Картонный дом и Канцелярский ножик

Ты любишь всех, а любить всех - значит не любить никого.

Тебе все одинаково безразличны.

Оскар Уайльд

«Портрет Дориана Грея»

* * * Бывает ли такое время, когда все происходящее тебя вообще не волнует? Даже если это происходящее влияет на твое настоящее и будущее? Ты понимаешь, что нужно подавлять безразличие и делать какие-то шаги, но не можешь. Или всё-таки не хочешь? Возможно, бездействие вызвано сильным стрессом или каким-то непонятным происшествием, впечатавшимся глубоко внутрь тебя самого. Но что тогда делать? И нужно ли предпринимать что-то вообще? Все эти вопросы мучали Уильяма и не оставляли ни на минуту, за исключением, наверное, нескольких часов сна. Он и доктор Лектер находились в убежище около трех дней, но как-то контактировать друг с другом не пытались. Точнее, Уилл почти убегал, когда психиатр хотел с ним хотя-бы заговорить. Поэтому они почти не виделись в этот день. Профайлер практически не выходил из комнаты и думал, много и усердно. К разумному или вообще какому-либо благоприятному выходу из сложившейся ситуации он не пришёл. Мысли всё мучительнее раздавались в его голове. Ему определенно нужно было покончить с ними. В противном случае, они обволокут мужчину полностью и утащат из реальности, за которую Уилл и так держался всего одной рукой, когда вторая уже висела над пропастью. * * * Доктор Лектер сидел в кресле и читал очередную книгу, вторую за эти три дня, если быть точнее. Он понимал, что Уиллу нужно время, возможно, много времени, чтобы прийти в себя и начать хотя бы как-то общаться с Ганнибалом. Но с другой стороны, это выводило из себя. Лектер сам до конца не понял, почему не оставил его умирать. И считал, что Грэм должен быть благодарен, а не закрываться от него. Но все попытки вывести консультанта из «транса» проваливались огромной неудачей. Что дальше делать он не знал. Но оставаться здесь точно нельзя. Доктор уже даже написал давнему знакомому, которого лечил лет шесть назад, на счет новых документов. Майкл, так звали этого человека, не сможет, да и не захочет сдавать Ганнибала. Во-первых, он считал его подобием давнего друга. Во-вторых, сам был не ангелом и разбогател не самыми честными путями. Лектер знал об этом, он знал всё, а Майкл спустя год лечения/дружбы начал подозревать за доктором что-то неладное. На этом их пути разошлись, но видимо судьба решила свести их снова. Ответ пришел быстро и лаконично, конечно же, Майкл был согласен помочь. Сказав, что он свяжется со своими людьми поблизости и после чего, уже они, должны написать Лектеру, больше сообщений не было. Время тянулась медленно, ком разочарования к себе и еще больше к Уиллу наростал внутри доктора. Ему хотелось поговорить с ним, поинтересоваться самочувствием. А главное – узнать, готов ли профайлер уехать с ним, куда-нибудь далеко, чтобы начать новую жизнь. С новыми именами и фамилиями, с новыми знакомыми, с практически новой жизнью. * * * Вечером этого же дня Ганнибал зашел к Уиллу в комнату. Грэм выходил из нее только несколько раз, за водой и в туалет. Все остальное время Лектер даже не слышал его за дверью. Лишь тихое и ровное дыхание выдавало, что доктор тут не один. – Нам нужно поговорить и сейчас не время для самокопания в себе. – психиатр был спокоен, но голос его выдавал некоторую требовательность. – Не собираюсь с тобой ни о чем говорить. – Уилл закрыл глаза и отвернулся к противоположной стене. – Ты ведешь себя, как ребёнок, Уильям. Пойми уже наконец, нам нельзя здесь оставаться. Скоро нам сделают новые документы. И тебе нужно будет перестать весть себя так. Никто ничего не должен заподозрить. – Почему ты не узнал у меня, хочу ли я куда-то ехать с тобой, хочу ли я вообще уезжать? – профайлер взглянул на доктора и глаза его были красными от ярости. – Тебе придется. Лицо Ганнибала не выражало никаких эмоций, кроме как неприязни и спокойствия. Уилла раздражало это все сильнее и сильнее. Он понимал, что Лектер прав, впрочем, как и всегда. Это почему-то вызвало небольшой укол где-то под рёбрами. Возможно от обиды на доктора, возможно и на себя самого в какой-то степени. Почему Уильям так себя ведет? А доктор даже не пытается показать, что ему есть хотя бы какое-то дело до его состояния. Впрочем, он и не должен заботится о нем. – Прости меня, не понимаю, что происходит в последнее время. Я согласен на новые документы и на все, что ты предложишь. – профайлер попытался сделать подобие улыбки, вышло, кстати говоря, довольно неплохо. – Хорошо, нужно выбрать страну. – взгляд Ганнибала смягчился и выражал теперь спокойствие с легкой ноткой отчуждённости. – Не знаю, я мало где успел побывать за свою жизнь – А я вот наоборот, был много где. Нужно ехать как можно дальше. Лучше всего в Европу. Чуть позже я скажу тебе несколько вариантов. Выберем вместе. – доктор открыл дверь и собирался выйти из комнаты. – Можно мне посидеть с тобой? – Уилл грустно смотрел прямо в глаза Лектера. – Конечно, Уильям. * * * Грэм молча наблюдал за изящной рукой Ганнибала, которая поливает пирожные шоколадом. Ощущение было, как будто подглядываешь за чем-то личным, можно даже сказать, интимным. Все мысли пропадали и в голове был лишь силуэт доктора, плавно передвигающийся у кухонного гарнитура. Он закрыл глаза и погрузился перебирать запутанный комок из догадок и размышлений.