Stone shell of your heart

Пустая съёмочная площадка, освещённая маленькой лампочкой, что давала яркий желтоватый свет в полной ночи. Действительно хорошее место и время для их очередного поединка, не так ли? – Хорошо, признаю, впечатляет. Ты смог застать меня врасплох своим визитом! – Актёр явно был в неописуемом восторге и удивлении, одаряя довольной улыбкой своего противника. – Я старался. – только и произнёс челкастый парень, безразлично моргая каждые несколько секунд, пристально и аккуратно прожигая невидимую дыру внутри другого. Подобные их схватки происходили множество раз, так как один из них начал эту затею, а другой, как по течению, подхватил её. Даже не вспомнится, кто именно это начал, но между ними теперь шло соревнование, кто кого удивит больше или же победит в последующих схватках. Они являлись друзьями, часто гуляли по крышам и находили себе развлечения. Скучать рядом друг с другом не приходилось почти никогда. Правда, времени у них практически не было. После изнурительных съёмок Фэнг был давно измотан. Это происходило совсем не от физической нагрузки, а, скорее, от убийственной скуки, которая так и царила в этой большой комнате, особенно на сцене, где они сейчас и находились. Мастер кунг-фу встал в позу, готовясь принимать удары и ожидая предстоящего нападения. Прошла секунда, две, три, а затем и вовсе 10. Никакие действия со стороны челкастого не последовали. Парни всё так же стояли на своих местах, даже начало казаться, что на фоне пробежалось перекати-поле. Обстановка стала скучней, чем ранее. Тем не менее она не переставала быть странной и напряжённой. Внезапно, Эдгар медленно стягивает шарф со своей шеи, показывая, что явно не желает драться. Взору актёра открылась оголённая, худая и бледная шея, а также аккуратный заострённый подбородок, сухие, и потресканные губы. Внутри сознания Фэнга появилась мысль, что парень вообще не питается , а также страдает обезвоживанием, что, кстати, было не к месту в подобной ситуации. Эдгар расставался со своим единственным оружием настолько редко, что Фэнг только сейчас смог увидеть, как выглядит чужая шея. Знакомы они довольно длительное время, но даже забавно вспоминать тот факт, что актёр иногда думал, что у соперника вовсе нет шеи. Аккуратно складывая ткань, парень развернулся и положил её на одну из коробок с реквизитами, которые были нужны для снятия фильма несколькими часами ранее, тем самым показывая, что он "безоружен". Актёр лишь недоверчиво нахмурился, а затем приподнял густую бровь, явно не понимая смысла в чужих действиях. Эдгар начал разминать затёкшую шею, моментами вызывая негромкие хрусты собственных костей. Затем же медленным шагом укоротил расстояние между ним и Фэнгом. Последний был чуть выше него самого, поэтому парню пришлось слегка приподнять голову, бросая взгляд прямо в глаза напротив. Фэнг окончательно потерял бдительность, но даже так он непонимающе кидал затуманенный взгляд в ответ. В чужих глазах всё так же читалось безразличие, но сейчас в этом взгляде было что-то не так. Что-то явно изменилось. Челкастый взял парня за запястье, полностью обратив его внимание на себя, и снова взглянул на него. – Я хочу поговорить. Мы и так часто дерёмся на арене. Я хочу сделать перерыв. – Эти слова вызвали большое недоумение у Фэнга, поэтому ему понадобилось чуть больше времени, чтобы поразмыслить над ответом. В любой момент он мог отцепить свою руку и ударить ногою парню в лицо, но что-то крепко держало. Вопреки своей жажде драться, актёр согласился и настороженно кивнул, не придумав чего-то оригинальнее. Почти в ту же секунду его потянули за запястье и быстрым шагом вывели наружу подальше от камер, которые находились в каждом углу той комнаты. Открыв дверь пинком, Эдгар продолжил проход себе и сопроводителю, который еле как успевал за ним. Развернувшись около закрывающейся двери, парень слабо толкнул актёра к тёмной кирпичной стене. К счастью, снаружи так же было пусто: никаких камер, никаких людей поблизости. Тысячи звёзд и полная луна кое-как освещали окружность, давая парням маленькие шансы, разглядеть друг-друга в кромешной тьме. Холодный ночной ветер скользил по их горячим телам, лаская невидимыми прикосновениями, унося словно в иной мир. Прекрасную тишину нарушало лишь неумолкаемое стрекочение сверчков, но это лишь украшало всю ту атмосферу, которая зародилась за такое короткое время. Парень прижал второго к этой же стене, расставив обе руки по бокам, тем самым закрывая путь к отступлению. Учитывая их разницу в росте, со стороны это казалось очень даже забавно, но прямо сейчас не было времени думать об этом. Фэнг признаёт, Эдгар удивляет всё больше и больше. Бесстрашный мастер боевых искусств стоял в ступоре, будто бы беспомощная девушка, к которой вот-вот начнут домогаться. – Хе-е-й, и что же ты по твоему делаешь? – наконец актёр пошёл на риск, задав долгожданный вопрос. Эдгар, который длительное время молчал, лишь устало посмотрел на того и выдохнул горячий воздух, пытаясь не показывать дрожь в руках. – Я не нуждаюсь во внимании, в постоянном общении, не нуждаюсь ни в ком. Я привык быть один, понимаешь? – Фэнг отчётливо слышал, как чужие руки по бокам нервно постукивали по холодному кирпичу, отдалённо издавая какое-то странное музыкальное сопровождение. Но парень был просто сильно взволнован. – Наши постоянные схватки и даже обычные времяпровождения вызывали у меня скомканные чувства, но они были положительными. Это...так ново для меня...– Эдгар изо всех сил пытался не отводить свой взгляд, всё также концентрируясь на голубых глазах напротив. Парень сглотнул и продолжил свою речь. Фэнг не осмелился его перебивать и не делал резких движений. По итогу, он застрял на месте, словно застывшая каменная скульптура, и наблюдал за всем происходящим. Обычно эмо сильно неразговорчив, но сейчас всё было совсем по другому, что и толкало Фэнга задуматься над этим. – Но я устал с тобой сражаться. Открывая шкаф, я больше не нахожу бинтов, что могли бы скрыть те раны, которые ты оставляешь на мне каждый день. Устал делать вид, что мне больше интересно играть в нашу с тобой игру. Это правда утомляет. – С каждым новым услышанным предложением лицо Фэнга становилось всё больше озадаченнее, чем ранее. – Ты - первый человек, который действительно освещает мою тёмную жизнь. За такое короткое время я так...привык к тебе. Каждый раз сражаясь с тобой, я чувствую необъяснимые чувства. Твой смех и твои тупые подколы, твои волосы и твой запах...стали такими значительными. Мой мир принял этот свет, он перестал быть таким тёмным. Ты понимаешь меня, Фэнг? – нервные постукивания прекратились, и настала тишина. Как ни странно, даже сверчки перестали стрекочить. Парень просто не находил слов после услышанного. Эдгар же думает, что натворил глупость, ведь его друг не из тех, кто разбирается в подобном. Тишина перестала быть приятной, она медленно убивала их. В особенности Эдгара и его хрупкую надежду. – Ты хочешь сказать, что...? – Я люблю тебя, ты, идиот. – Всё внезапно встало на свои места. Это было так небрежно, но зато ясно. До последнего актёр думал, что это не то, что он себе представлял, что это какой-то розыгрыш или спектакль, и что через несколько минут слух будет резать крик режиссёра, а в глаза ударит яркий свет уже от прожектора, а не от луны. Он просто не мог поверить в действительность происходящего, не понимал, почему это происходит и почему сейчас. Может он сразился с Эдгаром, а тот хорошенько снёс ему лицо и его фантазия всё додумала за него? Как же сейчас хотелось, чтобы эмо и правда замахнулся и ударил его. Но вместо этого его щеки касается холодная ладонь, возвращая парня в реальность. Ладонь была настолько холодной, что работала словно компресс, помогая ощущать себя трезво. Фэнг, чуть приоткрыв рот, взглянул на парня и накрыл его руку своей. Руки его были в перчатках, но несмотря на это, всё тепло Фэнга передавалось сквозь ткань. Это было нечто невероятное. Неожиданно всю улицу резко осветил свет от уличных фонарей. Одинокие фонари по очереди включались, освещая пустую улицу. Темнота постепенно пропадала, звёзды перестали быть единственными источниками света, и два парня окинули взором друг друга. Оба удивлены и напуганы. Они уставились друг на друга, и сердце Фэнга предательски пропустило громкий удар. Перед ним стоит смущённый и грустный Эдгар. Никогда он не видел его таким. Это произвело огромное впечатление, которое будет запечатано в его памяти навсегда. Ладонь Эдгара всё ещё на щеке актёра, ею он медленно поглаживает его скулу. Эдгар отчаянно ждёт ответа, ждёт и молчит. Страх переполняет его душу. Он показал свою слабость, открылся своему "врагу", доверился ему. Он приготовился даже к самому худшему из всего, что могло быть. – Ты мне не безразличен. Я тоже чувствую к тебе искреннюю привязанность. Могу ли я называть это "любовью?" – Фэнг улыбнулся и сплёл их пальцы вместе. Эдгар раскрыл глаза, его зрачки бегали то туда, то сюда. Он ожидал что угодно, но не взаимности. Дрожь пробежала по всему телу, будто он трясся от невыносимого холода. Скрывать этот факт он больше не мог, это было понятно по его действиям. Фэнг был в неописуемом восторге. Этот парень смог оставить на его сердце горячий след от собственного пламени, которое было на грани затухания. Никогда он не видел эти безразличные глаза полными надежды и радости. Яркий зелёный оттенок так и манил, словно дорогой изумруд в ювелирном магазине. Это нельзя было сравнить даже с огромной коллекцией бриллиантовых украшений известной актрисы. Это он уж точно знал.

***

Парень так и не смог вспомнить тот момент, когда их гляделки превратились в нечто большее. И снова Фэнг начинает вовлекать Эдгара в мягкий неумелый поцелуй. Тот же входит во вкус и продолжает поцелуй. Их судорожное дыхание жгло им лица. Первый поцелуй перестал быть пробным, он превратился в очередное соревнование. Но теперь они старались доставить удовольствие друг-другу, полностью отдаваясь этому моменту, будто это их последняя ночь вместе. Они боятся проснуться у себя на кровати, тогда это было бы лишь сном, плодом их воображения. Но больше всего Фэнг искренне рад, что смог сломать каменную оболочку чужого сердца.