Я доверил тебе свою жизнь

      Белль, Эдгар и Грифф остались в арене, чтобы получить вознаграждение, а проигравшие ушли. Кольт с Барли спустились вниз; робот держал в руках чёрный кейс. — Поздравляю вас троих с победой! Кажется, последний этап был слишком лёгким для вас, не так ли? — Я на бегу стреляла из винтовки. — Я оборонял сразу два фланга от прорыва. — Я чуть не умер. Дважды. — Что ж, ла-а-адно, — затянул Кольт, — я поспешил с выводами. Со стороны это смотрелось так, словно вы трое не напрягаясь отобрали победу. Перейду-ка я, пожалуй, к выигрышу. Барли, твой черёд.       Робот подошёл ближе, повернул кейс на трио и открыл его. В нём лежали три мешочка, если прикинуть глазами, достаточно увесистых. — В каждом по десять тысяч золотых. Можете объединить их, а можете оставить каждому по мешочку.       Первым мешок схватил Грифф, и только потом Белль и Эдгар. — Да! Не зря старался... — блондин обнимал и поглаживал мешочек, словно ребёнка. На это сразу последовала реакция Барли. — С ним всё хорошо? — Да. Я бы переживала, если бы он так не делал, ха-ха. Этот парень уж очень любит золото. — Так вот почему он ходит с тобой, — Эдгар придерживал мешок рукой снизу и разглядывал одну из монет, которую он достал из него. Брюнет хитро улыбнулся, когда произнёс эти слова, ожидая реакции девушки. — Эдгар! — моментально крикнула Белль. — Какого чёрта?!       Эмо ей не ответил и просто направился в сторону выхода, усмехаясь. Он распахнул двери шарфом, за ними стояли Фэнг и Колетт. Девушка сразу же накинулась на Эдгара и крепко обняла его. — Эд! Ты молодец! Я так рада, что у меня есть такой крутой друг! — от восторга буйствовала Колетт. — Хех, спасибо, Колетт. Мне это льстит, — Эдгар прикрыл глаза, оставляя улыбку, и слабо кивнул. — Но у тебя не только один такой друг. Теперь не один!       Фэнг от удивления раскрыл глаза шире, а потом слабо усмехнулся. — Ладно, Колетт, пусти. Дома пообнимаемся, хах, — эмо легко оттолкнул девушку от себя шарфом и пошёл к своему дому, вместе с ним пошли и Колетт с Фэнгом.

...

      Ребята вместе пообедали, когда вернулись домой, Колетт ещё какое-то время удерживала Эдгара в объятиях, на что тот был вполне не против, а потом они спокойно разошлись по своим комнатам.       Два коротких стука в дверь эмо. — Кто там? — из приличия спросил брюнет, заранее зная, что это Фэнг. Колетт уже бы вбежала в его комнату. — Можно войти? — и да, это Фэнг. Предположение Эда было верным.       Из-за двери послышалось невнятное «да», после которого Ханец прошёл в комнату и закрыл за собой дверь. Внутри было темно: стены, пол и потолок были практически чёрными, а единственное окно наполовину перекрыто какими-то тетрадями, дневниками и записками. Тёмная кровать, на которой могли поместиться и Фэнг, и Эдгар, и Колетт, и ещё половина жителей города. Стол (больше смахивающий на верстак) из тёмного дуба, заваленный таким же нескончаемым количеством записей и тетрадей, как и окно. — Чего хотел? — спросил Эмо, даже не посмотрев на брюнета. Сам Эдгар лежал на кровати, сложив руки на груди, и смотрел в потолок, будто в бескрайний космос. — Я... — Фэнг неловко почесал затылок, — вообще я хотел поговорить с тобой на весьма.. мх, так сказать, щепетильную тему. — Садись, — Эдгар вытянул руку в сторону и уронил её на диван, указывая парню на место, куда он может сесть. — Как скажешь, — Фэнг присел на край кровати и опёрся руками за спиной. — Спасибо. Я начну с самого важного и резкого вопроса. Откуда ты знаешь Белль и Гриффа? Почему мы не были знакомы с тобой раньше? — Это два вопроса. — Ты серьёзно? — Три. Ха-ха, только не кипишуй. Я постараюсь тебе объяснить. Дело в том, что мы с тобой не были знакомы, так как ты присоединился к ним уже после того как я покинул их общество. И да, я раньше работал на Белль. Больше ничего сказать не могу.       Фэнг остолбенел. Как? Каким образом? Почему? Зачем? Множество вопросов крутилось в его голове. Он не понимает, он пытается выстроить цепочку событий, но звенья распадаются. — Стой, а как.. — Потом узнаешь, когда я буду готов это рассказать, — Эдгар перешёл в сидячее положение, тем самым сровнялся с Фэнгом головами. — Никто ещё не знает полный ход событий, даже я. Мне пока что недостаточно информации. — Ладно. А... — Ты хочешь услышать что-то ещё? — Как бы да, но как бы нет.. — В каком плане? — Я бы хотел услышать от тебя мнение о Белль. — Только о ней? — Да. — Ты с ней сблизился за то время, пока был с ней в команде? — Как ты это понял? — Фэнг вопросительно окинул взглядом Эда. — Мне показалось, что она к тебе снисходительна, учитывая то, что ты на неё работаешь, а с такими она ух как несладко обходится. — Вообще-то... Да. Да, это правда. Я жалею о том, что был в слишком близких отношениях с ней. Знал же, что добром не кончится, но всё равно продолжал ухаживать, — Ханец уронил взгляд в пол. — Пх-х, так ты был в отношениях с ней? — Что смешного? — Ничего, поверь, много кто попадался на это. Возможно она говорила, что очень ценит только одного человека, но не называла его имени. Было такое? — Хм, дай-ка вспомнить... Кажется, да. — Понятно, знай, это не ты, ха-ха, — Эд улыбался широко, с закрытыми глазами и слегка нахмуренными бровями. — Ты опять смеёшься? — Ни в коем случае, ты что?       Фэнг резко повалил брюнета на спину и прижал его руки к кровати. — По-твоему это смешно? — Это ирония. Я тоже попал в эту ловушку, Фэнг.       И вот тут Фэнг понял, что Эдгар смеялся не над ним, а над собой, слушая от Ханца этот короткий рассказ. — А тебя не смущает наше положение относительно друг друга? — А должно? — А если Колетт зайдёт? — Не зайдёт. Она может врываться ко мне в комнату, когда я один. Но если я с кем-то в комнате, то она не влезает, по крайней мере, старается. — Ясно... — Подожди, почему ты спросил про Колетт? — А тут вот эмо уже забеспокоился. — А, да так... — на выдохе Фэнг опустился на тело Эдгара. Губами он практически касался шеи, а в принципе головой лежал в области ключицы. — Мало ли. — Понятно, — тревожно ответил брюнет, слегка трясясь. — Что с тобой? — Всё нормально, Фэнг, не переживай. — Как скажешь...

...

      Дни летят незаметно, особенно если вставать в шесть часов вечера, как Эдгар. Правда, с появлением в городе Белль и её команды, парень начал вставать пораньше: в полдень или около того.       Но был один день, когда Эдгар не вставал вовсе. Банально потому что не ложился. День, в который он действительно был готов сделать то, что не мог на протяжении нескольких лет.       Уже смеркалось. На улице дул прохладный засушливый ветер, все старались оставаться дома, так как город могла покрыть песчаная буря. Белль, Гриффа, Фэнга и Колетт это не остановило. Они стояли в центре улицы, причём обе стороны были не очень позитивно настроены. — Послушайте, я бы не хотел, чтобы мы дрались. — Поверь, Фэнг, я тоже не хотел бы, — отвечает ему Грифф, — но турнир закончился. Больше нет причин оставлять друг друга в живых. — Фэнг, мы не сможем их одолеть, мне страшно! — шептала Колетт чуть ли не плача. — Мне тоже страшно, Колетт, но другого выхода у нас нет. «Где же этого Эдгара носит?! Что с ним, мать вашу?» — ворчал про себя Ханец. Мысли были и том, что его уже схватили, во что верить совершенно не хотелось. Оставалось только надеяться, что удача в этот раз окажется на их стороне, и Колетт с Фэнгом смогут выстоять.       Стоять не пришлось. — Остановитесь, — послышалось с крыши одного из домов. — И кто же ты такой, чтобы останавливать нас?! — После этих слов, Белль подняла взгляд на крышу дома.       Шляпа с широкими полями, что-то вроде банданы на шее, зелёная рубашка и бордовые широкие штаны. На ногах надеты ковбойские сапоги. Парень спрыгнул вниз и перекрыл Фэнга и Колетт, встав к ним спиной. Голову он опустил вниз и из-за полей шляпы лица не было видно вовсе. — Повыпендриваться прибежал?... Подожди, сто-о-ой.. — Хех, неужто узнала меня, Белль? — парень приподнял голову и исподлобья взглянул на голдхэнд. Та была мягко говоря шокирована. — У меня такое ощущение, словно я уже тебя видела. — Джереми Хардман, это имя о чём-нибудь тебе говорит? — Нет... Не-е-ет... — Девушка округлила глаза. Её сердце дико колотилось, пытаясь выскочить. — Ты не можешь быть им, Эдгар... — Эдгар?! — мгновенный возглас от Фэнга и Колетт. — Да, Фэнг, Колетт, она права. Я Эдгар. — Вы похожи, но я никогда бы не подумала, что вы – один человек. — Ха-ха, значит, что я всё-таки смог тогда поменять свой образ так, чтобы меня никто не узнал. Спасибо тебе, Белль, за то, что вспомнила Джереми – он был славным малым.       Беловолосая бросила оружие, подбежала к Эдгару и крепко обняла его. Она не хотела его отпускать. Больше никогда. — Никогда не думала, что скажу это, но... Я скучала по тебе, — она прижалась сильнее, прильнула головой к плечу парня, а из её глаз проступили слёзы. — Прости меня за всё, что делала, я была молода, вспыльчива и глупа!