Карбонадо

      Всю свою сознательную жизнь Эда пыталась добиваться всего сама и старалась быть лучшей во всем. Так уж сложилось, что в шестнадцать лет, девушка загорелась быть следователем. Они с Кадиром даже успели договориться о том, что будут поступать учиться в один университет. Но, со временем девушка открыла в себе новый талант - красиво писать сочинения. Именно поэтому, она решила соединить расследования со статьями и увлеклась журналистикой.       Учиться было легко и интересно. В университете, как полагается, вешали одинаковую лапшу на уши об карьерном росте и востребованной профессии. Эда была в предвкушении, пока не столкнулась с реалиями такого занятия.       Устроиться на работу было проще простого, после собеседования ей позвонили сразу же на следующий день. Окрылённая своим успехом, она почти что бежала в редакцию в свой первый день. А потом пришлось пожалеть о своём решении...       Интересной работы не было от слова совсем. Вся журналистика в Турции крутилась вокруг светской жизни. Беременность актеров, расставания: все это было настолько большой нелепостью, что сначала она засмеялась, подумав, что Али шутит. Ведь она училась не для того, чтобы искать в инстаграмме хотя бы намёк на округливший живот какой-то там певицы?       Мужчинам в этом деле было проще, как и всегда. Их отправляли в командировки в другие страны, поручали отправляться на места разных катастроф, а вот Эда кисла за работой в офисе.       Спасением для неё стало дело Османа Четина.       Спасение, или самым большим наказанием?       Кто знал. После событий на порту вера Эды во что-то светлое оборвалась. Не то чтобы она была наивной девушкой и верила в то, что на земле существовали только добрые люди. Было зло. Но, что поразило наибольше – оно было совсем рядом.       Осознать и смириться получилось не сразу. Точнее, без помощи доктора не получалось даже уснуть. Сначала была просто бессонница на фоне нервного срыва, потом происходило что-то странное…       Последнюю неделю все происходило именно вот так: сны становились реалистичней, хотя, лучше было бы обозначить это галлюцинациями.       Семь чертовых дней, Эда надеялась, что ей станет лучше. Она старалась влиться в привычный ритм жизни; она все так же покупала каждое утро кофе, вызывала такси и ходила на обед вместе с Мело. Ей даже удавалась моментами веселиться. Нет, не так.       Эда приказывала себе веселиться. Поэтому все понемногу становилось на круги своя. Все, кроме ментального здоровья.       Только закрывая глаза, чтобы уснуть, в сознании опять всплывала та самая роковая ночь. Кровь, выстрелы, слёзы, пожар. Девушка раньше думала, что она сильнее. Правда, ведь это было ее смыслом – раскрывать преступления. Но сейчас, она чувствовала, что внутри неё что-то сломалось.       В груди зияла огромная дыра. И с каждым днём меньше она не становилась.       Именно поэтому ее отдушиной стало рисование. Эда ночами напролёт выплескивала свои эмоции на белое полотно, ощущая, что становится немного легче: разноцветные кляксы полностью отображали ее внутреннее состояние. Пила вино и рисовала.       Доктор выписал ей рецепт на достаточно сильные снотворные и строго-настрого запретил смешивать их с алкоголем. Но только делая все наоборот, удавалось отхватить хотя бы пару часов сна. Наверное, именно поэтому ей мерещился Серкан Болат возле ее квартиры.       Эда запретила себе думать о нем. Запретила себе лезть в его дела и даже не поинтересовалась выжил ли он. Новости молчали, Кадир не звонил, — и это стало неплохим знаком, чтобы забыть этого человека. Вычеркнуть из своей жизни. Ее все это не касалось.       Девушка моргнула, согнав сонную пелену перед глазами. Прошло несколько минут прежде, чем она поняла, что он настоящий. Опять смотрел снизу вверх, оценивая. Опять касался своими глазами ее оголенных нервов. — Ты что здесь забыл? — голос прозвучал резко, и Эда гордилась собой, что смогла вложить в него правильную твердость.       Он, наконец-то отлепил руку от звонка, взгляд от ее ног и посмотрел прямо на неё, склонив голову на бок.       О, она ненавидела, когда Серкан так делал. Снова эта манерная высокомерность. — Ты знаешь, я бы хотел спросить то же самое, — наигранным, слишком слащавым голосом сказал мужчина, — какого черта ты забыла в порту той ночью?       Девушка ждала этого разговора, но не думала, что он произойдёт в пять часов утра в ее квартире, и что он вообще произойдёт, по правде говоря.       Эда репетировала, что ответит ему, но сейчас абсолютно все мысли вылетели из головы. Лучше сказать, что они ещё не собрались в кучу. Это было слишком.       То, что он посмел придти сюда. То, что он все таки узнал, что она была там. — Это тебя не касается, — фыркнула девушка, скрещивая руки на груди. Ей не хотелось смотреть на него, ее глаза выражали абсолютно чистую, кристальную неприязнь. Серкан хмыкнул. — Меня не касается? — в его тоне заиграли опасные нотки. Он сделал шаг навстречу, становясь буквально вплотную к Эде. Девушка сделала два шага назад, как будто ее ошпарили горячей водой. — Не смей приближаться ко мне, — прошипела Эда, откидывая волосы назад.       Только сейчас она разрешила себе рассмотреть его. Холодный, злой, выглядел лучше, чем в прошлый раз. Уверенно стоял на ногах, как будто не его подстрелили неделю назад. — Ты, блять, издеваешься надо мной? — взревел он. — Меня касается каждая гребеная деталь той ночи. И ты ответишь мне на каждый вопрос, поняла?       Случился бы этот разговор недели две назад, возможно, ей бы стало страшно находится с ним в одном пространстве. Возможно, он бы смог произвести на неё впечатление опасного мужчины.       Возможно, если бы не она увидела его уязвимость. — Нет, не отвечу, — совершенно спокойно ответила Эда. — Тебе нечего здесь делать в такое время, уходи домой.       Серкан неприятно оскалился, будто что-то осознав. Он ещё раз смерил ее внешний вид, обращая внимание на короткую мужскую рубашку. — О, прошу прощения, что помешал вам с Кааном, — нарочито громко произнёс мужчина. — Интересно, он догадывается, где его девушка пропадала после вечеринки, м?       Так нагло заявить мог только человек напрочь лишенный такта. Эда почти не удивилась, когда услышала это. Серкан сделал выводы, что она сейчас с Кааном только потому что увидел на ней мужскую рубашку. Ну, тем лучше. Будет намного легче избавиться от него. — Не беспокойся о наших отношениях, — она сделал один в шаг вглубь квартиры. — Тебе пора уходить, будет лучше если Каан тебя здесь не увидит. И закрыла дверь прямо перед его носом.       Эда поняла, что ожидать от него хоть маленькой благодарности за, что она сделала — было огромной глупостью. Как можно было явиться сюда с претензией? Естественно, девушка помогла ему не для того, чтобы как-то кичиться этим, но любой нормальный человек смог бы оценить этот поступок. Был ли он человеком?       Потому что Эде казалось, что существует только пустая оболочка Серкана Болата. Вроде бы он хорошо укомплектован, но за неплохой внешностью скрывалось абсолютно ни-че-го. Хотя нет. Это была хроническая злоба на все живое на этой планете. Эда стояла посреди квартиры уже минут десять размышляя о его поведении. Черт, она делала это снова. Думала о нем. Анализировала.       Встрепенувшись от собственной глупости, она поспешила в ванную комнату, отгоняя мысли про Серкана Болата в самый дальний ящик своего сознания.

                        ***

— Эда, ты сегодня потрясающе выглядишь! Они встретились с Мело сегодня на обеде. С самого утра на работе было немного больше загруженности, чем обычно. Эда почти дописала часть статьи о деле Османа Четина и неимоверно гордилась собой за то, что смогла сдвинуться с мертвой точки. — Спасибо. — Она отпила немного кофе с чашки и поставила ее на блюдце. — Ты выглядишь так всегда. Мело засияла ещё больше. — Ну, скажешь такое. — Она хихикнула. — Правда, Эда, по сравнению с предыдущими днями тебя не узнать.       И она сама себя не узнавала. Тем утром было принято решение выходить из этой хандры. Выбросила все алкогольные напитки, сильные снотворные и два часа провела в ванной, возвращая в жизнь свою прежнюю рутину.       Шоппинг и смена стиля тоже пошли на пользу. Теперь шпильки были ещё выше, брючные костюмы ещё строже, она чувствовала себя великолепно. Али, при виде ее чуть челюсть о пол не разбил, и это несомненно ей льстило. Она — Эда Йылдыз; никакие обстоятельства не смогут ее сломить. Она — журналистка. Такие события должны закалять, а не ломать. — Я решила немного изменить стиль, а так, все как прежде. — Ты мне лучше расскажи, как прошёл вечер в компании Каана? Вы вместе наконец-то?       Мело заинтересованно взглянула на подруга, и подвинула себе кусок наполеона. Эта девушка обожала сладости и не теряла ни одной возможности, чтобы их кушать.       Эда не знала, что ответить, так как сама до сих пор не разобралась в своих чувствах по поводу всего, что связанно с этим мужчиной. Он звонил ей каждый день. Однажды она выключила звук на телефоне, а потом заметила тридцать три пропущенных звонков от него. Волновался? Возможно.       Когда девушка упомянула о том, что ей нездоровится, он тут же прислал курьера с целым мешком лекарств, толком не узнав причины болезни. Это был тот Каан, который смог заинтересовать ее.       Но совсем недавно она узнала о другом Каане. И он был полной противоположностью первому.       Эда до сих пор не может забыть, как он презентовал ее, словно куклу, словно она была товаром, чтобы доказать что-то своему окружению. Неспроста выбор пал на то платье. Неспроста был тот разрез. Каан хотел представить ее в более выграшном свете. Он хотел продать ее подороже.       А второй момент — ноль реакции на оскорбления Серкана Болата. Эда, конечно, всегда могла постоять за себя, но тот факт, что он даже не попытался вразумить своего друга очень расстроил. Грош цена такому мужчине, который не может защитить свою женщину.       Вот такие чувства вызывал Каан Карадаг, слишком противоречивые, поэтому девушка решила не спешить и просто плыть по течению. Ей нужно было лучше его узнать, но не станет ли ещё хуже после того, как она копнёт глубже? И нужно ли ей это? Голова грозилась разорваться от напора стольких мыслей. Не о том нужно сейчас размышлять. — Неплохо, — наконец сказала брюнетка, тщательно подбирая слова. Мело так искренне переживала за неё, что совершенно не хотелось ее расстраивать. — Вечер был прекрасный. В последнее время враньё срывалось с губ чрезмерно легко. — Я так рада за тебя! — радостно воскликнула Мело. — Я тоже кое с кем познакомилась недавно. Эда не смогла сдержать улыбку. — Правда? Я очень счастлива за тебя.       Мело хоть и была воплощением абсолютной доброты в этом мире, но с парнями ей совсем не везло. Так что кто-кто, а она заслуживала достойного мужчину. — Мы два раза ходили на свидания, он хочет познакомиться с моими родителями. Эда вскинула брови в удивлении. — Так быстро? — А чего ждать? Я уже очень хочу семью. Ты бы давно могла женить на себе Каана, если бы захотела.       Брюнетка еле заставила себя не закатить глаза. Она не относилась к тому типу женщины, которые готовы пойти на все ради замужества.       Эда была больше карьеристкой, чем семейным человеком, и она не готова сейчас отказываться от собственного развития, для того, чтобы угождать мужчине. — У меня сейчас работа на первом месте, ты же знаешь.       Мело так сильно опустила чашку с кофе на блюдце, что из-за звука несколько пар глаз уставились на них. Она неловко улыбнулась и наклонилась к Эде, чтобы прошептать: — Как там дела с Четином? — Пока никаких новых фактов.       Дела действительно шли плохо. Прошло достаточно много времени с тех пор, как она взялась за это расследование. Да, у неё есть видео с Серканом Болатом, но в качестве чего можно его предьявить? Стреляли в него. Да, были угрозы с его стороны, но этот довод притянут за уши и не сможет быть использован в деле Османа Четина. Плюс может быть такое, что и Болата хотят убить и он тогда в таком случае тоже окажется жертвой. Эда не знала откуда начинать копать. Подозреваемых было много.       Договариваться с Кадиром насчёт присутствия на допросах - было вопиющей глупостью, ведь информация должна быть конфиденциальная, и девушка все равно не смогла бы использовать ее в своих статьях.       А если бы решилась все таки напечатать, то подставила бы следователя по-крупному. Глупо. Эда будет действовать одна. — Тем лучше для тебя. Советую тебе от всего сердца: ничего не публикуй об этих людях, не зря о них ходит такая слава в наших краях. — Например? — Эда недоверчиво изогнула бровь. Мело лишь тяжко вздохнула и заговорила ещё тише, чем прежде. — Подумай сама, если бы он просто начальником порта, то никто бы его не убивал. Ты видела его дом? На честно заработанные деньги такой замок не выстроишь. В порту давно проворачиваются незаконные дела, мой папа работал там до того, как Четина назначали начальником. Так вот, он после полученной должности уволил абсолютно весь старый персонал и напичкал каждый угол своими людьми. Полиция, верхушка — они все между собой связаны, нет смысла что-либо доказывать кому-то. Они там друг друга за руку держат. — Я все это понимаю, Мело, поэтому и хочу выяснить, кто там кому дорогу перешёл. Если его смогли с такой верхушкой убрать, значит в городе поселился кто-то более опасный и кровожадный, чем он. А это значит, что темные дела там буду проворачиваться с двойной силой. Эда даже боялась допускать мысль, что она не справится. Раскрыть это убийство было уже делом принципа. Она вдруг задумалась над тем, что есть всего один человек, который был ближе всего к Четину. Это не жена или дети, это тот, кто был правой рукой. Наверное она сходила с ума. Потому что в сознание подкралась мысль, назойливая, как муха. Ей нужно было начать сотрудничать с Серканом Болатом.

***

— Сегодня жена Четина устраивает пресс-конференцию для журналистов. Наша редакция приглашена, ты будешь представителем. Пальцы так и зависли на клавиатуре, не в силах напечатать слово до конца. Эда в неверии подняла глаза на Али, не заметив никаких признаков, что он шутит, тихо фыркнула, возвращаясь к своей работе. — У богатых свои причуды.       Сделать пресс-конференцию после того, как ещё не прошло и месяца после смерти «любимого» мужа, с которым они жили «душа в душу». Не все так чисто было в их семье, как им казалось. — Брось, — сказал Али, находясь возле ее рабочего места. — Это нам только на руку. Тебе не придётся охотиться за ней. Жертва сама клюнула на нас, даже без наживки. Его голос был серьёзен, на что девушка просто усмехнулась. — Ты действительно думаешь, что она расскажет что-нибудь стоящее? Максимум пустит несколько наигранных слезинок для новых кадров, которые сразу же напечатают у всех газетах на следующий день. Все попахивает дешёвым фальшем.       Эда, по правде говоря, не была уверена, что и их редакция не была куплена этой женщиной. Ведь обычно такие мероприятия посещают только купленные журналисты и задают вопросы, выгодные двум сторонам. Поднимаются в глазах общественности с помощью подставных людей. Цирк уродов; ей не хотелось участвовать в этом. — Ну, это будет хоть какой-то прогресс в этом деле за последнюю неделю, — сказал Али, намекая на то, что Эда плохо работала. Ну естественно. — Вот, я тебе уже приготовил вопросы, которые ты должна будешь задать от нашего имени. Упростил тебе работу. Если бы лицемерие было человеком, то его определено звали бы Али Коч. Значит, все будет спланированным фарсом.       Девушка почувствовала, как каждая клеточка ее тела начала наполняться неконтроливанным гневом, но надеялась, что для него это останется незаметным. Она просто мысленно посчитала до десяти, и дала тот ответ, который он хотел услышать. — Хорошо. Мне нужен адрес и время мероприятия. — Все данные скину тебе на почту.       Он ушёл, оставляя Эду Йылдыз одну, ещё не догадываясь, что она умела играть не хуже его. Глупо было предполагать, что последнее слово будет за ним. К папке девушка даже не притронулась, зная, какой главный вопрос она задаст этой женщине.       Письмо от Али не заставило себя долго ждать. Заканчивая все свои дела, Эда вызвала такси и решила поехать на место немного раньше, чтобы даже учитывая пробки, не опоздать на встречу.       В последнее время, ей слишком часто приходилось кататься на такси, поэтому она задумалась над тем, правильно ли девушка поступила, когда отказалась от машины в подарок? В конце концов и бабушка обиделась, и Эда лишила себя удобства.       Но кто же мог подумать, что с офисного червя ей придётся превратиться в порхающую бабочку и бывать за такое короткое время во всех частях города? По приезду на указанном адресе находились очень много разных людей. Эда показала своё удостоверение и ее без лишних слов пропустили в конференц зал. Он находился на девятом этаже; огромные панорамные окна открывали вид на весь Стамбул; вся обстановка и дорогая мебель кричали о люксе и бешеных деньгах. Ведь залы в таком месте снимали только влиятельные и богатые политики.       После того, как все собрались и заняли свои места, в зал вошла жена Османа Четина в сопровождении двух мужчин, по всей видимости, охранников. Выглядела она потрясающе: русые волосы были красиво собраны в низкий пучок, на лице освежающий макияж, который только молодил ее и, конечно же, строгий брючный костюм с лабутенами на шпильке. Эта дама знала как правильно себя преподнести.       Весь ее вид буквально кричал об превосходстве над другими, и многие девушки сопровождали ее персону завистливыми взглядами. Богатая жена-вдова. Ни намёка на горе. Что может быть лучше для людей, мечтающей о такой жизни? Она села за стол с множество микрофонами и приятно улыбнулась. — Хочу всех вас поприветствовать здесь и опережая ваши вопросы, скажу почему я организовала эту пресс-конференцию. Во-первых, сейчас вокруг моей семьи крутятся очень много слухов по поводу смерти моего мужа. Ваши коллеги позволяют себе додумывать несуществующие факты и печатать их на всеобщее обозрение. Во-вторых, мне надоело, что меня преследуют со всех сторон, мне трудно выйти куда-нибудь на обед. Поэтому сегодня я первый и последний раз даю вам комментарии по поводу всего случившегося.       В зале мгновенно поднялся гул, все закопошились, вычитывая в своих папках подготовленные вопросы. Послышался звук фотоаппарат и комнату на несколько секунд озарила вспышка, несколько щелчков и люди друг за другом начали задать интересующие вопросы. — Госпожа Айсу, как вы считаете, мог Серкан Болат убивать вашего мужа, чтобы занять его место? — вопрос задал молодой мужчина, не читая с листочка. Он поправил очки и выжидающе посмотрел на женщину.       Эда мгновенно напряглась, услышав упоминание об этом человеке. Зал погрузился в тишину. Журналисты шаркали ручкой по бумаге, записывая каждую деталь. — У нашей семьи есть много врагов, бывало люди завидовали успеху моего покойного мужа. Айсу опять улыбалась, но уже более натянуто, чем сначала. Незапланированной вопрос, на которой не было подготовленного ответа. Эда решила, что вступать в дискуссию пора и ей. — Вы действительно считаете, что быть начальником порта — это огромный успех, за который могут лишить жизни?       Воздух в комнате сгустился. Эда буквально почувствовала, как все присутствующие напряглись. Лопатки зудели от взглядов, которые прожигали в ней дыру. Фотограф больше не фотографировал, а женщина, казалось, больше не дышала. — Он был не только начальником порта, а ещё и бизнесменом, — Четин нервно отпила воды из стакана и Эда заметила, как дрожали ее руки. Девушка недоверчиво прищурилась. — Но ведь говоря о том, что Серкан Болат мог убить вашего мужа, вы ясно дали понять, что это могло произойти только из-за должности на порту. Или они вместе ещё и хлеб выпекали на досуге?       Все в зале как будто вышли из транса, и снова начали царапать ручками по бумага записывая все, переводя взгляды с женщины на Эду. По иронии судьбы, госпожа Йылдыз сидела в первом ряду, и с этого ракурса открывался прекрасный вид на панику в глазах Айсу. — Так что такого происходило на том порту, госпожа Айсу?       Эда победно улыбнулась, когда увидела поражение с ее стороны. Она молчала, буравя ее взглядом, и судя по бегающим зрачкам пыталась придумать достойный ответ. Две женщины справа начали перешептываться между собой, отвлекая всех остальных от данного представления. — Все, хватит, госпоже Айсу начало становится плохо. Всем спасибо за вопросы.       Плохо ей, конечно. Изначально эта персона не очень волновала Эду, но сейчас было видно, что она что-то не договаривает. Слишком веселая, слишком спокойная, слишком неправильная... Все таки ни одной слезинки она из себя не выдавила.       Вопросов не уменьшилось, а только вдвойне прибавилось, поэтому Эда решила поступить очень просто — проследить за ней. Все таки не верилось в то, что журналисты по пятам за ней ходили, не всегда возможно выйти на след звезды, не то, что на обычного человека.       Девушка отошла недалеко от здания , выбрала то место где открывался замечательный вид на вход. Остальные люди уже разъехалась, поэтому с минуты на минуту она должна была выйти. Так и случилось: переодетая в спортивный костюм, опять в сопровождении двух охранников, женщина вышла на улицу. Мужчины закинули пакеты в машины, затем сами туда сели и уехали, оставляя ее одну.       Айсу осмотрелась по сторонам и накинув на голову капюшон ушла в неизвестном направлении. Сейчас Эда проклинала себя за эти шпильки, потому что еле успевала идти так, чтобы она не пропала с поля зрения. Женщина разговаривала с кем-то по телефону, но ей ничего не удалась расслышать из-за большого расстояния.       Спустя полчаса, когда ноги уже почти отказали, а мозоли были размером с гребаной землей, они забрели не в самый благополучный район Стамбула. В нос сразу же ударил неприятный запах мусора и сгнившей еды; крысы ползали по земле, цепляя несколько раз ноги Эды. На улице почти стемнело, в домах начал загораться свет. Было слышно только шум воды, писк крыс и крики из некоторых окон. В основном здесь жило бедное население, которое постоянно дралось, ссорилось и часто воровали что-то друг у друга.       Айсу Четин остановилась возле одного из домов и три раза постучала в дверь. Это выглядело как некий шифр между ней и человеком, который открыл ей. Эда навела камеру, но не сумела рассмотреть кто это был, а потом застыла, когда увидела, как они поцеловались, а затем скрылись в доме. У неё был любовник. И это меняло все. Все слова о том, что они жили душа в душу. Она его точно не любила.       Эда вышла из транса спустя несколько минут и поспешила убраться оттуда, как можно скорее. Не хорошо девушке разгуливать в этом районе в такое время, мало ли что может случиться. Она не знала как на это реагировать.       Ладно, был у неё любовник, но тогда к чему этот маскарад? Почему ему просто не придти к ней домой, а не прятаться в этой помойке?       Может потому что она была с этим человеком в заговоре и они вдвоём убрали Четина? А что, завещание было переписано за три дня до смерти. Денег хватило бы до конца жизни, можно и в любовь поиграть.       Она вернётся сюда завтра днём и попытается разузнать, кто там живет. Ночи в Стамбуле становились все прохладнее, Эда поёжилась после очередного порыва ветра и обняла себя руками. Выйдя из того района, она вызвала такси и наконец-то уехала домой, размышляя о том, почему этот клубок становится все запутаннее?       Сейчас девушка задумалась о том, действительно ли Серкан Болат убил его? Ведь сегодня вспыли факты, которые немного меняли дело. Его могла убить жена, а он просто удобно подвернулся, как главный подозреваемый, претендующей на его место.       Он будет за решёткой гнить, а они за деньги покойного будут куролесить по всему миру.       С другой стороны, Серкан был тоже не простым персонажем в этой истории. У него есть враги, не зря Кадир предупредил держаться от него подальше, значит были уже случаи, когда он хладнокровно убивал. Но связано ли этот как-то с убийством Четина?       А вдруг этот человек в доме и был Серканом? И они с Айсу были любовниками, которые просто выгодно провернули дело, а теперь скрываются и ждут, когда вся шумиха утихнет и дело закроют, как и тысячи других, которые не удалось раскрыть. Селин, видимо, просто прикрытие. — Эда, что за хрень? — Али был вне себя от ярости. — Я тебе какие вопросы сказал задавать?       Она почувствовала, как от раздражения и гнева начали покалывать кончики пальцев. В последнее время он слишком часто звонил и высказывал свои претензии, сидя на жопе ровно. — Хрень — это то, что ты сочинил, наивно полагая, что я буду позориться с этими вопросами. Сколько она тебе заплатила? Надеюсь эти деньги стоили того, чтобы выставить меня посмешищем. Он противно рассмеялся. — Послушай, я с тобой панькаться не буду. То, что у меня на тебя стоит не даёт тебя права так себя вести с начальством, запомни это. Эда хмыкнула. — Стоять то у тебя стоит, но яйца так и не выросли, чтобы нормальные дела расследовать.       Она сбила звонок, а затем выключила телефон, чтобы никто не беспокоил. Ноги гудели от незапланированной «прогулки», видимо стиль мисс высокие шпильки придётся отложить на некоторое время.       Отрыв ноутбук, девушка принялась дописывать первую статью, не забывая внести туда сегодняшние свои вопросы на пресс конференции и подробные ответы Айсу. Затем открыла на весь экран сделанные фото и видео, приближала, рассматривала каждый пиксель, чтобы увидеть хоть какую-то зацепку, но нет. Женщина полностью закрыла его собой. Плюс фото было не совсем четким из-за приближения камеры. Потом, спустя минут десять рассматривания фото, ее внимание привлекли часы на мужской руке. Эда сделала несколько снимков экрана, возможно так удасться понять кто там все таки был.       На экране высветилось новое уведомление, на почту пришло письмо.

«Уважаемая Эда Йылдыз, наша клиника готова удовлетворить ваш запрос, поэтому завтра в 12:00 вас лично примет наш главный врач господин Чинар Шимшек

Будьте здоровы!

С ув. Клиника Adonis»

      Она чуть не захлопала в ладоши, радуясь своей маленькой победе. Эда смогла добиться того, что ее проконсультирует Чинар лично. Кадир упоминал, что он падок на молодых девушек. Ну, что ж, придётся ещё завтра помучиться на шпильках, а если все пройдёт как надо, то не только завтра.       Когда она действует в одиночку, тогда и результат лучше. За один день столько сдвигов в работе, ещё бы Али меньше ее бесил, тогда бы вообще было прекрасно.       Ей нужно успеть узнать побольше до того момента, как опубликуется статья. Тогда все узнают, кто она и зачем приходила. О, Эда уже видела как все будут рвать и метать. А она сделает все для этого. Ведь одно грязное белье у неё уже есть.

***

      Этой ночью Эда спала, как младенец, позабыв вчера включить телефон обратно. Будильник утром так и не прозвонил, поэтому девушка проснулась когда на часах было десять часов утра. Она решила сначала сходить в душ, собраться и только потом разгребать пропущенные звонки и сообщения. Сегодня был заслуженный выходной, именно поэтому она записалась к врачу по работе. Женская логика непобедимая вещь.       После утренней рутины Эда тщательно подбирала сегодняшний наряд. Это что-то должно было быть не очень вызывающе, чтобы врач не подумал, что она целенаправленно пришла его соблазнить, но такое, чтобы он сам захотел соблазнить ее. Выбор пал на чёрные брюки палаццо и оливковую шёлковую рубашку, дополнила образ широким ремнём и чёрными лодочками. Волосы немного подкрутила, а макияж сделала максимально натуральным, так как не любила тонну макияжа на своём лице. Выглядела она успешно.       Потом Эда включила свой телефон и ужаснулась от количества пропущенных звонков от Мело и Али.       Сердце пропустило удар, осознавая, что девушка просто так бы не звонила. Что-что случилось. Что-то, что заставило ее позвонить девять раз. — Мело, что произошло? — взволнованно спросила Эда. Надеюсь, это не больше, чем новые сплетни, которые она хочет срочно рассказать. — Жену Османа Четина нашли мёртвой сегодня утром.