Часть 2
16 мая 2022 г., 19:50
***
Прошло 7 лет. — Дорогой, ты ничего не забыл? — Нет! — донесся голос с другой комнаты. — Покушать взял, не переживай! — Ну как же я могу не переживать, когда мой любимый сыночек в первый день пошёл на новую работу. — Ну мааам… — отчаянно протянул молодой человек. — Мне уже почти двадцать пять, а Хисын до сих пор издевается надо мной, потому что я живу с тобой, и ты меня опекаешь. — И тут совсем не над чем издеваться. — Уверенно кивнула себе женщина, поправив галстук на груди сына. — Ты младший и тебе простительно. Не слушай своего старшего брата. Тем более, скоро ты сможешь позволить себе не одну, а целую кучу квартир! — Мам. — Обреченно вздохнул парень. — Всё, хватит мамкать. Беги уже, иначе опоздаешь. Парень покинул дом, выходя на шумную улицу, полной грудью вдохнув запах суетливого города. Сегодня, несомненно, был важный день, поскольку это была уже третья по счёту работа, которую ему пришлось сменить за весь свой относительно непродолжительный трудовой опыт. Не то, чтобы он был слишком привередливым, просто всё, что молодому человеку попадалось просто-напросто не подходило ему. Он честно и добропорядочно выполнял всё, что от него требовалось, но внутреннего удовлетворения не ощущал. Будто пустой вакуум. И вот сейчас, на пути на новое место работы, парень думал о том, что возможно это место окажется лучшим из всех предыдущих, а он, наконец, сделал правильный выбор. Проходя к стойке регистрации, молодой человек глубоко выдохнул и натянул дружелюбную улыбку на собственное лицо. — Добрый день. — Вежливо поклонился парень, поймав взгляд секретарши. — Сегодня мой первый рабочий день, вас должны были предупредить. — О, вы же… — пробегаясь по списку, протянула девушка, — Пак Сонхва? Прошу пройти за мной. Вас уже ожидают.***
Новое место работы едва ли сильно отличалось от его предыдущих, однако карьерный рост, по заверениям его руководства, ему был обеспечен. Работа в крупной фирме в качестве финансового аналитика — это немного не то, чего молодому человеку хотелось бы в жизни. Но ему уже почти двадцать пять и времени что-то кардинально менять у него, как ему казалось, уже не было. На самом деле будучи школьником Сонхва долгое время мечтал работать в сфере образования. Ему безумно нравилось объяснять что-то другим и вместе приходить к пониманию предмета. К тому же Сонхва было достаточно легко находить общий язык с младшими, от чего его любовь к преподаванию лишь крепчала. Однако судьба сложилась иначе. После того, как новость разлетелась среди учеников, начались повальные издевательства над парнем. Школьники обливали его шкафчик краской, приклеивали записки к его парте с унижающими подписями или же просто высказывали оскорбления в лицо. Сонхва стойко всё выдерживал, не давая лишнего повода для глумления со стороны учащихся, но в душе чувствовал, как понемногу сдаёт позиции. Решение перевестись в другую школу пришло в голову само собой. К тому же слухи могли вполне дойти до ушей учителей, поэтому особо медлить парень не стал. Родители с пониманием отнеслись к решению своего отпрыска, но и докапываться не стали. Сонхва был слишком ответственным и это его решение не могло появиться просто из ниоткуда. Новая школа приняла его достаточно легко, но вот прежний статус восстанавливать на новом месте было куда сложнее. Да и, честно говоря, Сонхва уже этого и не хотелось. Популярность не всегда приносит положительный опыт, в чём парень уже успел убедиться, поэтому на новом месте он отдал предпочтение именно учёбе. Решение пойти учиться на экономиста оказалось, пожалуй, самым спонтанным за всю его жизнь. Сонхва подумал, что наличие трезвого аналитического ума в жизни пригодится куда больше, нежели навыки общения с младшими. И, возможно, это и было так, но парень по-прежнему не ощущал, что делает всё правильно. Единственным человеком, с которым он мог поделиться своими чувствами и переживаниями был его лучший друг, Ким Хонджун, с которым они познакомились в новой школе. Джун был весьма неординарной, оттого и достаточно интересной личностью. Сонхва даже завидовал ему в степени собственной раскрепощённости. Хонджун никогда не слушал чужого мнения, поэтому одевался и красил волосы и ногти так, как хотел этого сам. После окончания школы Ким отучился на дизайнера интерьера, что было под стать его бунтарской натуре, но устроиться по специальности так и не смог. Да и по правде говоря, особым желанием парень пока не горел, поскольку решил переключиться на что-то новое. Он был барменом в одном популярном заведении в городе, ну а в свободное от работы время писал музыку и тесты песен, которые в последствии с переменным успехом продавал в крупные агентства. Сонхва частенько навещал его на работе, оттого их дружба лишь крепчала. Особенно под наличием градуса в крови Пака. — Ну и как тебе новая работа? — однажды поинтересовался Хонджун, протирая стаканы у барной стойки. — Ты же уже месяц работаешь, так? — Ага. — Делая глоток алкогольного напитка, протянул старший на выдохе. — Работа как работа. — Ай, Сонхва-я! — закатил глаза парень. — Я уже говорил тебе, бросай уже маяться ерундой и выучись на преподавателя. Никогда не поздно это сделать, поверь. — Не могу я так, Джун, ты же знаешь. Столько времени прошло… — Тебе только двадцать четыре года, очнись! Это ещё не конец света. Тем более забудь уже то, что произошло в школе. Это больше не повторится. — Не повторится. — Подтвердил Сонхва себе под нос. — Я подумаю. — Ты всегда так говоришь, но дело твоё. — Безразлично пожал плечами парень, вглядываясь вглубь зала. — Кто-то знакомый? — поинтересовался Сонхва, кидая мимолетный взгляд через плечо. — Военные. — Кто? — округлил глаза старший, резко разворачиваясь снова до хруста в шее. — Думаешь, за тобой пришли? — расхохотался бармен, хлопая друга по плечу. — Не бойся, нафиг ты им сдался вообще. Это студенты из академии. Приехали домой на каникулы. Классные ребята, кстати. Уже во второй раз их здесь вижу. — Познакомился с кем-то? — ухмыльнулся Сонхва. — А если и так, то что? Ревнуешь? — подергал бровями парень. — Нет уж. — Хмыкнул парень. — Ты же знаешь, что я аромантик*. — Пф, то, что тебе никто не нравится сейчас, говорит лишь о том, что ты слишком скучно живешь, зарываясь в своих бумажках и мыслях, а не о твоей аромантичности. Да и тем более с таким лицом как у тебя, ты уже давно бы мог найти себе кого-то при минимальных усилиях и хотя бы минимальном желании. — Но всё-таки. — Возвращаясь к первоначальной теме, заговорил Сонхва. Слова Хонджуна никак не подействовали на старшего, и он совсем не забыл о своем первоначальном вопросе. — Познакомился? — Вот чёрт, тебе надо было с таким чутьём работать полицейским. Да, познакомился, гляди! — бармен кивнул в сторону столика. — Высокий и рыжий, зовут Минки. — Ого, — легонько присвистнул парень, — высоко же ты задрал планку, ой, как высоко. — Ты дошутишься сейчас! — буркнул Хонджун. — Вообще тебя в бар не пущу! Когда ты только успел стать таким вредным? — Когда подружился с тобой, ты не заметил? На эти слова Хонджун лишь пожал плечами и закатил глаза. Он знал, что это была чистой воды правда, поэтому даже не стал спорить. — Будешь околдовывать его своими волшебными напитками или снова заболтаешь до упада? — Иди-ка ты в жопу, Пак Сонхва. Он, между прочим, военный. Слишком серьёзно для меня. Тем более, — прочистил бармен горло, — мне кажется, он уже занят другим парнем. — Джун, с чего ты опять решил, что все кругом геи? — Нет, ну ты посмотри! Сонхва повернул голову в сторону столика и увидел того самого Минки, что мило разговаривал с другим ещё более высоким блондинистым парнем. Всё выглядело вполне естественно, будто старые лучшие друзья просто встретились в баре, чтобы хорошо провести время. Абсолютно никаких подозрений они не вызывали. — Знаешь, ты снова всё придумываешь. Они не вызывают никаких… Не успел Сонхва договорить, как его взгляд остановился на тех самых дверях в бар. У входа стояли два молодых человека, которых он просто не мог не узнать. Особенно одного из них. — Сани… — тихо выдохнул Сонхва и сжал руки до посинения. — Кто? Погоди, тот самый малолетка из школы? — переспросил Хонджун, вглядываясь в дверь. — Теперь не такой уж и малолетка. Будь у Сонхва не такое идеальное зрение, он бы точно обознался. Но Сана он помнил точно, он видел его вблизи. Пак был уверен, что не ошибся. Но что касалось Сана. Он изменился, причем очень сильно. Первое, что бросилось в глаза — это его форма и сумка наперевес, конечно же. Сонхва это буквально сбило с толку, но вот второе — буквально похоронило. Сан вырос. Он стал почти одного роста с Сонхва, раздался в плечах и груди, а юношеская худоба сменилась мышечной массой. Его лицо стало казаться менее угловатым из-за квадратной формы челюсти. То, что по-настоящему завораживало, так это его острый и пронзительный взгляд, что ранее был более открытым и распахнутым. Это был уже совсем не тот пятнадцатилетний мальчишка, что запинался о собственные шнурки. Это был настоящий мужчина, что одной своей аурой мог заткнуть всех за пояс. От него так и исходила несколько животная энергия, распространяющаяся на всех окружающих без исключения. Даже у Сонхва пошли мурашки по коже, хоть он и не особо впечатлительный. Рядом с ним стоял не менее повзрослевший Уён в такой же форме. Сонхва хоть и не слишком много общался с ним, но с лёгкостью распознал его по выступающему носу и яркой родинке на щеке под глазом. Будучи подростком Уён был несколько пухловат, как помнил Сонхва, но сейчас же это был подтянутый молодой человек с красивыми и чёткими чертами лица, а ещё всё с таким же озорным блеском в глазах, всё более напоминающий свою мать, с которой госпожа Пак крепко дружила. — Погоди, — замахал руками Хонджун, — какой из них? — У самого входа. Тот, что выше. — Сильнее сжимая руку на бокале, сказал Сонхва. — Ого-го! Он чертовски горяч. — Эй! — нахмурил брови старший. — Ладно-ладно, всё равно его друг понравился мне больше, успокойся. — Какие люди! — крикнул самый высокий парень из-за стола, на который только что смотрели Сонхва с Хонджуном. — Чего встали, как увальни? Падайте давайте! — Сейчас получишь по шапке, Чон Юнхо, за такие обращения к старосте отряда! — сказал в ответ Сан, но, все же, двинулся в нужном направлении под смешки Уёна. С каждой минутой Сонхва удивлялся все больше и больше. Голос Сана тоже изменился. Юношеский высокий тембр сменился чуть более низким и хриплым, более подходящим его повзрослевшей внешности. Сонхва честно не знал, почему так остро среагировал на встречу с младшим и на все эти изменения в нём, но бокал в руке, что он нервно сжимал, стал практически пустым слишком быстро. — Эй, притормози! — Чуть ли не выхватывая из рук друга сосуд с напитком, сказал бармен. — Что с тобой такое? — Я этого не выдержу, Джун. — Выдохнул Сонхва. — Я пойду, пожалуй. Молодой человек буквально встал с места, поправил на себе одежду, как услышал за спиной голос, который с недавнего времени он не перепутает ни с чьим другим: — Извините, — обратился он к бармену, — наши друзья совсем о нас не подумали. У вас не найдётся холодной воды без газов? — Да, конечно. — Растерянно кивнул Хонджун, быстро кидая взгляд то на своего друга, то на другого парня рядом. — Сейчас вернусь. — Спасибо! — крикнул он напоследок Киму. Старший тихо выдохнул сквозь зубы, когда услышал: — Эм… Сонхва-хён? — удивленно обратился он к старшему. — Здравствуй, Сан-а. — Произнёс Сонхва и развернулся к младшему лицом. — Здравствуй. Сонхва пригляделся. Сан вблизи был ещё красивее, чем издалека. Старший даже позавидовал тому, как изменился младший, потому что, по его нескромному мнению, он сам не изменился вовсе. Да, его достаточно острые черты лица где-то смягчились, но его тело не претерпело серьёзных изменений, оставаясь таким же подтянутым и спортивным. У Сана, как он успел ранее заметить, было всё иначе. Да даже взгляд, с которым младший смотрел на Сонхва изменился. Он утратил особый трепет. Старшему, как оказалось, этого не хватало. — Ты изменился. — Да, наверное. — Неуверенно пожал плечами Сан, оглядывая себя и свою форму. — Много лет прошло, я и не помню. — Семь лет. — Кивнул Сонхва. — Возможно, да. — Ты учишься на военного? — В академии, я курсант и староста своего отряда. Уён тоже учится со мной. — Я заметил вас у входа, да. Это здорово, что вы все это время дружите. Эм, вы с друзьями? — Ага, это наши товарищи. Все приехали буквально на месяц. Мы сами только с поезда, поэтому лучше бы тебе не принюхиваться. — Всё нормально, — посмеялся старший, радуясь хоть какой-то разрядке, — ты совсем не пахнешь. — Скажи это Уёну, который битый час угрожает засунуть меня в стиральную машинку вместе с одеждой при первой же возможности. — Усмехнулся Сан, обнажая свои всё такие же, как и прежде, яркие ямочки. Сонхва просто не мог не улыбнуться в ответ. — Непременно. — А ты как? Как твоя жизнь? — Всё в порядке. Учебу закончил уже почти два года назад, а сейчас работаю. В принципе, это всё, не жалуюсь. — Ты никогда и не жаловался. — Почти шёпотом произнёс Сан, однако, Сонхва расслышал его. — Ну и чего ты тут застрял? — появился из ниоткуда Уён, обняв друга сзади за плечи и опустив подбородок на одно из них. Заметив Сонхва, он удивленно вскинул брови и добавил: — О! Здравствуй, Сонхва-ши. — Здравствуй, Уён-а. Как твои дела? — У нас всё прекрасно, как видишь. Стали серьёзными ребятами в серьёзной униформе. А твои как? — Так же не могу жаловаться. Чон кивнул ему и сильнее сжал плечи друга, явно показывая, что никуда отходить он не собирается. Сонхва, опустил взгляд вниз, а затем снова посмотрел на Сана. — Я, пожалуй, пойду. Было приятно снова повидать тебя, Сан-а. — Он посмотрел внимательно на младшего, а затем перевёл взгляд в сторону другого парня. — И тебя тоже, Уён-а. Желаю вам хорошего времяпровождения. Может, ещё увидимся. Парни в ответ помахали руками. Сонхва натянуто улыбнулся и кивнул вернувшемуся наконец бармену, который оставил их наедине намеренно, в чем старший даже не сомневался. — Пока, Джун-а, увидимся. Бармен растерянно помахал ему рукой в ответ и отдал бутылки с холодной водой парням. Сонхва вышел из душного помещения, а перед глазами начала всплывать картина семилетней давности и те самые злополучные слова, что он сказал младшему. Уходи отсюда, Чхве Сан. Уходи и не приближайся ко мне. Ты слишком глуп и наивен, чтобы понять всё это. Так будет лучше для тебя, поверь. Возможно, впервые в жизни Сонхва по-настоящему пожалел о принятом им тогда решении.***
— Ну и как ты это собираешься объяснить мне, м? — изогнув бровь спросил Хонджун друга. — Что объяснить? — Не прикидывайся дураком, Пак Сонхва, тебе не идёт. — Фыркнул Ким. — Я про ту ситуацию здесь три дня назад со студентами. С «Сани». — А что объяснять тут? — безразлично пожал плечами Пак, делая глоток прохладительной воды. — Случайная встреча, вот и всё. И зачем ты спрашиваешь, если сам стоял за дверью и всё прекрасно слышал? — Потому и спрашиваю, потому что слышал. — Закатил глаза Ким. — Ты бы видел себя со стороны, друг мой. Ты звучал так отчаянно. Не припомню, чтобы ты вообще на кого-то так реагировал, как на этих парней. Обычно ты более чем сдержан. — Я тебе уже не раз рассказывал эту историю… — Да помню я, помню. Но знаешь, — повел бровью Хонджун, — ты уверен в том, что ничего не испытывал к этому парню? Ты не подумай, я никуда тебя не склоняю пока, но всё же. — Он для меня был как младший брат, Джуни, не более. — Сейчас он едва ли похож на младшего брата. — Прыснул бармен. — Сейчас он похож скорее на горячего папочку, который может отшлёпать тебя за непослушание. — Фу, Джун, перестань! — лицо Сонхва исказилось в гримасе отвращения. — Это мерзко. — Окей, допустим. Неужели ты совсем не думал о нём все эти три дня? Хонджун был прав, если не во всем, то по крайней мере в том, что Сонхва всё это время думал о младшем. Ему было стыдно. Стыдно за себя и за то, как грубо он обошёлся тогда с ним. Тот мальчик совсем не заслужил всей той несправедливости, что настигла его. Сонхва чувствовал себя просто отвратительно, вспоминая события семилетней давности. Он не винил младшего в том, как его репутация внезапно была разрушена, скорее он винил себя за то, как отверг его. Как втоптал его чувства в грязь, оставив с разбитым сердцем. — Думал, конечно, Джуни. — Тяжело выдохнул Сонхва. — Я должен перед ним извиниться. Правда, сомневаюсь, что мои извинения нужны ему. — Они нужны скорее тебе, друг. — Улыбнулся одним уголком рта бармен. — Может, ты хотя бы успокоишься. Тебе эта история до сих пор не дает спокойно жить, поговори уже с ним и выдохни спокойно. — Как ты себе это представляешь? Я даже не знаю его номера телефона. — Это вовсе не проблема. — Хмыкнул бармен, протягивая другу бумажку с наспех нарисованными цифрами. — Откуда ты… — удивленно вытянул лицо старший. — Просто я — волшебник. — Улыбнулся парень. — Или первоклассный хитрец. — Можно и так сказать, но по факту я добыл тебе номер твоего красавчика. — Он вовсе не мой. — Нахмурил брови Сонхва. — Но ты и не отрицаешь, что он красавчик, верно? — расплылся в улыбке Хонджун. — Иди-ка ты… — Ладно, давай звони уже. — Махнул рукой бармен. — Прямо сейчас? — Да, хочу быть негласным свидетелем. — Ты настолько мне не веришь или что? — Я настолько хорошо тебя знаю, что если ты и решишься сам, то будет уже поздно. Звони сейчас. — Ладно-ладно, успокойся. Сонхва взял в руки телефон и набрал номер, написанный на бумажке. После первых послышавшихся гудков старший понял, что, действительно, сам бы он набирался смелости дольше. — Ало? — послышался знакомый голос на другом конце провода. — Привет, Сан-а. Это Пак Сонхва. — А, привет, хён? — Недоуменно поздоровался младший. — Извини, что беспокою, но я бы очень хотел увидеться с тобой. Это действительно важно. — Эм, ну… да, хорошо, я не против. Когда? — Сегодня? — спросил старший, нервно закусив губу, тем самым вызывая усмешки со стороны бармена, внимательно наблюдающим за их разговором. — Да, хорошо. Через полчаса в нашем парке, устроит? — Более чем. Тогда… до встречи? — До встречи, хён. Старший отложил телефон в сторону, глубоко выдохнул и залпом допил свой напиток. — На чём сошлись? — Через полчаса в парке. — Ну и чего сидишь? Встал и пошёл, иначе я самолично тебя из бара вытолкаю. — Твои угрозы меня уже не пугают. — Пожал плечами Сонхва с улыбкой на лице, но все же встал со своего места. — Ладно, я пошёл. Увидимся! — Обязательно. Должен же ты мне рассказать, как прошло ваше свидание. Сонхва проигнорировал последнюю реплику друга и направился в нужном направлении.***
На самом деле парк, в котором они договорились встретиться с Саном, был не только удобно расположен, но и являлся для них достаточно памятным местом. Дорога туда напомнила Паку о том, как они частенько прогуливались там в когда вдвоем возвращались с занятий или же в выходные дни. Из-за плотного графика старшего это случалось не так уж и часто, поэтому такие моменты особенно ценились каждым из них. Сану нравилось бывать там больше всего. Каждый раз он, проходя мимо гигантского дерева, пытался подпрыгнуть выше и хотя бы кончиками пальцев дотянуться до его ветвей. Также младшему очень нравилось маленькое озерцо с уточками, к которому он всегда бежал, сломя голову и хватая старшего за руки, чтобы тот последовал за ним. Но, помимо этого, именно в парке Сан чувствовал себя наиболее комфортно и позволял себе разговаривать со старшим о собственных проблемах. Там он впервые признался Сонхва, что будущее пугает его куда больше, чем можно себе представить. Что он не имеет ни малейшего представления, чем он хочет заниматься в своей жизни. Но по иронии судьбы именно Сонхва оказался на распутье сейчас, в то время как Сан, вроде как, уже определился. По крайней мере, старшему хотелось бы в это верить. Увидеть повзрослевшего Сана в знакомой обстановке в обычной «гражданской» одежде было несколько непривычно. Младший, поймав взгляд Сонхва, улыбнулся одним уголком рта, кивнул и направился навстречу. И тут Пак понял, что совершенно не знает, что ему сказать. Нет, в обычной ситуации Сонхва бы за словом и в карман не полез, но сейчас, когда дело касалось проявления эмоций — это оказалось для него достаточно сложной задачей. Единственное, что по-настоящему успокаивало его — это нейтрально настроенный Сан. Казалось, он отпустил эту ситуацию уже давным-давно, от чего и не понимал повышенной потребности их встречи. — Пройдёмся? — первое, что сказал старший, когда они остановились друг напротив друга. — Конечно. — Кивнул Сан. Некоторое время они просто шли молча. Сонхва слишком много думал снова, а Сан просто шёл рядом и не мешал ему. Периодически старший кидал в его сторону быстрые взгляды, чтобы убедиться, что младший действительно рядом. Будто сам не верил в происходящее сейчас. — Как… — заговорил спустя некоторое время старший, от чего голос его прозвучал несколько сипло, вынудив его прокашляться. — Как ты поживаешь? — Всё хорошо, хён. Мне нравится то, чем я занимаюсь. Я счастлив и доволен своим выбором, если ты об этом. — Я очень рад за тебя. — Улыбнулся старший. — Хён, — подал голос младший, кидая взгляд на Сонхва, — это же совсем не то, о чём ты хотел поговорить, верно? — Не совсем то, ты абсолютно прав. — Сонхва остановился и, перегородив парню дорогу и заглядывая тому в глаза, продолжил: — Я хотел извиниться перед тобой. За всё, что произошло семь лет назад. Я знаю, прошло уже много времени и столько воды утекло, но до сих пор чувствую себя виноватым. Я повел себя тогда не как старший, а как настоящий кретин. И мне безумно жаль, что я признаю это только сейчас. Я, увы, не могу исправить прошлое. Именно поэтому мне просто важно сейчас знать, что ты в порядке и у тебя всё хорошо. Потому что всё это время я по-настоящему скучал по тебе, Сани. Под конец диалога Сонхва опустил взгляд на ноги и пытался отдышаться. Таких всепоглощающих эмоций старший не испытывал уже давно, а говорить об этом ещё и вслух оказалось куда сложнее, чем он мог себе представить. Сан тоже не знал, как вести себя после услышанного. Все слова старшего были искренними и давались ему с трудом, он это чувствовал. Тот Сонхва, которого он знал, был всегда сдержанным и держал свои эмоции и чувства под контролем, чтобы не доставлять проблем другим людям. Поэтому их проявление с его стороны было весьма неожиданным. Но что до всего остального, то младший и вовсе не верил в происходящее с ним. События, что оставались на затворках его памяти, снова вплыли перед глазами, а старые шрамы будто заболели новой болью, отдававшейся каждой клеточкой тела. Финальным гвоздем в крышку его гроба было уменьшительно-ласкательное прозвище, которым только старший называл его. «Сани». Младший уже мог расплакаться бы на месте, если бы это был он семилетней давности. Сейчас же Сан просто не мог себе позволить такого поведения. Уж точно не будучи старостой отряда в военной академии. — Сонхва-хён, — глубоко выдохнул младший, — посмотри на меня, пожалуйста. Пак, до боли закусив нижнюю губу, поднял свой затуманенный взгляд на Сана. Младший выглядел весьма спокойно, но его волнение выдавали несколько обеспокоенные глаза. — Я ни в коем случае не сержусь на тебя, правда. И не сердился никогда. Единственный, кого я винил во всем произошедшем — был я. Я считал, что подвёл тебя, хён, предал твоё доверие и испортил всю твою жизнь. — Как ты вообще мог думать о том, что подвел меня? Это же невозможно. Ни за что в это не поверю. — Ты и раньше мне так говорил. — Усмехнулся Сан, вспоминая семнадцатилетнего Сонхва. — Потому что так и есть. Это моя вина. Я был не в состоянии принять твои чувства и … — Забудь об этом. — Замотал головой Сан. — Это уже в прошлом. Не нужно думать об этом, пожалуйста. — Тогда… ты… прощаешь меня? — неуверенно посмотрел на него старший. — Я и не злился, хён. Спустя время я понял, что ты сделал это для моего же блага, как ты и говорил, за что я тебе бесконечно благодарен. Я же видел, как над тобой издевались, хён. Я бы ни за что этого не выдержал. Уж точно не тогда. — Это была ерунда. — Ерунда, хён? Я думал, что тебя убьют. Знал бы ты, как сильно я переживал за тебя и порывался подойти и помочь. Воцарилось молчание на несколько минут, прерванное позже старшим: — Будет слишком нагло с моей стороны, если я предложу тебе начать общаться снова? — Ты, конечно, можешь попытаться. — Состроил весьма серьёзное выражение лица Сан. — Но я ничего обещать не смогу. — Это значит да? — Да, хён. — Улыбнулся Сан. — Я тоже безумно скучал по тебе. Кажется, в этот момент у Сонхва камень с души был снят окончательно.***
Сан изменился не только внешне. Если раньше при воспоминании младшего перед его глазами представал типичный скромный и неуверенный подросток пятнадцати лет, то сейчас с ним разговаривал уже повзрослевший и уверенный в себе юноша. Сан, как заметил Сонхва, стал более дисциплинированным и сдержанным в эмоциональном плане, что, собственно, и было вызвано его статусом в академии. Его речь стала более структурированной, а страх перед общением с незнакомыми людьми как будто и вовсе исчез. Пока они гуляли Сонхва много чего узнал о жизни младшего, хотя тот делился ею в весьма смутных подробностях. Буквально через несколько месяцев после произошедшего с ними семь лет назад Сан принял решение, что хотел бы заниматься тхэквондо. Так, он посчитал, у него появится возможность заступаться за себя и близких, а также улучшится физическая форма. Как оказалось, парень обладал огромными задатками, отчего черный пояс он получил в максимально короткий срок. В старшей школе он продолжал усиленные тренировки, и так в его голову пришла мысль о том, чтобы поступить в военную академию. Это, как оказалось, было нелёгким решением в его жизни, но родители поддержали своего сына, тем самым укрепив его веру в собственные силы. Всё это время, к слову, рядом с ним был его лучший друг Уён. Он так же поддерживал парня, и именно по его инициативе отряд рассмотрел кандидатуру Сана на роль старосты. По рассказам младшего Сонхва сделал вывод, что Уён так же стал более уравновешенным, хотя эмоции время от времени всё так же накрывали его. Сам же Сонхва делился историями из собственной жизни более скудно. Рассказывал все в общих словах, а в подробности пускался крайне редко. Собственная жизнь показалась ему не такой насыщенной, как у младшего, отчего и рассказ строился криво. Сан внимательно слушал и лишний раз старался не донимать старшего расспросами, за что тот был ему безмерно благодарен. Хоть младший и делился с Сонхва подробностями собственной жизни, была тема, которая больше всего интересовала старшего. — Сани? — М? — А как у тебя с личной жизнью? Встречаешься с кем-то? — Сложный вопрос, хён. — Прочистил горло младший. — На данный момент ни с кем не встречаюсь. А ты? — Тоже. Совсем ни с кем ещё… эм… ещё со школы? — Что? — младший округлил глаза и затормозил на месте. — Ты? Со школы? Надеюсь, ты шутишь, потому что… Сан внимательно посмотрел на старшего и по его грустной улыбке понял, что это вовсе не шутка. — Как такое возможно вообще, хён? — недоумевал младший. — Ты всё такой же прекрасный, как и семь лет назад, если и не стал ещё красивее. Неужели совсем никто за все семь лет не обратил на тебя внимания? — Наверно, я разочарую тебя, но дальше одной ночи мои отношения никогда не продолжались. Видимо, у меня слишком мало времени и слишком много мыслей в голове. — Пожал плечами старший, улыбнувшись одним уголком рта комплименту младшего. — Плюс, я тут рядом с собой вижу не менее красивого молодого человека, поэтому не тебе мне это говорить. — Спасибо. — Улыбнулся Сан, но кончики его ушей предательски покраснели. Сонхва едва заметно улыбнулся себе под нос. Это напомнило ему пятнадцатилетнего мальчишку, которого он когда-то знал. — Это я наверно тебя разочарую, хён. Я много с кем успел перевстречаться. — Если эти отношения делали тебя счастливым, то почему и нет? — Признаться честно, не особо. Мне кажется, каждые мои отношения были просто дерьмовыми. — Пожал плечами младший под укоризненный взгляд Сонхва, а затем добавил: — Ну уж извини за такие слова, как есть. Всё начиналось всегда неплохо, но заканчивалось просто отвратительно. — Все мои школьные отношения, включая последние, были дерьмовыми, поэтому тут я абсолютно согласен. — Хмыкнул старший. — Хонджун продолжает издеваться надо мной, потому что я сказал ему, что аромантичен. — Ты не перестаёшь меня удивлять, Пак Сонхва. — Вскинул брови младший. — Что с тобой случилось? Старший и не мог сказать, что вообще с ним случилось. Как ему казалось, он остался таким же, как и семь лет назад. Никаких внутренних изменений он не наблюдал, да и особых поводов у него не было, кроме одного разве что. Поэтому в ответ на вопрос Сана старший лишь отшутился, вновь сославшись на свой «преклонный возраст». К слову, прогулка тогда закончилась на том, что парни условились вновь встретиться снова в ближайшее время. Сонхва думал, что Сан сказал так скорее для галочки, но искренне верил в реальность воплощения данной задумки. Через пару дней, терзаемый бесконечными сообщениями от Хонджуна, старший заявился в бар, готовясь к полноценному допросу. Иначе и быть не могло. Едва усевшись и поздоровавшись с барменом, он услышал в свой адрес: — Давай оставим приветствия позади и перейдем сразу же к делу: как прошла ваша встреча? — Все хорошо, Джуни. — Улыбнулся Сонхва. — Мы помирились. — Ну, Слава Богу! — глубоко выдохнул бармен. — Хотя он и не держал обиды на меня, я всё равно извинился. — Как и знал, этот парень куда умнее тебя. — Пожал плечами Хонджун. — Хэй! Вообще-то ты мой друг! — Поэтому я имею безоговорочное право говорить тебе правду в лицо, на которую ты не можешь обижаться. Готов? — Говори. — Вздёрнул бровями старший. — Ты по уши влюблён в этого парня. Влюблён ещё с самой школы. И ты, друг мой, просто до смерти боишься себе в этом признаться и принять собственные чувства. — Что за бред ты несёшь, Хонджун-а? — начал закипать старший, смотря разъяренным взглядом в глаза напротив. — Правду. — Уверенно ответил бармен, ни капли не реагируя на реакцию друга. — То, что я слышал и то, что я видел, этого уже более, чем достаточно для таких выводов. Ты бы только себя видел со стороны, когда просто вспоминал или говорил о нём. Да ты даже о матери говоришь не с таким взглядом, а я знаю, насколько сильно ты её любишь. — Неправда, — нахмурился сильнее старший, — проявление заботы не говорит ещё о наличии любовного интереса. — Очнись уже, Пак Сонхва! — воскликнул Хонджун, тем самым напугав друга, — Все семь лет ты не мог найти себе никого, потому что не мог и не хотел забывать его. Ты всячески загружал себя нелюбимой работой, чтобы отвлекаться на то, что тебе не нравится, потому что то, что нравится, казалось тебе уже недостижимым. И ты полный идиот, раз уж за все эти семь лет ты не только не понял этого, но и пытаешься и себя, и меня убедить в обратном. И даже тут твой Сани оказался умнее тебя, потому что смог принять свои чувства и признаться в них. И посмотри на него теперь. Слова Хонджуна оказались подобно грому средь ясного дня. Старший никогда не понимал того, какие конкретно чувства он испытывал рядом с младшим. Сонхва просто был счастлив рядом с ним и на этом все. Парень искренне считал, что испытывал исключительно братские чувства и не более того, но слова друга заставили задуматься его об этом. Все воспоминания об их общении словно бурей накрыли старшего в тот момент. Возможно, Сонхва действительно проводил с Саном излишне много времени и чересчур много ему позволял, даже воспринимая его как младшего брата. Вспоминая себя, парень поймал себя на мысли, что множественные встречи с друзьями или даже с собственной девушкой он предпочитал общению с ним. К тому же… — Я первым тогда его поцеловал. — Полушёпотом сказал Сонхва, но друг услышал старшего. — Он попросил научить его целоваться, а я просто согласился и сделал это, хотя мог и отказать. — Охренеть! И после этого ты ещё отрицаешь мои слова? Не очень-то по-семейному, знаешь ли, целовать собственного братишку. Что ты почувствовал хоть? — Что мне… понравилось. — Обреченно выдохнул Сонхва. — Ну, слава Богу, наконец-то сам Пак Сонхва начал говорить о собственных чувствах. — Чёрт, Джуни, я не знаю, что я испытываю. — Схватился за голову старший. — Он тебе нравится? — Не знаю. Мне нравился тот мальчик, которого я знал семь лет назад, но этот выросший парень… я почти не знаю его. — Твою мать! Это чуть ли не самые искренние слова, которые я слышал от тебя за всё время нашей дружбы! Ты только что признался, что он нравился тебе. — Что? — поднял свой удивленный взгляд Сонхва на друга. — Я… чёрт! — Вот оно! — Я совсем не подумал, что сказал! — Вот именно! — щёлкнул пальцами бармен. — Наконец-то ты хотя бы на секунду отключил свои мозги и сказал то, что чувствуешь, а не то, что анализируешь. — Ладно, если это и так, то какое это имеет значение сейчас, а? Он сейчас совсем другой человек. К тому же, — подозрительно посмотрел он на друга, — не ты ли мне говорил, что никогда не нужно возвращаться к прежнему и нужно всегда идти вперед? — Не в твоём случае. — Закатил глаза парень. — С тобой вообще всё иначе. — Сани говорил так же… — грустно выдохнул Сонхва. — Господи, я теперь просто уверен, что ты потерял голову от этого парня. — Вместо того, чтобы закатывать глаза, лучше бы посоветовал мне, что делать, раз уж ты такой «продвинутый» в плане чувств. — Всё элементарно, дурила. — Ответил парень, словив на себе злобный взгляд. — Просто пообщайся с ним. Если он настолько сильно изменился, как ты говоришь, то ты просто успокоишься и продолжишь жить дальше, но уже не думая об упущенной возможности. — А если он понравится мне только больше? — Тогда ты хотя бы поймёшь каково это чувство. Сонхва недоуменно взглянул на друга, на что тот только грустно улыбнулся. Было уже совершенно не до смеха.
Примечания:
*Аромантик - это человек, не способный на романтическую привязанность.
