Посетитель тира

Федор Достоевский- самый обычный молодой человек двадцати четырех лет, работающий в подвальном тире. Увлекался чтением и написанием книг, а так же не редко наблюдал за стрельбой и сам ей увлекался. Он называл себя обычным, хоть и таким не очень-то и являлся. Прекрасная внешность казалось, прошло векового аристократа, кого обратили в вампира и вот он дожил до наших лет. Так его могли описать. Жуть какой умный и начитанный программист, который если не убьет тебя взглядом, то пристрелит из старого доброго Калашникова или любимой снайперской винтовки. До пары до времени к нему приходили любители, и лишь редкостно к нему в помещение заявлялись полицейские или еще лучше- сотрудники войск специальных назначений, или по нашему спецназ. Такие личности заявлялись редко, были мрачными и крайне не разговорчивыми. Взрослые люди, что сказать. Но в один просто прекрасный день к Федору в этот подвал завалился очень интересный человек. Он сразу привлек его внимание.

***

Времени было около двух часов дня, а к Федору уже пришел посетитель, что удивительно, ведь все обычно приходили под вечер. Со скрипом тяжелой двери, в помещение вошел парнишка, лет семнадцати на вид. –Парень, ты конечно извини, но тут ограничение в возрасте так что...–Федор и договорить не успел, как парень вышел в свет, протягивая удостоверение. У Достоевского чуть глаза на лоб не полезли от удивления. Он- сотрудник спецназа, со стажем работы больше пяти лет и ему двадцать три года. Не семнадцать, а чертовых двадцать три! На вид он и в правду был похож на обычного не формального подростка со странной, но цепляющей внешностью. Из этого же удостоверения брюнет узнал, что этого посетителя зовут Николай Васильевич Гоголь- Яновский, и то, что тот родом из Украины. Достоевский вздохнул, махнув рукой в сторону зала, рассматривая Николая. Белая, длинная и пушистая коса до пояса, с яркой красной резинкой помпона; высокий рост и в целом худое, хоть и спортивное телосложение; черная водолазка, такие же брюки, широкий ремень, язычок которого высовывался из-под металлической бляшки, причудливо свисая; высокие сапоги на множестве разных ремешков, в которые были запханы брючины. А на руках так же мелькнули перчатки без пальцев, что сейчас поправлял клиент. Гоголь долго стоял около стены на которой весело множество разных оружий, после чего не торопливо указал на револьвер. Брюнет вяло вышел из своей коморки, подходя к этой же стенке, вставая на носочки и снимая оружие, уходя к не большому столику с патронами, разными тряпочками для протирания ружей, и прочими безделушками. Федя почувствовал изучающий взгляд и на себе . Самая обычная черная футболка ( футболка Пивозавр ))) , поверх нее не застегнутая клетчатая рубашка, рукава которой бережно закатаны до локтей; темные джинсы, темно-красные сапоги на шнурках; на руках кроме таких же перчаток как и у Николая, были так же кольца, а именно на левой руке, среднем и безымянном пальце, а так же на правой руке, большом и указательном. Кольца были однотипные: то серебряные с надписью "спаси и сохрани" (а именно на безымянном и указательном пальце) так и обычные, сплошь черные кольца на двух оставшихся пальцах. Достоевский ловко зарядил пистолет, протягивая его Николаю. Гоголь лишь слабо улыбнулся, на миг поворачиваясь к хозяину сего места лицом, после уходя к самому помещению стрельбы. Тогда то, за эти пару секунд Федор и заметил самую яркую часть его внешности. Лицо. Бледное, фарфоровое, чуть розоватое личико, с уродливыми шрамами на правом, и аккуратным шрамом на левом глазу; сами глаза были разыми, парень обладал столь редкой и столь прекрасной гетерохромией. Правый глаз являлся голубым, с легким отливом в зеленый и глубокой синевой у зрачка. В темноте помещения зеленые оттенки и вовсе пропадали, делая радужку глубокой ультрамариновой. Знали бы вы, насколько то прекрасно и волшебно. Второй же глаз обладал более спокойным, глубоким карим цветом, с светлыми тончайшими иголочками желтого, уходящего в черный цвет. Такой глубокий, постоянно меняющий свой оттенок коричневый, что нельзя точно сказать: это цвет горького шоколада или все таки молочного. Да, Федор был довольно наблюдательным, как вы успели заметить. Что ж , вернемся же к ним. Этот странный паренек стал приходить регулярно, а именно каждый рабочий день тира. Со временем спецназовец стал рассказывать о себе в процессе стрельбы или выборе оружия. Невзначай, как бы вскользь. То ляпнет что любит сладости, то скажет что до жути пунктуальный, то еще какой-то не очень нужный, но интересный факт о себе. Открытый и позитивный человек-такой вердикт поставил ему Достоевский. Сам Николай стал чаще просить самого владельца данного места выбрать ему орудие стрельбы. В такие моменты Гоголь его не слушал, а просто наслаждался его внешностью. Черные волосы до подбородка, словно смоль, сама тьма струилась и выглядела до жути мягкой. Так Коля мог лишь твердить, но на вид Дьявольские волосы казались очень мягкими и не послушными. Но больше всего он зациклил свое внимание так же на глазах. Они были не обычного, лилового, нет, фиолетово-розового, снова мимо... Сказочного оттенка! Так будет точнее. Под разным углом его глаза были разыми: то темными, кошмарными фиолетовыми омутами, что готовы убить всех за долю секунды одним только косым взглядом, то были светлыми, аметистовыми, драгоценными глазками, в которых так весело играли блики чуть желтоватой лампы. Наверное, глаза-это и в правду зеркало души. У одного эта самая душа разделена на два абсолютно разных мира, со своим характером и мыслями, а у второго, душа может быть то темной, мрачной и жестокой , словно самой Смертью, Дьяволом во плоти, но при желании и хорошем ракурсе душа становилась светлой, мечтательной, прекрасной. Такое огромное описание выдали парни, а Достоевский , как бы прочитав мысли второго, выдал вот такой рассказ. Все таки он волшебно писал обо всех вещах...

***

Уже и месяц прошел как этот странный спецназовец приходит пострелять. Иногда у них даже завязывается диалог. А иногда Достоевский находит как бы "случайно" оставленные конфеты на столике с патронами. Конечно же он понимал, что это не являлось никакой случайностью. Такие моменты росли, их разговоры перешли и на личную жизнь и на чувства. Буд-то они знакомы много много лет. Они не боятся доверять. Поэтому свободно разговаривают на разные темы :от чувств и увлечений до семьи и личности. Так что к концу и этого месяца они знали друг друга достаточно хорошо. По меркам Достоевского даже слишком. С Колей редко приходили и другие сотрудники специальных войск , но часто уходили первые, оставляя блондина одного. Да и Федор был только рад этому. Он спокойно может наблюдать за его Коленькой. До такой степени он стал родным, до такой, что Достоевский влюбился в этот образ неряшливого паренька. Так что то, что на свое день рождение Достоевский заметил пакет на том самом столе, для него особым сюрпризом не стало. На календаре ноябрь, обведенная дата в кружок, его день рождение. За окном поздний вечер, а тяжелая дверь хлопнула, обозначая то что последний посетитель ушел. Дрожащими руками открыв пакет, Федор увидел ожидаемую, но при этом удивительную картину. Теплый шарф, таблетки обезболивающего, тубус смазки и лента презервативов с запиской. На маленькой бумажке был адрес дома, и чуть кривым почерком надпись " Буд ждать тебя в 9 часов)". И Достоевский закрыв подвальное помещение, направился домой, с легкой усмешки с фантазии блондина. Ну а после этого он конечно же отправился домой к этому сказочному пареньку....

***

Сердце трепещет уныло, Оживляя душу, поныло, Восхищаясь красой сей прекрасных глаз. Зацепило душу причудливый облик, Внешностью поразив сего Дьявола смог он. Теперь его сердце трепещет уж живо, Теперь он не встанет с кровати пол века... (Помянем Федю и его бедное очко (()