"На моём троне тебя никто не тронет..."

      Люциус сидел на коленях перед Лололошкой, который сидел на троне, облочённом в красную натуральную кожу, а его голова мирно покоилась на чужих бёдрах, руки нежно гладили щиколотки через ткань брюк. Беловолосый широко улыбался, блаженно прикрывая глаза. Рома же поглаживал одной ладонью мягкие волосы головы. Его взгляд был направлен в сторону.       Они женаты уже столетие, но... Роман никогда не чувствовал нежных чувств к полубогу. Раздражение? Некое желание помочь ступить на путь истиный? Да. Сочувствие и жалость? Тоже в какой-то мере. Возможно, кстати, он и женился на нём из-за всего этого. Но не больше. Он даже его толком другом не считал, что уж тут говорить о любви.       –Как прошёл твой день, Лошечка...? – нежно произнёс Люциус, открывая глаза и смотря в чужие глубоко-синие, словно океан, глаза.       –Мой день? – он опустил взгляд вниз.       Красноглазый поднялся и пересел на колени своего возлюбленного, начиная нежно поглаживать чужие плечи.       –Ммм, да... Твой день... – Люциус немного сжал его руки в районе предплечий, посмотрев на того слегка возбуждённым взглядом и начиная немного тереться о его пах. Но Рома пропустил это.       –Что же... – начал он, – Мы с Воландом сегодня разговаривали, потом решили прогуляться по замку.       –Мгм... Что-то ещё...? – старший уткнулся в чужую шею, начиная вдыхать его приятный запах.       –Ещё твой отец заходил. Проверял, не разрушил ли ты пол ада как тогда, за несколько лет до нашего знакомства.       –Хахах... – издал смешок полубог, оставляя парочку мимолётных поцелуев на шее. Лололошка слегка приобнял того за талию, Люциус же немного поправил золотистую корону на голове шатена. – Знаешь... Если бы ты не принял тогда моё предложение жениться на мне, то.... Думаю, кто-то из них двоих тебя бы в живых не остаавил... – ещё один поцелуй, только в кадык. – Или бы кто-то другой тебя прикончил...       Полубог слегка отстранился лишь для того, чтобы впиться в его губы мокрым поцелуем. Отстранившись, оставляя после себя тонкую нить слюны, он поцеловал того в подбородок, скулу, нос, лоб, обнимая за талию.       –Знай, Лошечка... – его взгляд впился в чужой, – На моём троне, – ещё один поцелуй в губы, а руки полезли под чёрную рубашку шатена. – На моём троне тебя НИКТО не тронет... – Следующий поцелуй был намного страстней.       "Может, Рома, в таких отношениях есть и свои плюсы, к примеру, та же неприкосновенность или полный контроль над полубожком? Ром. А ты вообще пытался его полюбить? Может, попробуешь? Знаешь, будет очень обидно Люциусу, когда он узнает о том, что ты не испытываешь к нему ничего... Всё-таки, он до безумия любит тебя..." – шептало что-то в Лололошке. Но он отбросил эти мысли куда подальше, начиная стягивать с того одежду.