Вот чёрт

Джин правда не знал, почему сейчас стоял здесь, слушая очередную речь Доктора Икс о очередном невероятно важном и нужном для Технополиса его изобретении с его же слов. Первые минут пятнадцать, а то и все двадцать, прошли за, уже заходящем за рамки нормального, восхвалении себя, что хотелось уйти прямо сейчас, даже не узнав что там этот сумасшедший вновь придумал. Слушать эту оду(а по другому и не назвать) было скучно, что сознание отвлекалось на все, на толчки людей вокруг, на запах таблеток, на ноющие ноги. Так что, долго не раздумывая, он обернулся назад и поспешил подальше от всего этого, к себе домой, но столкнулся с парнем стоящим сзади, отчего тот чуть не упал, но схватившись на руку Джина удержал равновесие. — Прошу прощения — спокойно отозвался Джин, поправляя пиджак и собирался снова уйти, но парень рядом помешал. — Ох, чёрт, прости! Я не должен был стоять так близко — ответил он , закинув руку за голову и зарывшись в собственный кудрях. Джин обратил на него чуть более долгий взгляд, кивнул, мол: "Все нормально" и все таки обошел его. Кто знал, что парень увяжется за ним? — Я Франц, агент 64 64 — они поравнялись и теперь шли бок о бок друг с другом. — а ты? Джин взглянул на него скептически. Дела, оставленные на сегодня ещё со вчерашнего вечера внезапно напомнили о себе — Джин, агент 120 452 — представился он, ускорив шаг. Чем быстрее доберется до дома, тем быстрее избавится от навязчивого попутчика. — Доктор Икс был так крут — внезапно, выдал Франц. Джин ожидал, что так и будет. В городе слишком много фанатиков, вдохновляющихся главным учёным через чур сильно, не обращая внимание на его болезненный нарциссизм. Возможно, он и мог бы быть хорошим лидером, если бы не это, но Джин предпочитал не задумывать о психологических проблемах Дока, в конце концов они не у него. Весь оставшийся путь продолжался разглагольствованиями со стороны Франца о том, какой же Доктор Икс прекрасный и невероятный. Джин даже не знал, от кого слышать это было хуже. Впрочем, вскоре он смог запереться в стенах своего дома, нагло и без какого либо слова, очевидно давая понять Францу, что ему здесь не рады. ////// Франц не понял. Иначе Джин не мог дать ответ почему ему написал агент 64 64, которого он с трудом вспомнил. Какой черт его дёрнул сказать свой номер? Да и кто знал, что тот его запомнит? Джин уже несколько минут смотрел на сообщение "Привет, я Франц, мы столкнулись на площади, помнишь?" и колебался. — Что у тебя там? — спросил Ленни, подъезжая ближе. Нулевая реакция заставила его подняться над полом и заглянуть на полупрозрачный экран. — Кто это? — Франц, мы столкнулись с ним на площади — ответил Джин с слишком серьезным и не читаемым лицом, продолжая гипнотизировать экран. Ленни моргнул единственным глазом, пытаясь понять – шутит ли его друг или нет. Анализ не выдал никаких результатов — Спасибо, мистер очевидность — с ядовитым сарказмом ответил Ленни, уперев руки в квадратные бока. Очевидный намек был сразу понят, и ответ не заставил себя ждать. — Очередной фанатик Дока — это на самом деле все, что он мог сказать. Ну, и что у него кудрявые русые волосы и большие голубые глаза. Но это было бы лишним. — Ну так заблокируй его — пожал плечами(они у него есть????) Ленни и опустился вновь. Он сказал это как что-то очевидное, да и Джин понимал, что действие это логичное, но делать это отчего-то не хотелось. Он на самом деле, сам не понимал, чего ему хотелось, тем более, что ему впервые писали вот так. Да ещё и запомнили, хотя он игнорировал Франца всю дорогу. Джин выдохнул и мазолистые пальцы быстро перемещались по экрану. "Да, помню" /////// Они общались уже пару месяцев, и Джин правда не ожидал, что это будет так. Франц был наивен, простодушен и слишком добр, чтобы жить в Технополисе. Он кажется родился в розовых очках и не снимал их никогда. Это раздражало Джина поначалу чертовски сильно, но со временем он привык. Как оказалось Франц в принципе восхищался любыми изобретателями, или учёными(да кем угодно, будем честны). Они одногодки, но тот все ещё занимался исключительно помощью и ни разу не собирал что-то самостоятельно, так что Джин даже смог закрыть глаза на его фанатизм. Было ли общение с ним приятным из-за комплиментов его и его изобретений, он не знал, но прекращать его не собирался, во всяком случае пока. Вскоре, общение переросло за рамки изобретений и науки. Джин даже не заметил, когда начал писать Францу первым, жаловаться на слишком запутанное метро и слишком плохую связь и улыбаться, когда в ответ получал слова поддержки в стиле "держись там" и "я уверен ты выберешься оттуда". Он сам был не против получать от Франца рассказы о том, как прошел его день, о том, что он смог таки сдать на права, и о том, как сильно он хочет кошку. Ленни снова ворчал, что Джин улыбается как придурок, и вообще этот агент на него плохо влияет, его производительность значительно снизилась и получал в ответ что-то в стиле "я всё ещё делаю большую часть работы, так что не тебе меня судить" после чего Джин возвращался к переписке, пряча улыбку в ладонях. ////// Черт бы побрал этот контроль погоды, вечно вызывающий дождь именно тогда, когда Джин находится на улице без зонта. Это, черт возьми, несправедливо, они впервые за несколько недель смогли выделить время друг на друга среди работы и учебы, но что в итоге? В итоге он бежит, рядом с Францем, пытающимся скрыться от дождя под белым пиджаком, до ближайшей остановки. Франц улыбается и заливисто смеётся, кидаясь тупыми шутками о данной ситуации и о лжи повсюду, даже в прогнозе погоды. Джин уверен, что Франц даже не думал проверить прогноз перед выходом, как и он сам, но почему-то тепло разливается внутри, прорастая через все тело ромашками, обвивает лёгкие, что дышать становится тяжело, и болезненно заполняет корнями сердце, стоит взглянуть на широкую улыбку и сверкающие глаза кучерявого парня, хотя Джин всеми силами уверяет себя, что это из-за продолжительного бега. Да,точно из-за бега. ////// Было так чертовски холодно, что Джин не знал куда себя деть. Он уже лежал в свитере и под одеялом, но всё ещё было холодно. Рядом по комнате ездил Ленни, явно не знающий, что делать в таких случаях и отчитывал, в перемешку с цифровыми ругательствами. — Кто вообще бегает под дождем!? — взмахивая руками, не переставал восклицать он. Можно понять, у него на руках больной человек, что даже с кровати вставать отказывается, а в базе данных ничего о лечении людей. Джин не то чтобы его слушал. Было не до этого: голова болела, глаза резало, а в горле пересохло. Он пытался уснуть, но ничего не выходило. — На тебя действительно очень плохо влияет этот агент, Джин! — закончил свою гневную тираду Ленни и подъехал ближе к кровати. — Говори о дьяволе — высказался робот, когда вибрация прошлась по кровати от планшета, лежащего на ней. Это и правда был Франц. Агент 64 64 Привет, как ты? Джин какое-то время смотрел на экран, словно пытаясь собрать кусочки пазла и осознать, что вообще он прочитал, и что это значит.

Вы Плохо

Настрочил он быстро и отправил, падая обратно на подушку. Позже решив, что это неточный ответ, снова взял в руки планшет и продолжил писать.

Вы Заболел

Джин снова выключил планшет, зажмурив глаза. Пользоваться цифровой техникой было отвратительно сейчас, так что он старался снизить свою потребность в этом. Новых сообщений не поступало, что сначала беспокоило его, но после это отошло на второй план и он провалился в беспокойную дрёму. За окном уже темнело, когда в доме раздался звонок. Не сразу поняв, что происходит, он приподнялся на локтях, поглядывая на дверной проем. Он слышал как Ленни уже поехал проверить кто там и открыть дверь. Вскоре послышалось недовольное ворчание, а чуть позже в комнату вошёл Франц с какой-то небольшой сумкой — Привет! — поздоровался он, присаживаясь на край кровати и ставя сумку на пол. Как у себя дома! Но Джин не чувствовал какого бы то ни было раздражения. Было даже приятно, что тот смог придти. — У тебя разве не учеба? — спросил Джин, ложась обратно на кровать. Собственный голос поразил его, он был слабым, тихим и хриплым. Он чувствовал себя не на много лучше, в комнате все ещё было слишком холодно. — Она уже закончилась — пожал плечами Франц, чего Джин не заметил. — я принёс несколько лекарств — сказал он уже тише, словно не был уверен что стоит делать или смущён. Причин для смущения вроде нет, так что вероятно он просто был недостаточно осведомлен(верно?). Послышался шорох простыней, и вскоре на кровать упала пара упаковок таблеток. Джин перевёл взгляд сначала на них, после на Франца с нечитаемым выражением лица. Ленни снова въехал в комнату, скептично наблюдая, как эти двое молча смотрят друг на друга. — И чё вы тут сидите? — он бы устало выдохнул, если бы у него были лёгкие, и снова упёр руки в бока. Его и так достала эта рассеянность Джина и постоянное зависание в мессенджере, а теперь этот агент домой припёрся! — Ленни поставь чайник — попросил Джин всё таки отводя взгляд, пряча улыбку в складках одеяла, вновь не понимая откуда она взялась. Франц отвернулся, оглядывая комнату. — Я пойду — сказал он, когда из соседней комнаты донеся недовольный голос Ленни. Джин снова остался один. Горячая кружка обжигала ладони, а заверенное в ней лекарство как на вид и запах, так и на вкус было одинаково отвратительно. Люди научились возводить огромные здания за день, собирать невероятные машины, способные почти заменить человека, летающие машины давно в обиходе, но сделать вкусное лекарство они не смогли. Сквозь боль и слезы Джин сделал последний глоток и отставил чашку, поморщившись от неприятного привкуса, оставшегося во рту. — Да ладно, оно не такое противное, я уверен — с одобряющей улыбкой сказал Франц, забирая чашку и убирая понадобившиеся для заварки предметы и лекарства. Джин скептично посмотрел на него, как бы спрашивая "хочешь проверить?". Франц, увидев этот взгляд, лишь тихо посмеялся, признавая собственное поражение. — Однажды я стану лучшим учёным, только чтобы официально заявить, что оно отвратительно — раздался голос из под одеяла, он был совершенно серьёзен, что не могло не вызвать смеха со стороны. Джин на это никак не отреагировал, лишь глубже завернувшись в одеяло. Лекарство не действовало так быстро, и ему все ещё было чертовски плохо. И холодно. Франц убрал все на кухню, загрузил нужное в посудомойку и вернулся в комнату. — Ну, я наверное пойду? — спросил он, немного помявшись перед кроватью. Он не был уверен что ему нужно делать, уходить не хотелось, но может так будет лучше? Джин не отвечал какое-то время. Головная боль постепенно спадала, и он начинал засыпать, так что думать становилось проблемно. — Останься Тихо всё же ответил он, когда смысл сказанного до него дошёл. Франц присел на край кровати снова. Какое-то время они сидели молча, но вскоре Франц начал тихий монолог обо всем что мог придумать сейчас, и что ему могло показаться интересным. Джин слушал, но не слышал. Ну то есть, до него доходил голос, но пытаться понять, что именно он говорил, было слишком тяжело для него. Он и сам не заметил, как заснул. Франц не сразу понял это. Тихое сопение доносилось до его ушей, и взгляд был прикован к спящему. При этом виде чувствовалось полное умиротворение, лицо разгладилось от того отвращенного выражения, что у него было несколько минут назад, рот чуть приоткрыт, а щёки болезненно горят. Этого не было видно, но это было фактом. Франц наклонился ближе над лицом Джина, дыша как можно тише, чтобы не разбудить его. Ресницы спящего подрагивали, и Франц мог чувствовать его горячее дыхание, от того насколько близко он находился. Он застыл так на какую-то секунду, заворожённый ситуацией, пока осознание не вломилось к нему в разум, снеся воображаемую дверь с петель. Он вскочил слишком быстро и поднял со стола сумку с тихим "что я делаю?". Попрощавшись с Ленни, вышел из дома. ////// — Ты слышишь это? — тихо спрашивал Джин, пока компьютер проигрывал запись ритмичных звуковых частот. — Да — послышалось из экрана планшета, на котором показывался сонный Франц. Сейчас почти три часа ночи и Джин внезапно решил позвонить ему, чтобы сообщить нечто невероятное. Как оказалось невероятным былм какие-то шумы из океана, что на самом деле особо не впечатляли. Ну не впечатляли никого из троих, кроме Джина. — Звуки ритмично повторяются, с разной частотой. Такого не может быть в природе. — констатировал факт Джин, переводя взгляд на Ленни. Хоть он и не спал, ибо не нуждался в этом, внезапное "Ленни! Ленни, ты это слышишь?!" На весь дом посреди ночи было не лучшим сюрпризом — Это музыка! За куполом есть жизнь! Он отошёл от экрана планшета так, что Франц больше не мог его видеть. Джин наблюдал за снова поступающими данными. Клянусь, в его глазах были звёзды. — И ты собираешься проверить это, я угадал? — с ноткой сарказма в голосе спросил Ленни, очевидно зная ответ. Он живёт с этим сумасшедшим уже слишком долго, так что совершенно не удивился, услышав звуки одобрения с его стороны. — Погоди, что? — внезапно проснулся Франц. Сон как рукой сняло — только не говори, что ты собрался выбраться за купол? Недоверчиво спросил он, склонив голову в бок, чего никто не увидел. Джин подскочил к экрану снова(откуда у него столько энергии посреди ночи?) — Именно — Но это опасно! Супер компьютер говорит- — Супер компьютер слишком много говорит — нагло перебил его Джин, смотря испепеляюще. Он был чертовски уверен, что прав, он не мог ошибаться, не после того, что он получил. Ну не может быть Технополис единственным живым местом на всей планете! — Этот агент прав, Джин — озабоченно выдал Ленни, подъезжая ближе. Вероятность переубедить его была мала, но он цеплялся за эту надежду. Сам Джин тяжело выдохнул — Я знаю что не ошибся и вне Технополиса есть жизнь — твёрдо, но уже снисходительней ответил он, переводя взгляд с одного на другого собеседника — я знаю, что звучу, как сумасшедший, но просто поверьте мне, ладно? На этом закончился их разговор, оставив всех в несколько гнетущей и тяжёлой тишине. Осталось много не высказанный слов и волнений, что уже никогда не будут высказаны. ////// Это было страшно. Это было чертовски страшно, если быть совсем откровенным. Как оказалось, он был прав. За куполом есть жизнь, более этого, разумная жизнь, люди создавшие своё собственное общество и живые существа, что считались лишь легендами! Это было удивительно, Джин даже не надеялся на что-то такое. Но после узналось о архивации Технополиса, и ему пришлось срочно вернуться. Люди были заморожены. Это было опасно, это было жутко и отвратительно. Только бездушная машина способна на подобное, и Джин не нашел лучшего решения чем разобраться с ней. Точнее его не нашел Ленни, чем заставил волноваться Джина слишком сильно. Черт возьми, он не может вот так рисковать своей жизнью, заставить его думать, что умер, а потом вернуться как ни в чем не бывало! Но есть ещё одна персона, которая была в опасности и которую Джину было необходимо найти. Франц. Единственной зацепкой была его учеба, так что, как только Ленни пошел изучать свои новые привилегии, Джин отправился искать Франца. Ну, он был близок к тому, чтобы перейти на бег, оглядываясь вокруг. Люди все ещё медленно приходили в себя, но они его интересовали в последнюю очередь. Он осматривал и заглядывал в каждый поворот, ища глазами кудрявую макушку. Она нашла его быстрее, налетев с объятьями и чуть не сбив с ног. Джину ничего не оставалось делать, кроме как на эти объятия ответить. — Я думал, она убила тебя — донеся приглушённый голос со стороны его плеча, куда носом уткнулся Франц. Джин ничего не ответил, лишь крепче сжал руки вокруг чужого тела. Было так тепло, что все ещё прохладная температура вокруг не замечалась совсем, внутри снова цвёл ромашковый сад и он совершенно не хотел избавляться от него. Они оторвались друг от друга, все ещё находясь слишком близко. Франц с улыбкой рассматривал лицо Джина, словно стараясь убедиться, что с ним все в порядке, что это он прямо сейчас стоит перед ним и ничего ни кому из них не угрожает. Так бы и продолжалось дальше, пока Франц одним рывком не сократил расстояние между ними до нуля, целуя того в губы. Вот чёрт. Джин не умеет целоваться.