gentle happiness in small touches

      На дворе знойное лето.       Джисон благодарит Будду, Иисуса и, может быть, своего божественного парня за то, что ветра с моря хотя бы слегка помогают пережить самые жаркие месяцы.       Прямо сейчас он чувствует, как лёгкий прохладный бриз гоняет мурашки по его взмокшей спине, тревожит персиковые занавески на окне, открытом нараспашку. Лучи полуденного солнца окрашивают комнату только наполовину, давая двоим парням укрыться в лёгкой тени.       Тяжесть чужой руки поверх ткани шорт успокаивает. Он медленно выдыхает, зажмуривает глаза до цветных пятен, открывает и промаргивается, снова концентрируясь на бесконечном хитросплетении таблиц. Цифры, слова, ключевые поля, сортировка. Взгляд разбегается и собрать мысли в кучу с каждой секундой становится всё сложнее, но он правда пытается.       Мышка иногда зависает, из-за чего Джисон нервно возит ею по поверхности стола, надеясь, что это прибавит ей работоспособности. Пора давно купить новую, он даже нашёл недорогой вариант, но руки всё никак не доходят. И ему приходится пожинать плоды своего бездействия. В очередной раз закрывая окно браузера он из-за дабл клика мышки — чёрт бы побрал эту хвостатую — закрывает ещё и вкладку с базами данных.       Воздух недовольным шипением вырывается сквозь стиснутые зубы. Перед глазами Суни, Дуни и Дори на заставке рабочего стола весело играются на придомовой территории их жилого комплекса. Но это ничуть не радует Джисона сейчас. Он чертыхается — за что получает предупредительный хлопок по бедру — и молится на автосохранение.       Успокаивающая тяжесть с шорт исчезает, и через мгновение он чувствует, как длинные пальцы начинают перебирать взмокшие от жары волосы на затылке. Джисон позволяет себе ненадолго прикрыть глаза, с наслаждением вдыхая знойный воздух с примесью соли. Сейчас та приятная жара на гране с противной. Ещё не настолько пекло, чтобы невозможно было дышать, но уже и не утренняя свежая погода.       Минхо оставляет лёгкий, едва ощутимый поцелуй на скуле и возвращает руку на правое бедро Джисона.       Точно, не время отдыхать, иначе он выбьется из графика. Часы неумолимо показывают, что ещё нет и полудня, а значит работать ему долго и нудно. Минхо будто чувствует его настрой и двигается чуть ближе, чтобы их плечи слегка соприкасались. У Джисона от этого приятная нежность с теплом растекаются по руке, заставляя уголки губ смущённо подпрыгнуть.       Строки таблиц одна за другой пробегают по экрану под едва уловимые звуки колёсика мышки. Кругом так тихо, будто кто-то выключил звук. Лишь одинокая чайка изредка выкрикивает что-то вдали. Кажется, даже Минхо дышит беззвучно. Он сидит неподвижно, но расслабленно, одна рука покоится на спине мирно спящего на коленях Суни, а вторая всё так же греет тёмно-синюю ткань.       Минхо счастливчик. Уже полгода как забывший о бесконечном потоке учебных заданий и пар ранним утром на другом конце города. Джисону же предстоит ещё не раз постараться, чтобы его парень смог сфотографировать его в шапочке и мантии.       Они были разными. Минхо мог часами сидеть неподвижно в кресле с ноутбуком на коленях и писать очередной отчёт по практике, пока Джисон нервно стучал ногой по паркету и грыз ноготь большого пальца, в попытках хотя бы просто найти место, куда он записал тему презентации.       Джисона нужно заземлять.       И спокойный, уверенный, терпеливый Минхо справляется с этим лучше, чем кто бы то ни было. Он тёплый и мягкий. Рядом с ним Джисон ощущает себя комфортнее, переставая трястись и наконец может направить энергию на концентрацию.       Рука на бедре своего рода гарант присутствия. Вот он я — тут. Даже если ты слишком погрузишься в работу или забудешься в своих мыслях, я буду твоим проводником в реальность.       Иногда всё идёт не по плану. Программы вылетают, инструкции не подходят к актуальным версиям или просто оказываются написаны невнятно.       В такие моменты Джисону хочется выть или плакать. Кажется, что всё безнадёжно, что теперь то он точно не уложится в срок, и его наверняка-наверняка отчислят.       И Минхо просто оставляет лёгкий чмок на скуле, или утыкается носом в любимые щёки, чтобы сменить нарастающую панику пузырящимся в груди чувством влюблённости.       Джисон по уши в Минхо, а Минхо по уши в Джисоне.       И они справятся. Вместе.