Mr. forgettable

Весной в Сеуле красиво. Особенно по утрам. Цветение сакуры было в самом разгаре, поэтому в недавно построенном парке в Тонджакку уже можно было встретить людей, которые ходили по чистым тропинкам между бледно-розовыми деревьями. Кто-то был на пробежке с утра пораньше, кто-то гулял с собакой, кто-то торопился в школу или на работу. "Всё-таки хорошо, что тогда мы решили купить квартиру именно в этом районе". Только 8 утра, а Юнги уже стоит на кухне и готовит завтрак для них двоих. Сегодня он проснулся раньше Хосока и решил сделать его любимую яичницу. Хоби всегда её любил. Вчера они совсем поздно приехали от врача домой. Кажется, что эти поездки по больницам стали бесконечными. Но Юнги готов. Юнги готов ко всему, лишь бы Хосоку хоть на немного стало лучше. Он готов просыпаться по утрам, видя, как его парень не может понять где туалет в квартире, в которой они живут уже почти 4 года, и показывать ему путь, получая смущённую улыбку в ответ. Готов рассказывать про каждого из их друзей еженедельно, только лишь видя, как Хосок слегка хмурится, но не подаёт виду, когда Мин упоминает незнакомое теперь имя, дабы не расстраивать. Готов рассказывать истории про каждый предмет интерьера их небольшой квартирки, ведь всё это покупалось под пристальным взглядом самого Хосока, который грезил стать дизайнером. Дверь из спальни тихо отворилась и послышались тихие шаги на кухню. - Доброе утро, - шепчет Хосок куда-то в шею Юнги, обвивая его талию руками со спины. Мин невольно улыбается. - Пахнет очень вкусно. - Иди чисть зубы, скоро всё будет готово, - он быстро чмокает младшего в макушку. Это уже стало его личной привычкой. Хосок стал его личной привычкой. Промычав что-то невнятное и пощекотав своим дыханием шею Мина, Хоби отлепляется от любимого, немного тёплого тела и, улыбаясь, медленно шагает в ванную комнату. "Сегодня у него хорошее настроение",- замечает про себя Юнги. В зеркале ванной Чон видит взлохмаченные чёрные волосы, слегка помятое лицо с отметками от подушки, сонные глаза и... футболку? Голубую выстиранную футболку с маленьким блеклым утёнком слева на груди. Что-то знакомое… Чёрт. Он её вовсе не помнит. Она кажется чем-то родным и доставляющим уют. Но он не припоминает, когда покупал её... По возвращению на кухню он видит Юнги, копошащегося в каких-то пакетах, и невероятно вкусно пахнущую яичницу на столе. - Ммм, - тянет он, садясь за стол. - Давно мы не ели яичницу на завтрак. - Хоби, я готовил её тебе в пятницу, - мягко напоминает Мин. Юнги готов напоминать ему абсолютно незначительные вещи, ведь сам то он помнит, как в пятницу Хосок сидел за столом, заливисто смеясь, и говорил, что если Мин не перестанет ворчать на сверлящих соседей, то вся сакура за окном завянет. На это Хосок лишь натянуто улыбается и переключает внимание на вид из окна. - Не забудь выпить таблетки, - Юнги протягивает ему несколько ампул и тормошит тёмную макушку. - Доктор Ли сказал, что новые препараты должны быть лучше. - А как же, - прыскает Чон и запивает таблетки водой. - Хоби, мы с тобой это уже обсуждали. Тот никак не реагирует и всё ещё рассматривает парк за окном. Юнги готов терпеть меняющееся по щелчку пальца настроение Хосока. И сейчас он никак не реагирует на притихшего парня, садится напротив него на стул и напоминает, что завтрак может остынуть. Утро воскресенья проходит под шум дрели соседей, бурчание Юнги и смех Хосока, которой после того, как Юнги начал орать, угрожая соседям дрелью немного не в том месте, куда она должна закручивать болты, смеялся на весь Сеул. Настроение его заметно улучшилось. Юнги любит их совместные завтраки по утрам. За окном никого не щадящее солнце и розовые деревья, под которыми куда-то спешат люди в утро понедельника. С окна их второго этажа можно достаточно хорошо разглядеть посетителей парка. Вот мужчина идёт и гневно орёт на кого-то по телефону, попутно снимая пиджак своего угольного костюма, не выдержав душной погоды. Вот бегут сломя голову два мальчика лет двенадцати. У одного из них из открытого рюкзака вылетают какие-то бумаги и летят в разные стороны, а его друг пытается как можно быстрее всё собрать. И вот между спешащими куда-то людьми есть пожилая пара, которая сидит на лавочке. Женщина смотрит на аллею сакуры впереди и не спеша что-то рассказывает своему спутнику, а тот, в свою очередь, кажется, не слышит ни слова из того, что она говорит. Он только смотрит на её увлечённое лицо и нежно улыбается. Юнги чувствует себя этим стариком. Пока все куда-то спешат и бегут, он сидит в созданном ими же тихом, уютном месте. Сидит и желает не то что замедлить время, он хочет его остановить. Остановить просто для того, чтобы продлить каждый момент, например, как этот завтрак. Остановить для того, чтобы таким же влюблённым взглядом смотреть на Хосока вечность. - Эй, ты чего завис? - спрашивает Чон, активно размахивая руками перед задумавшимся лицом. - Да да, всё окей, - опомнившись, отвечает Юнги. - Я сегодня выходной. Доделаю все проекты завтра. - Вооу! - восклицает Хосок. - Так значит, сегодня ты весь в моём распоряжении..? - Сегодня я весь только твой, - мягко улыбается Мин. - Значит, мы идём смотреть на сакуру! - На сакуру? - выгибает бровь Юнги.- У нас всё ещё есть прекрасное окно, через которое ты можешь её прекрасно увидеть. - Я совсем ничего не вижу! А в особенности моего парня лентяя, у которого попа и кровать стали одним целым! - Хосок вскакивает из-за стола, закрывая глаза руками и смеясь, бежит в спальню, видимо для того, чтобы переодеться. А этот самый парень лентяй с попой - кроватью тихо смеётся и начинает убирать грязную посуду со стола. Юнги готов вечно смотреть на смеющегося Хосока. Спустя почти час сборов, под милые( как посчитал Мин), ворчания младшего, ибо видите ли, Юнги слишком долго натягивает джинсы, а носки у него не подходят к рубашке от слова совсем, они спускаются по лестнице. На улице пахнет прекрасно. Юнги про себя всё-таки замечает, что стоит иногда смотреть на сакуру не только через окно и невольно улыбается тёплому солнцу. - Чего лыбишься? - Думаю вот, что из окна вид получше и обзор для любования больше… - за это Мину прилетает подзатыльник и наигранно осуждающее лицо Хосока. А старший лишь смеётся и, беря того за руку, направляется вглубь парка. Так хорошо он не чувствовал себя давно. Каждый день с Хосоком новые открытия для Юнги. Вот например сегодня он узнал, что счастье заключается не в новой кофте от популярного бренда, не в большой семье и большом доме и даже не в деньгах. Счастье - это смотреть, как Хоби улыбается, видя маленького пёсика какой-то женщины и уверено направляется к нему чтобы погладить, таща за собой Юнги. Счастье - это смотреть, как Хосок, облизываясь, ест миндальный круассан и предлагает Мину попробовать, крича на всю улицу, что это самое вкусное что он когда-либо либо ел, и вообще, почему это Юнги никогда не покупает ему круассаны? Счастье - это Хосок. Хосок, у которого этажом ниже живёт соседка с миниатюрной собачкой. Хосок, у которого этот миндальный круассан из кофейни за углом - самое любимое лакомство с момента их переезда. - Знаешь, что? - вырывает Юнги из мыслей Чон. - М? - выгибает бровь старший, щурясь от солнца и вытирая крошки со рта. - Мне кажется, тебе пойдёт розовый. - Розовый? - изумляется Юнги. - Предлагаешь купить парные розовые футболки? - Предлагаю покраситься в розовый. Юнги немного в шоке. Как только всё это приходит ему в голову? Был бы это кто-то другой, Мин наворчал на него и сказал бы что-то вроде:"Я не жопа единорога чтобы быть розовым" и отправил этого человека на три весёлые буквы. Но есть одно существенное но. Юнги готов на любые безбашенные авантюры Хосока, только лишь бы видеть как тот счастлив. В ответ Мин ничего не говорит. Он улыбается и смотрит на младшего таким взглядом, что тот понимает всё сразу. Через несколько часов на весь салон красоты был слышен смех Хосока, ведь когда он сказал розоволосому Юнги, что тому очень идёт и он похож на облачко, в ответ он услышал недовольное "хуёблачко" явно громче, чем это должно было звучать. И теперь двое розовых парней гуляли под розовыми сакурами тёплым вечером. - Хён, мы прям как из романтичного фильма, - Хосок был явно доволен их новыми образами. - Ага, - пробурчал старший. - розовые сопли в сахарной посыпке, не иначе. И Чон опять заливисто смеётся. "Сегодня у него точно хорошее настроение", - думает Юнги и, мило пробурчав что-то, чмокает Хосока в весок. Настроение у обоих и вправду чудесное.                                    *** - Господи Боже! Я когда-нибудь говорил, что у нас самый удобный диван на свете!? - Хосок лежит на небольшом красном диване с синими подушками, закинув одну ногу на спинку и чуть ли не оды поёт о великолепии этого мебельного изделия. - Понятное дело говорил, - Юнги садится на край дивана и тут же оказывается утянут в сторону лежащего. Знаете, а он в принципе и не против. Поудобнее расположившись на груди младшего, Мин довольно улыбается, когда тот начинает перебирать прядки его теперь уже розовых волос. - Напомни, а где мы его купили? - спрашивает Чон. - Совсем из головы вылетело. А вот у Юнги не вылетало. У него никак не смогут из головы вылететь те часы, проведённые Хосоком в раздумьях над самым важным вопросом: какой диван будет более органично смотреться в их квартире? Они даже квартиру так долго не выбирали, как этот чёртов диван. По итогу, с горем пополам найдя где-то этот красный диван, Чон решил, что сошьёт подушки сам, ибо "ни один из этих корявых и покоцанных цветов не подходил под вайб их квартиры" как выражался сам Хосок. И Юнги рассказал ему. Рассказал, как младший вставал ни свет ни заря, носился по мебельным и прикрикивал на консультантов, что у тех не магазин, а блошиный рынок у дома. Вот только цены были такими, будто диваны делали сами эти блохи вручную. Рассказал, как тот смотрел ошарашенными глазами на этот диван и говорил что влюбился. Хосок на это всё громко смеялся и крепче прижимал к себе своего Хёна. Юнги готов хоть каждый день рассказывать про их красный диван и место его происхождения. - Хоби, уже поздно, - промычал Мин, вспомнив, что те до сих пор лежат в уличной одежде. - Пошли в душ и спать. Нехотя поднявшись с кровати, Хосок поплёлся в спальню. - Юнгиии! - донеслось из-за приоткрытой двери. - А где моя голубая футболка с утёнком? Юнги зашёл в комнату и усмехнулся. - Так она теперь твоя стала? - старший достал футболку с полки на которую положил её утром Чон. - Я, конечно, понимаю, что ты её очень любишь, но ты меня постепенно обворовываешь. Хосок немного растерялся. Он совсем не помнил что это футболка Юнги. Окончательно смутившись, он осторожно взял футболку из рук, пробормотав что-то между словами извинения и благодарности. - Эй, Хоби, ты чего?- Мин слегка потеребил розовые волосы младшего. - Если всё-таки хочешь, давай сделаем общий гардероб. Я не против! Только вот с обувью у нас выйдет небольшая накладка, ведь на... Юнги не успел договорить, как Чон нежно поцеловал его и крепко обнял. Мин немного опешил. Хосок никогда не расстраивался из-за такого, всё всегда переводил в шутку. Даже когда врач озвучил диагноз, младший засмеялся и заявил, что в их паре теперь два старикашки. Юнги только крепче прижался к Чону. - Иди сначала ты в душ, - первым пришёл в себя Хосок.                                     *** От Чона всегда после душа пахнет приятно. Юнги пристроился рядом, положив голову тому на грудь, обвил руками и закинул сверху одну ногу. В ответ младший обнял того и зарылся носом в пушистые волосы. Юнги готов сутками напролёт лежать с ним в обнимку на кровати. - Хён, - тихо позвал Хосок. - Ты не спишь? - Ещё нет, - на грани сна ответил Мин. - Что-то случилось? - Нет, всё в порядке. Просто задумался кое о чём. Юнги устроился так, чтобы видеть лицо Хосока, и поднял одну бровь, мол, "ну вещай, братец". - Возможно, это прозвучит странно, но... - Но..? - Можешь мне кое-что пообещать? - с надеждой и толикой грусти в глазах спросил Хосок. - Конечно, - без единого сомнения ответил Мин. - Всё, что захочешь. - Пообещай, что я никогда тебя не забуду. Сон как рукой сняло. Юнги готов пообещать Хосоку всё что угодно. Всё, кроме того, что не в его полномочьях. - С чего вдруг такие мысли на ночь глядя? - Мин убирает прядь розовых волос с лица Хосока. - Просто пообещай. - Обещаю, - нет. Всё-таки Юнги готов пообещать Хосоку абсолютно всё. - Обещаю, что чтобы не случилось, я всегда буду рядом. И даже если ты, Хоби, вдруг начнёшь забывать, поверь, я всегда смогу тебе напомнить, - и обещания свои Мин всегда сдерживает. И Чон ему без единого колебания верит. Юнги готов для Хосока на всё: и покраситься в любой цвет радуги, и регулярно посещать врачей, и выбирать диван несколько месяцев, и смотреть на сакуру, поедая круассан. Хосок для Юнги готов на не меньшее. Только вот есть одно очень значимое и большое но. Хосок никогда не будет готов забыть его.