Обещание

      Один из немногих спокойных вечеров в их загородном доме. Двухэтажное сооружения, повидавшее многое, в том числе эру первых причуд. Им пришлось его подлатать, но это того стоило. Деревянное здание с запахом скошенной травы и яблочного пирога. Уют, одним словом. Они нечасто сюда приезжали, все-таки геройская деятельность требовала скорости и маневренности города. Но когда всё же они сюда приезжали, то ощущали себя как дома. Кажется, даже мечта стать ещё сильнее отходила в сторону, уступая место уюту.       Приходила мечта сделать это место настоящим домом. Наивная мечта взрослой парочки.       За домом находились целые просторы пшеницы. Золотые колосья развевались по ветру, словно волны на поверхности воды. Запах здесь стоял сильный, полный душистых трав, лошадей и земли. Одно удовольствие было стоять посреди этого великолепия и уж тем валяться на земле, как шаловливый щенок. Кэсси хорошо знала, как она выглядела со стороны, но ей было чистым образом плевать. Она приезжает отдыхать, а не думать. Просто отдыхать, не думая ни о чем. Ни о том, что в этой рубашке и штанах она похожа на фермершу. Ни о том, что в газетах обсуждают её времяпровождение на природе. Ни о том, что она пропустила встречи.       Со временем она поняла, что мир про-героев такой тесный для неё, с их рейтингами, соревнованиями, с разговорами о понтах. Всё это не отменяло её желание помогать людям, вовсе нет, просто она начала относится к этому проще. Она не сможет одна изменить этот мир, может, что-то измениться потом. А сейчас в её мире есть трава, божьи коровки, которые ползают по лицу, и восхитительная перспектива ужина.       Должно быть, она была идеальной деревенской девушкой в далёком прошлом.       Кэсси приоткрыла глаза, увидев, как над ней наклонилась её девушка. Она мысленно себя одернула. Ох, ей пришлось долго привыкать к мысли о том, что «аристократка» Фишер её прелестная жёнушка. Даже не партнёрша, при которой бесконечно краснеешь, давно нет. Должно быть, стандарты общества все-таки влияют больше, чем следовало бы. Но, конечно же, она никогда не стыдилась своей семьи. Маленькая, странная, но крепкая семья. Она похлопала по траве рядом с собой, приглашая прилечь рядышком. Идея испачкаться оказалась занятной. Вуд недовольно фыркнула, вспомнив, с каким трудом она причесывает волосы ей после этих лежаний. И всё же ничего она поделать не может.       И не хочет. Потому что приятно лежать в тёплых объятиях. — Кэсс, не знай я, что ты из города, то подумала бы, что ты тут целую вечность жила. Это впечатляет.       В ответ она услышала довольный смешок и насмешливый поцелуй в лоб. Просто они знали, что это давно уже не впечатляет, просто говорить об этом стало традицией. Как бы маленькое болезненное напоминание, что эта идиллия не часть их жизни, что она закончится. Они погостят пару недель, потом уедут обратно в город, унося с собой запах травы, и оставляя что-то от себя. Это нормально, не так ли? Вуд приподнялась на локтях, в её глазах горела идея, из-за чего девушка под ней как-то сжалась. Тихони, как она, всегда-всегда приносят какие-то сногсшибательные идеи. — Кэсс, можешь дать мне согласие на моё обещание? Можешь? Поклянись!       Кэсси ненавидела давать обещания. Она их давала, потом происходило что-то с ней или с тем бедолагой. Возможно, она ненавидела ответственность. Или груз вины за возложенное обещание. Чтобы это не было, Вуд знала, что она ненавидит давать обещания. Знала, но... в её глазах было столько надежды и мечты. Она не могла отказать ей сейчас, пребывая в таком чудесном месте-точно-не-дом. — Клянусь, что пускай сгорю ради твоего обещания, как Икар, подлетевший близко к солнцу, но выполню его. Ради твоей улыбки.       Кэсси удивилась, когда она уткнулась лицом в её шею, вся дрожа, как испуганный кролик, и несколько обеспокоилась, когда почувствовала на коже влагу от слез. Ненавидит она обещания, от которых очень родной человек плачет. Но слово дано.       Вуд плакала, но с этими тонкими дорожками слез, с растрепанными волосами, с надеждой во взгляде — она казалась ангелом. — Как бы абсурдно это не звучало, пожалуйста, не смейся. Просто знай: сколько бы не проходило времени, сколько жизней стоит опробовать, сколько бы не было ненависти... я всегда, слышишь, я всегда найду тебя в следующей жизни. И когда-нибудь у нас будет такая же жизнь, как сейчас. Тихая, но с гарантией жизни.