Я хочу тебя в лесу

***

       Прозрачная вода начинала сводить её с ума. Холодная, практически ледяная, она мягко обволакивала ноги. Девушка едва сдерживала тошноту, постепенно подступавшую к горлу. Гриб оставил крайне странное послевкусие: даже прополоскав рот, ощущался привкус гнили и крови. Почему же она его не чувствовала, пока ела? — Так блять, хватит. — вытащив уже посиневшие конечности, Рейнбоу попыталась встать, но у неё не получилось. Пришлось растирать ступни, шикая от боли.        Солнце неспешно садилось. Сумрак заглатывал деревья с такой поспешностью, будто это был последний шанс насытиться. — Надо идти. — с трудом встав, девушка пошла в сторону их домика. — Я же вроде была в обуви… А… Неважно…        Открыв дверь, Рейнбоу тихо вошла. Она очень устала, мысли путались. То, что она видела, было на самом деле? Или это лишь продолжение наркотического трипа? — Да насрать. Спать хочу. — прямо в грязной одежде она завалилась на диванчик и захрапела. — Где черти её носят? — Эпплджек с Рарити решили вернуться после поисков Рейнбоу. — Мало того, что эта девка умчалась на целый день, так и ещё нам ничего не сказала! Ух я ей и покажу! — Эпплджек, спокойно. Ты же знаешь, она наверное заснула где-то под деревом или пошла купаться. — Вот именно, я слишком хорошо её знаю и понимаю, что она может натворить одна! Это долбанный ураган разрушения! Но ночью мы её не найдём. — Остаётся надеяться, что Рей просто пришла уже домой. — Уж я ей покажу…       Эпплджек недовольно что-то забурчала, пока они шли к дому. Рарити открыла дверь и увидела Рейнбоу, что-то жалобно скулящую. Лицо девушки покрылось испариной, глаза бегали, губы пытались сложить звуки в какие-то осмысленные слова, но ничего не получалось. — Эй, Рей, что с тобой.        Но Радужная не отвечала, она только начинала скулить все сильнее и сильнее, пока этот шум не перешёл в натуральное рычание.

***

— Я отравилась блядским грибом, я отравилась блядским грибом, я отравилась грибом, ничего этого нет…        Девушка, тяжело дыша, пыталась хоть что-то сделать с собой. Сон её был кошмарен: взяв в руки лом, который она нашла в подвале, Рей, рассеяно смеясь, куда-то брела, не думая зачем и почему. Тошнота волнами приходила и уходила, не давая ей выхода. — Где же я блять…        Она поперхнулась смешком, вылезшим из неё, словно червяк. — Что же я все время ржу как дура? — Потому что ты и есть дурочка. — Кто?..        Внезапный голос из ниоткуда заставил её почувствовать себя… как если бы он захотела стать камнем. Да… я камень, не трогай меня! — Пугливая девочка… Трусливая девчонка!        Чьи-то пальцы ласково коснулись её щеки. — А в моих владениях ты была не так пуглива. Какая досада! Маленький нежный ребёнок, наглый, чувствительный. Покажи же мне свою храбрость…        Рейнбоу стал заполнять холодный ужас. — Ты же Йени, да? Мы с тобой разговаривали, почему ты…?        В ответ раздался такой оглушительный смех, что девушка упала и зажала уши руками, лишь бы как-то смягчить ужасающий рёв. — Дорогуша, я не Йени. И да, та, кто так себя называет… скажем, её тоже не так зовут. — Так кто же ты… — голос предательски дрогнул в конце. Девушке было страшно. Так страшно, что она забыла, что это сон. Хотя может он им и не был. — Я — дух того самого болота. И ты, — в тумане, который наступил так внезапно, что Рейнбоу даже не поняла, откуда взялся этот спецэффект, — будешь хорошей игрушкой мне.        Кошмарное существо даже не потрудилось смягчить свое появление. Из стены тумана, разрывая клочья облаков, появилась чёрная иссохшая рука. За ней появилась не менее жуткая голова убитого ребёнка, изо рта которого непрерывно текла струйка вязкой коричневато-зеленой жижы. Монстр частично выдвинул шею, состоящую из переломанного тела, сложенного немыслимым способом. — Прости, дорогуша, но я не лицемерна, как моя подруга. Обольщать тебя прекрасными видами и девичьими лицами я не буду. Хотя должна признать, — рука, с которой тоже текла чёрная жижа, потянулась к лицу Рейнбоу и коснулась его, — давно я не видела тут девиц, с которыми бы хотелось позабавиться.        Рейнбоу помутневшими глазами смотрела на призрака болота. Её рот свело в ужасной судороге, ей было страшно не то что сказать что-нибудь, даже вздохнуть. — У меня есть планы по веселью на тебя… — Рука ласково обмазывала чёрной вонью ошарашенное лицо девушки. — Хотя ты уже меня веселишь. А ведь была такая… а… да, твой мозг подсказывает хорошие слова… борзая… Мне кажется, ты меня боишься… Давай же станем чуть ближе друг к другу.        Нечто стало выдвигаться из тумана, рискую поглотить Рейнбоу полностью. А та… она не могла сопротивляться, лишь мерзким звуком встал в ушах её же вопль. — Ну что ты так категорично. — рука дотронулась до её губ и стала пытаться забраться в рот. — Мне нужно сделать что-то с тобой, ты слишком скованна… Не бойся, ты ещё неплохо держишься… Прошлая девушка умерла от страха, как только увидела меня. А ты вон, даже ещё как-то пытаешься мне сопротивляться…        Мозг Рейнбоу отчаянно выл и бился в тревоге, но сама девушка не знала, что с этим делать. — Вот, вот, моя хорошая, — нежно, но сильно, туман стиснул ее, не позволяя сбежать, а вторая рука, чёрной веткой схватила её челюсть и стала медленно открывать, — попей, попей… — вторая ручка наполнила пригоршню жижи и быстро опрокинула в рот несчастной, а другая захлопнула его и зажала, чтобы он не открылся.        Девушка отчаянно забилась, пытаясь выплюнуть дрянь, которую всунуло в неё чудовище. Мерзкое дерьмо, она как будто ела блядское дерьмо, лежавшее где-то если не годами, то столетиями! — А, точно, ты права, можно ускорить процесс. — и монстр зажал ей нос, заставляя её задыхаться.       … она проглотила… она проглотила часть этой дряни… уже неизвестно сколько она стоит на коленях перед духом, в собственной же блевоте, жалко трясясь. Какая жалкая… — Ты совсем не жалкая… Теперь когда мы частично связаны, я могу представать перед тобой в более приемлемом облике… Да? Что такое макияж? Да, твоя подружка права, как она утром без макияжа. Почему я это делаю ты хочешь спросить?        Дух взяла руками лицо Рейнбоу, заставляя поднять голову и посмотреть на неё. Перед девушкой стояла маленькая девочка в готическом чёрном платье. Рядом с высокой и сильной Рейнбоу она выглядела просто маленьким ребёнком. — Теперь я не такая страшная? Это не притворство. — девочка крутанулась вокруг своей оси. — Это то, кем я была. Это истина. И ты — первая из людей, кто увидел его.        Зрачки Рейнбоу сузились до точки, и она закричала.        Слава богам, её в этот момент разбудили.        К несчастью для будящего.

***

       Рарити нервно трясла Рейнбоу, скулящую уже минут пять. Девушка не просыпалась ни в какую. Даже после того, как Рейнбоу начала выть, как подстреленная собака, а Эпплджек вылила на неё ведро, Рарити не стала применять никакую силу. Но когда изо рта подруги пошла рвота и что-то ещё, а звук стал похож на захлебывание, Рарити не на шутку испугалась и стала бить Рейнбоу, чтобы та наконец очнулась. Эпплджек тоже присоединилась, не замечая побледневшего до почти белого лица Рарити.        Наконец-то Рейнбоу открыла глаза, злые, тёмные, испуганные глаза, и зашипела на них. И первой она увидела Рарити, которая подвернулась ей под руку.        Девушка своими сильными руками схватила Рарити за горло, в несколько секунд оказалась рядом со стеной, с силой впечатала подругу прямо в бревно. Она успела ударить два раза, прежде чем Эпплджек наконец вышла из оцепенения и бросилась к ним. — Ты что блять творишь?!        Вырвать Рарити оказалось непростой задачей. Рейнбоу уже не пыталась прибить Рэр, но и отпускать не собиралась. Судорожно сжимая и разжимая ладони, она душила Рарити, повисшую в воздухе. — Прекрати, ты её убьёшь!        Эпплджек в отчаянии стала бить по рукам. — Прекрати… Прекрати!        Эпплджек схватила первый подвернувшийся под руку предмет и с силой ударила Рейнбоу по голове. Оглушенная, она выпустила Рарити и, отступив на пару шагов, села на пол.        У Рэр на лице назревал огромный синяк, один глаз уже подернулся черноватой пеленой, а с виска текла струйка крови. На шее угрожающе проступали отпечатки пальцев Рейнбоу.        Эпплджек сразу бросилась к подруге, отбросив в сторону окровавленную вазу. — Рарити, Рарити, ты в порядке?! Срань блять… — Не ругайся, ты же не ругаешься так грязно, это дело Рейнбоу. — с улыбкой, от которой она поморщилась, тихо сказала Рэр. — Со мной… у меня… могло быть хуже, в общем… голова болит конечно и подташнивает, но…        Рарити указала на острый выступ, торчащий рядом с ними. — Она могла бы запросто меня убить… тем более… — девушка закашлялась, — у неё очень сильные руки… — Рарити растерянно посмотрела на Эпплджек. — Мне казалось, ещё немного и она сломает мне шею.        Зря Рарити это сказала. Но поняла девушка уже поздно, когда разъяренная Эпплджек подняла обратно вазу и пошла к скулящей и плачущей Рейнбоу.        Рей явно была в шоке. Потерянный взгляд, ищущий, за что зацепиться и не находящий, грязный, скомканный рот и общая оборванность и несчастность во всем облике.        Эпплджек даже не стала пытаться говорить. Она не видела крови на лице Рейнбоу, зрачков, превратившихся в точки. Она не увидела и не поняла, что её подруга на грани безумия. — — Гребаная сука. — Эпплджек с размаху ударила Рейнбоу по голове. И после того, как девушка упала, стала бить её по рукам, ногам и грудной клетке. Ответом был лишь жалобный вздох. Но взгляд не становился осмысленнее.        До Рарити тоже не сразу дошло, что происходит. А как поняла, то со всей ей доступной быстротой она подскочила к Эпплджек и попыталась положить её. — Отстань, отстань, она хотела убить тебя! — кричала, плача Эпплджек, — Она же хотела убить тебя…        В конце концов Рарити усадила Эпплджек, сжимая её крепко, утешая плачущую, с ужасом смотря на Рейнбоу, которая похоже начала приходить в себя, лёжа в крови и собственной блевоте.        И первый вопрос поверг Рарити в недоумение. — Где я?..