чёрную макушку. — Так, не кисни, — синеволосый вдруг вскочил с места. — Пойдём со мной, развеемся. Парень не позволил себе перечить, утягивая в сторону выхода из больницы, затем вдруг остановился, оглядываясь. — Точно. Тогда скажи тому, — он кивнул в сторону Мортиса, который беседовал с лечащим доктором, — что ты уезжаешь.

***

      И вновь автомобиль преодолевал расстояния, огибая людные улицы. — Куда ты меня везёшь? — Эдгар старался не замечать изучающий взгляд водителя, который постоянно отворачивался, когда тот смотрел на него в ответ, концентрируясь на дороге. — В клуб. И нет, я не собираюсь с тобой трахаться, просто опрокинем пару-тройку стаканчиков, ладно? Станет легче, обещаю. — Зачем ты всё это делаешь? — парень проигнорировал его слова, раздумывая совсем не о выпивке. — Я же уже говорил, услуга за услугу, — он усмехнулся, делая хватку галстука свободнее, затем вовсе стянул его с шеи, выкидывая куда-то на задние сидения. — Мы ещё не в клубе, а ты уже раздеваешься. — Мне нравится, что ты не унываешь. Всё наладится, я это обеспечу.       Пейзажи города помогали отвлекаться, ровно до тех пор, пока Эдгар не стал узнавать различные пекарни и прилавки, наполненные детскими игрушками. Воспоминания нахлынули с новой силой, заставляя раздумывать о различных исходах рецидива сестры. Не в силах справиться с собственными мыслями, он разглядывал кисти рук, которые прокручивали руль, подмечая шрамы. Сейчас не хотелось жить, иметь даже намёк на чувства, но вздутые вены, что виднелись из-под рукава пиджака, заставляли что-то внутри трепетать. Почему же? Но мысли снова рисовали образ улыбающейся красноволосой девочки. Он винил себя даже за то, что когда-то отказал Джесси в просьбе купить мороженое зимой. А ведь он просто заботился и переживал о здоровье и самочувствии сестры, так как иммунитет у неё был слаб.

***

      Знакомая вывеска освещала неоном парковочное место, где остановился Фэнг. Казалось бы, Эдгар не желал находиться в клубе буквально пятнадцать минут назад, а сейчас сидел за баром и наблюдал за приготовлением очередного коктейля. Сегодня здесь по-особенному много народу, выходные всё-таки. — С чего такое рвение к алкоголю? Ты вроде не так часто пил, — Барли обратился к Эдгару, вскидывая бровь и придвигая очередные две рюмки ближе к клиентам. — Не хочу об этом говорить, извини уж. Бармен кивнул и ловко поднёс зажигалку к напитку, поджигая и чуть прогревая стакан, затем провёл рукой и голубое пламя исчезло.       Эдгар не переставал удивляться его навыками, интересно, сколько тот тренировался? Мужчина достал из-под стойки кубики льда и бросил в рюмки, из-за чего немного напитка вылилось, но тут же капельки алкоголя были вытерты полотенцем, что висело до этого на плече работника. Черноволосый залпом влил в себя коктейль, что неприятно жёг рот. Спутник последовал его примеру, даже не морщась.       Стопка за стопкой, стаканы разноцветных жидкостей быстро исчезали из красивых стеклянных посудин, а внутри всё горело и становилось неимоверно жарко, тело перестало слушаться. Каждое действие осуществлялось с некой задержкой, что раздражало Эдгара. — По-моему, тебе уже хватит, — Фэнг отодвинул новую порцию алкоголя, выставляя другую ладонь вперед. Бармен сразу понял этот жест. — Нет, этого слишком мало, чтобы заглушить мою душевную боль, — парень, периодически икая, уже распластался на столешнице, подпирая руки под подбородок. — Поднимайся, пойдем прогуляемся, — синеволосый приподнял его за подмышки, аккуратно поддерживая, дабы юноша не свалился с ног. Он бесцеремонно приложил банковскую карту к терминалу. — Куда? — жалобно простонав, спросил Эдгар, но его проигнорировали, и они поплелись к выходу из заведения, кивая Барли в знак прощания. — Давай, одевайся, прошвырнемся, — парень снял чужой пуховик с вешалки и помог надеть. Затем взял своё пальто, быстро накинул его и протолкнул Эда наружу.       Холодный воздух обжёг щёки, которые и так были румяные из-за опьянения. Солнце давно ушло за горизонт, улицы освещались лишь вывесками, витринами и фонарями. Они шли под руку, чтобы сохранять равновесие друг друга. Горячительные напитки действительно помогли Эдгару забыть о беспокойствах, теперь он думал лишь о том, куда ведёт его Фэнг. Было бы славно оказаться сейчас в теплой кровати и отдаться сну. Но желания других синеволосый не учитывал, заводя нового друга в небольшой лес, что располагался недалеко от клуба. — Убить меня хочешь? — черноволосый улыбнулся, сияя от необъяснимого счастья. — Дошутишься, дынька. Скоро придём.       Перед ними появилось небольшое озеро, освещаемое белым свечением. Чувство, будто ты попал в сказку. Было слышно сверчков, что прятались в кронах деревьев, несколько светлячков пролетели мимо, заставляя завороженно глядеть им вслед. Неимоверное спокойствие окутало Эдгара, расслабляя всё больше — он вот-вот уснёт на чужом крепком плече. — Нравится? — гонщик внимательно изучал реакцию компаньона, всматриваясь в его лицо, что давалось с трудом из-за мрака и состояния опьянения. — Не хочешь нырнуть?       Глаза Эдгара расширились, когда он заметил, как верхняя одежда Фэнга полетела на пенёк. А позже и остальное одеяние оказалось на куске дерева, а синеволосый стал пробовал температуру воды стопами. — Ты придурок? — А если да? Давай раздевайся. Разве у тебя в жизни когда-нибудь был опыт купания в озере ноябрьским вечером с почти что незнакомым человеком? Эдгар задумался: и правда, такие безбашенные поступки он не совершал никогда, хотя, доставка наркотиков была тем ещё необдуманным решением. Теперь две кучки ткани лежали неподалеку, а парни стояли почти нагие на берегу. — Холодно. — А что ты ожидал от конца осени, дурашка? Правило «зайди в воду поглубже, и температура нормализуется», — не работало, так что незакаленный Эд трясся, как осиновый лист. — Я вообще не ожидал, что буду с тобой плавать почти что голым, так ещё и пьяным, — всё тело сводило от ледяной воды, но вдруг чужие руки обвили его сзади, прижимая к оголённой груди. — Ты чего меня трогаешь? Деньги вперёд, арбузный парень, — он что-то ещё бубнил, возражая, но не отлипал от тела Фэнга, стараясь согреться. — Ты что, забыл моё имя? Могу повторить, — синеволосый развернул юношу к себе лицом, стараясь сфокусировать взгляд на карих глазах.       Они потихоньку заходили всё глубже в непроглядную баламутную воду, только дорожка луны теперь освещала всё вокруг, помимо десятков тысяч звёзд над головой, на которые Эдгар смотрел с горящими глазами. — Знаешь, был бы ты созвездием, то стал Большим Псом, — черноволосый по шею был в воде, казалось, он сейчас пойдёт дальше и погрузится полностью. — Ты чего обзываешься? Я к тебе со всей душой, — парень следовал за другим. В виски били адреналин и алкоголь, затмевая собой ледяной водоём. — Слушай… — Что? — Кажется, я трусы потерял.       Это было последней каплей. Эдгар расхохотался, чуть не захлёбываясь пресной водой. Ему было весело. Впервые за столько лет, что он горбатился на работах, чтобы собрать деньги, переживаний за сестру и ненависти к самому себе. Он без стеснения подплыл к едва ли знакомому человеку и дал ему щелбан, быстро направляясь к берегу. — Догоняй, голожопый, — черноволосый пытался натянуть на себя вещи, продолжая неистово смеяться и дрожать одновременно, что больше походило на припадок. Постоянно путался в штанинах, чуть ли не падая на землю.       С нескрываемым удовольствием он наблюдал за еле видимой фигурой юноши, что растерянно оглядывался и пытался найти нижнее бельё. Он точно знал, что заболеет, что отхватит потом у Мортиса, что обязательно зайдёт к нему проведать. Но не сейчас, это точно не то, о чём он хотел думать. Горло уже болело от вдыхания ртом осеннего воздуха, волосы, что были мокрыми, обдувало ветром, и капли с прядей капали прямо на прежде сухую одежду, что стала влажной и вот-вот превратиться в ледышку, как и сам парень.       Вскоре Фэнг выполз из воды, смущённо прикрывая своё достоинство. Но Эдгар не упустил из виду ни единой неровности чужого тела, стараясь рассмотреть всё, как бы темно здесь ни было и до того, как тот оденется. Родинка на бедре, видимые кубики пресса, острые ключицы — ничего не скрылось от внимательного взгляда. Он был прекрасен, настолько, что черноволосому стало стыдно из-за своего тела, что могло похвастаться лишь худобой, да и она была не от занятий спортом, а банальным недостатком пищи и следствием частых переживаний.              Они молчали, каждый пытался согреться, то прыгая на одном месте, то обнимая своё тело руками. — Красивые звёзды, правда? Думаю, они похожи на меня, — Фэнг сел на край пенька. — Чем? — Эдгар неспешно подошёл ближе, вновь задирая голову вверх. — Мы восхищаемся их свечением и яркостью, но на самом деле они давно погасли, а мы видим лишь их прошлое. Я себя чувствую точно так же: когда-то давно горел и желал изучать этот мир вдоль и поперёк, знакомиться с людьми и открывать что-то новое для себя, но теперь… Честно, я даже с кровати встаю с трудом, хоть и люблю ездить на мотоцикле, развлекаться в барах и тому подобное. Но это не то, мне не хватает близкого человека рядом, понимаешь?       Собеседник молчал, готовый вот-вот расплакаться. Ну почему его слова настолько знакомы парню? Конечно, у него есть сестра — самый яркий лучик в его жизни, но даже она не может поддержать Эдгара, как бы ему самому хотелось, и разделить взрослые переживания. А Колетт… Чёрт, как же всё паршиво. Чувств к ней не осталось, а расстаться он банально боялся. Она ведь столько сделала для него и Джесси. — Никогда не встречал таких людей, как ты. — Это ещё каких? — Фэнг встал, равняясь с парнем. — Похожих на меня. У нас двоих проблемы в семье, мы оба не чувствуем себя живыми и мы оба плавали пьяными в чёртовом озере. Я даже не могу подобрать слов, чтобы отблагодарить тебя как следует, да и эти буквы не сравнятся с тем, что ты сделал для моей сестры. Синеволосый застыл. Застыл, разглядывая своё же отражение в тёмных глазах парня.

«We were too close to the stars

I never knew somebody like you, somebody

Falling just as hard

I'd rather lose somebody than use somebody

Maybe it's a blessing in disguise (I sold my soul for you)

I see my reflection in your eyes»

— Можно обнять тебя? — Сто рублей. Шучу, — Эдгар не знал, так на него повлиял алкоголь или нехватка внимания к себе помимо беловолосой, но он расставил руки в стороны, принимая объятия и утыкаясь в район шеи высокого юноши, что вдруг стал ему так близок, но одновременно был совсем чужим.