Мое невозможное счастье

      Нанон зашёл в дом и услышал доносящийся из гостиной смех. Ом и Кулап звонко смеялись, явно весело проводя время. Омега тихо прошел на кухню и поставил пакеты на стол. Он опёрся руками о гладкую поверхность кухонной мебели и бросил взгляд на букет красных роз, который расположился в стоящей на окне вазе.       Этот букет был далеко не первым. Парень уже сбился со счета, получая цветы каждый день. Ом был очень настойчивым. Он присылал Нону букеты каждый день с того самого дня на детской площадке. Нанон получал и розы, и лилии, и орхидеи и ещё много разных цветов.       К каждому букету прилагались записки и содержание всегда было разное: «Прости», «Прошу, дай мне шанс», «Поговори со мной», «Я скучаю». В одной из записок Пават написал свой номер телефона. Корапат не собирался звонить альфе, но получив очередной букет, не выдержал и набрал написанный на бумажке номер. Ом тогда ответил сразу же, будто только и ждал звонка. Нанон просил перестать присылать ему цветы, а когда Ом начал возражать, Нон разрешил ему видеться с сыном, если он взамен прекратит осыпать его цветами.       После этого, Ом стал часто приходить к ним. Да чего уж там. Он практически прописался здесь. Иногда он пытался поговорить с Ноном, но омега уклончиво уходил от разговора, не желая теребить старые раны.       — Ты пришел?       — Да. Вам было так весело, я не хотел отвлекать вас.       Ом подошёл к столу и встал напротив парня.       — Нон, ты же знаешь, что бы я не делал, я всегда найду время для тебя. Не забывай об этом.       — Тааак, что ж, — Корапат прочистил горло. — Пора готовить ужин.       Пават хмыкнул и не смог сдержать улыбку.       — Папа, ты принес вкусняшки? — забегая на кухню, спросил Кулап.       — Малыш, придется немного подождать. Я приготовлю и будем ужинать.       Нанон разместил купленные продукты на столе и выбросил пустой пакет.       — А дядя Ом останется на ужин?       — Да, Нанон, — начал альфа. — Ом останется на ужин?       — Ты… — омега посмотрел на сына и замолчал. Во взгляде ребенка было полно надежды. — Конечно, дядя Ом останется на ужин.       — Ура! — мальчик радостно запрыгал и захлопал в ладошки.       Ом улыбался не сводя глаз с сердитого омеги.       — Дядя Ом, пойдем играть. — Кулап взял альфу за руку и потянул за собой. — Папа позовет нас, как закончит.       — Малыш, папа будет готовить вкусняшки для своего любимого сынишки. Давай поможем ему?       — Нет, нет. Не надо. Идите играть. Я сам справлюсь.       — Видишь, папа сказал, что справится. Пойдем уже.       Кулап нетерпиливо тянул за собой и Ому не осталось ничего, кроме как пойти за сыном, оставляя Нона наедине с готовкой.       Сегодня он впервые останется ужинать вместе со своими любимыми и хотел бы помочь в приготовлении еды. Ну ничего. В другой раз они обязательно приготовят что-нибудь вместе.       Через час ужин был готов и все уселись за столом. Пробуя каждое блюдо Ом говорил как это вкусно и никак не мог перестать нахваливать кулинарные способности Нона.       Поужинав Нанон взял сына на руки и пошел укладывать спать. Ом убрал все со стола и принялся мыть посуду. Какой же всё-таки у них замечательный сын. Благодаря ему Ом сейчас все ещё здесь, а не в пустой и холодной квартире.       Альфа уже протирал тарелки полотенцем, когда Нанон вернулся на кухню.       — Что ты делаешь?       — Мою посуду.       — Это я вижу. Я спрашиваю зачем ты это делаешь?       — Хочу помочь. Ты столько всего сделал за день, наверняка устал.       — Ммм. Спасибо.       Ом кивнул и продолжил вытирать посуду. Нанон молча стоял рядом и наблюдал за альфой. Его тело все ещё предательски реагировало на альфу. Стоило парню уловить приятный цитрусовый запах, как тело начинало гореть, а сердцебиение учащалось. Так хотелось прикоснуться к альфе, почувствовать исходящее от кожи тепло провести рукой по кубикам пресса и зарыться пальцами в шелковистые волосы.       — Вот, — сказал Ом, протирая последнюю тарелку. — Теперь все.       — Закончил? Вали к себе.       Нанон пошел вперёд, проходя мимо парня. Пават схватил его за запястье, заставляя остановиться.       — Нон, пожалуйста. Давай поговорим. Позволь мне объяснить все.       Омега вздохнул и повернулся к Ому.       — Что ты хочешь сказать мне? Прошло уже пять лет. Это все в прошлом.       — Но ты не знаешь всего. Ты знаешь только то, что наплел тебе Стив. Все было не так.       Нанон выдернул руку из хватки Ома и бросил на него злой взгляд.       — Хм, не так? Он прислал мне фото, на которых ты голый лежишь в чужой постели! Что здесь могло быть не так? Что, Ом?!       — Нанон, успокойся. Пожалуйста, сядь и я обо всем расскажу тебе.       Корапат перевел дыхание и уселся на стул.       — Я слушаю. Можешь начинать.       — Обещай, что не будешь перебивать и выслушаешь до конца.       — Без проблем.       — Хорошо.

5 лет назад

      — Ну что, там насчет вечера?       — Все готово. Я забронировал столик на вечер в одном клубе. Как только Нон освободится, я устрою ему сюрприз, — счастливо улыбаясь, ответил Ом.       — Друг, не забывай, что Нанон приболел немного. Ты уверен, что ему будет нормально в таком шумно месте, как клуб?       — Эй, я просто хочу провести с ним время. Столик я заказал в самом дальнем углу, подальше от всех. Нас никто не побеспокоит.       — А ты продуманный, — сказал Дрэйк.       — Все, я пошел.       — Давай беги, Ромео.       Ом заскочил в общагу, переоделся и уже через час был на месте. Он занял столик, заказал напитки и еду и стал ждать звонка от любимого. Нанон сказал, что позвонит, как только закончит в больнице. Пават надеялся, что у его малыша всего лишь небольшое переутомление и они смогут провести отличный вечер вдвоем.       Альфа заказал небольшой коктейль и медленно потягивал напиток через трубочку. Нон задерживается. Только бы не было ничего серьезного.       — Ом? Рад тебя видеть, — Пават поднял голову и увидел стоящего рядом со столом Стива.       — А я нет, — холодно ответил альфа. — Убирайся. Я жду своего парня.       — Ну чего ты такой грубый? Я хотел извиниться за те фото.       — В твоих извинениях я не нуждаюсь.       — Я же искренне говорю. Мне очень стыдно.       — Если скажу, что не злюсь на тебя, ты свалишь? — в надежде спросил Ом.       — Правда? Ты больше не злишься?       — Сказал же нет. Теперь вали.       — Спасибо тебе.       Стив развернулся и ушел. Не успел Ом порадоваться уходу надоедливого омеги, как Стив вернулся с бутылкой виски.       — Выпьем за примирение? — омега сел напротив и поставил бутылку на стол.       — Я не буду с тобой пить. Как я тебе уже сказал, я жду своего парня и он уже вот-вот должен придти.       — Да брось. Всего по стаканчику.       — Как же ты меня достал. Выпью один стакан, только чтобы ты отстал и свалил уже.       — О, конечно. Не переживай, я сразу уйду, — Стив улыбнулся, наполнил стаканы и протянул один Ому.       Пават залпом выпил содержимое и поставил стакан на стол.       — Счастлив, теперь?       — Не представляешь как.       Ом откинулся на спинку кресла и почувствовал лёгкое головокружение. Резко захотелось спать. Глаза начали сдаваться и последнее, что Пават увидел перед тем, как отключился, злорадная улыбка Стива.

Настоящее время

      — Вот так все и было в тот день. Я пришел в себя только к вечеру следующего дня. Этот гад затащил меня в отель, раздел, сфотографировал и отправил фото тебе. У нас ничего не было.       Ом перевел дыхание и посмотрел на Нона. Омега покорно сидел и ждал, когда он продолжит.       — Я собирался позвонить тебе, но телефон разрядился. Тогда я быстро оделся и поехал к тебе в общежитие, но охранник сказал, что ты уехал. Где я только не искал тебя, Нон. И Джимми, партизан, чертов. Я умолял его сказать мне куда ты уехал, но он молчал.       Ом покачал головой и грустно улыбнулся.       — Я так долго искал тебя. Но так и не смог найти. А потом случайно встретил тебя в парке. Я был так счастлив тогда.       Нанон поднял голову и посмотрел Ому в глаза.       — Я так люблю тебя, Нон, — альфа потянулся и сжал ладонь парня. — Я никогда не переставал любить тебя. Прости, что не смог найти тебя и мы потеряли пять лет нашей жизни. Если бы я мог, я вернул бы время назад, чтобы быть рядом с тобой и Кулапом.       — Ом, — по щекам покатились слезы.       — Не плачь, — Пават провел пальцем по щеке любимого, стирая льющиеся слезы. — Пожалуйста не плачь. Я не могу смотреть, как ты плачешь.       Корапат шмыгнул носом и провел по лицу тыльной стороной ладони, избавляясь от дорожек слез.       — Прости, я не плачу. Ом, мне очень жаль, что я так сорвался тогда и даже не выслушал тебя. В тот вечер я хотел рассказать тебе, что у нас будет малыш, но получил эти фото. Мне было так больно.       — Я знаю. Прости, это я виноват.       — Нет, — Нанон замотал головой. — Нет, здесь нет твоей вины.       — Ты больше не злишься на меня?       — Я понимаю, что ты не виноват в том, что случилось. И ты не изменял мне. Я не злюсь на тебя, но… — Корапат сжал в ответ теплую ладонь альфы и посмотрел в глаза. — Ом, пожалуйста, можешь дать мне немного времени? Я столько лет жил с мыслью, что ты предал меня. Мне нужно подумать обо всем и собраться с мыслями, понимаешь?       — Конечно. Я понимаю тебя, малыш. Я дам тебе столько времени, сколько понадобится. Я пять лет ждал тебя, могу ещё подождать, — сказал Ом и улыбнулся.       — Спасибо.       Парни продолжали держать друг друга за руки. За долгое время разлуки тело так соскучилось по прикосновениям любимого человека.       — Я пойду тогда, — после долгого молчания, сказал Ом. — Ложись спать и хорошенько отдохни.       — Ты тоже.       Альфа наклонился к лицу Нона и прошептал:       — Люблю тебя.       Омега замер от внезапной близости и вдохнул любимый запах. Стало так хорошо и уютно. Только рядом с Омом он испытывал такие чувства.       Пават отстранился и вышел из кухни. Нанон сидел на стуле не в силах пошевелиться. Через мгновение из коридора донёсся шум закрывающейся двери, приводя растерянного парня в чувство.       Нанону было стыдно. Не сбеги он тогда, все могло бы быть по-другому. Все это время Ом страдал, а Нон злился на него. Хотя альфа и сам был жертвой коварного плана Стива.       От всех этих новостей разболелась голова и выпив лекарства Нанон отправился спать. Закрывая глаза, он впервые за долгое время хотел увидеть во сне своего единственного альфу.