Дом

С момента усыновления прошёл месяц, а Доума только сейчас додумался заглянуть в личные дела своих детей. В первые за всю жизнь, он был благодарен судьбе за то, что она сделала его психопатом. Нормальный бы человек посидел от ужаса, вчитываясь в эти строки. Но в его случае, добавилось лишь несколько дополнительных проблем, которые решат психолог, сексолог, на крайний случай психотерапевт. В новом доме у каждого была своя комната, с мягкими игрушками и новой мебелью. Умэ же каждую ночь плакала до покраснения, отказываясь от бутылочки с чаем, от разных ярких игрушек, всё протягивая руки к зевающему от усталости брату. Как бы Доума не пытался соблазнить девочку раздельным сном, как бы не тряс погремушкой перед её лицом, Умэ истошно орала одно только слово «Где?» . Гютаро уставший слышать детские крики, спокойно подходил к мужчине, доставал сестру из кроватки и уносил к себе в комнату, плотно закрывая дверь прямо перед носом хозяина дома. Засыпала девочка только в кровати брата, когда запах родного человека окутывал с головы до ног вместе с тёплым одеялком. Стоило Гютаро пропасть из поля зрения, начиналась истерика с трясущимися губешками и горькими слезами. Бытовую составляющую по уходу за младшим ребёнком, Гютаро полностью брал на себя. В самый первый день их приезда в новый дом, парень чётко дал понять, что не позволит раздевать и купать девочку кому-то ещё, кроме него самого. Поначалу Доума сомневался в его родительских способностях, но после первой такой самостоятельной ванны, когда ушки Умэ были чисты, ногти подстрижены, а волосы бережно высушены и расчесаны. Только удивлённо выпятил губу, позволяя этому маленькому мужчине, диктовать свои правила в отношениях с его сестрой. Горшки он кстати тоже выносил сам, и всегда следил за свежестью нижнего белья, игнорируя памперсы. - От них опрелости. - Хрипел мальчик прижимая к груди спящую сестрёнку, без него она даже днём не засыпала – Лучше почисти яблочко. Гютаро быстро выучил стиральную машину, заправляя её только детским порошком и ополаскивателем без какой-то там химий, на которую у Умэ была аллергия. Он сам разбирал детские вещи, цветные от белого, грязное от очень грязного. Единственное что взял на себя Доума, была глажка, утюга Гютаро боялся как огня. Он знал всё, как режутся зубки, что такое младенческие колики, чем лечить, если маленький ребёнок простыл. И никакую няню брат не подпускал к Умэ. Только с матами и диким криком, отбирал девочку из рук чужих людей, прямым текстом отправляя в пешее эротическое. - Она ещё маленькая для логопеда, отстань от неё! Ели дети мало, не столь от стеснения, сколько по пищевой привычке. Доума предлагал каждый день разные виды сладостей, фрукты, овощи, булочки. Но Гютаро только хмыкал своим пятнистым носиком, когда Умэ со смехом размазывала творог с фруктами по столу. Он сам включал газовую плитку и варил любимую молочную паутинку с сахаром для сестры. Парнишке было всего пять лет, а столько самостоятельности, это поражало. Первый месяц им дался тяжело, Доума искал подход к Умэ, Умэ со страхом бежала к Гютаро, а тот в свою очередь рычал на опекуна, словно тот может их обидеть. Дети редко выходили гулять, просто не изъявляя желания видеть этот мир, даже если их приглашали куда-то в парк с батутами. Им было достаточно одной комнаты на двоих, с телевизором по которому шли мультики. Доума отчётливо понимал, что что-то идёт не так, но психолог уверял, что адаптация скоро закончиться. Они обязательно сблизятся. И вот у Доумы получилось найти подход к девочке, в одном у них интерес сошёлся на ура. И это оказалась хорошая брендовая одежда. От такого количества платьев, колготок, разного вида туфелек, у Умэ рябило в глазах блеском. Она с восторгом хватала в бутике всё, до чего дотянется маленькая рука, а до чего не дотягивалась, она тыкала пальчиком и говорила «хочу»! Мерили наряды они в троем по несколько часов. - Давайте ещё вот это платье померием? – Доума принёс к раздевалки розовое платье с цветочным принтом, Гютаро аж вздохнул, тридцатое платье за сегодня – Может ты и себе что-то выберешь? Малой почесал себя по пятнистой щеке, как бы задумываясь, а имеет ли он права выражать здесь свой желания. Всё же, изначально Гютаро здесь, только благодаря красоте Умэ. Уместно ли будет жить за счёт этого мужчины, будучи не совсем желанным ребёнком? Хотя, Гютаро ли не привыкать, быть не желанным ребёнком. Пока дают, надо брать. - Подстричься хочу – Дернув завязанный в хвост чёрные волосы, мальчик помог Умэ снять голубое платье, чтоб примерить розовое – И уши проколоть. Можно? Перед тем как взять детей под свою опеку, Доума читал особую литературу о воспитании. Его слегка обескуражило желание пятилетнего мальчика иметь проколотые уши, ведь такое обычно изъявляют подростки. Всё же Гютаро был необычным ребёнком и дело было не во внешности. Перечить опекун не стал, Лишь молча кивнул головой, давая добро на такие эксперименты с внешностью. В окончании дня, по их квартире бегала счастливая маленькая девочка, которая каждые десять минут подбегала к папе переодеться. И наконец спокойно выдохнувший в этой жизни мальчишка, с проколотыми ушами и черно зелёным каре. С таким грузом из прошлого, который не один взрослый морально не вывезет. С того самого дня, всё начало налаживаться, медленно, но уверено. Были проблемы с доверием, были проблемы с агрессией, но через пол года, Гютаро с Умэ могли спокойно сказать, что у них есть папа.