лети, мечта!

Здесь были мои первые ошибки, Здесь были мои страхи и мечты. Здесь были лучшими и непростыми; Здесь были - были были я и ты.

***

— Такси приедет через семь минут! — Парни только прилетели в Москву, шасси еще не до конца остыли после остановки, но уставшие от эмоций и бесконечной дороги четыре мужчины сразу, как говорится, «с корабля на бал». Точнее с корабля домой, но только на две минуты, вызывая очередное такси по пути, прямо из лифта, чтобы успеть только вещи закинуть, чтобы не дать организму почувствовать дом и расслабиться. Арсений мог бы поехать с Сережей, но вторгаться в еще такое сырое семейное гнездышко совсем не хотелось, поэтому маленькая, но уютная квартира Шастуна приняла его с распростертыми объятиями и дверями, как будто приглашая присесть, прилечь, поспать и остаться тут на всю жизнь, пуская корни и деля быт с высоким мужчиной с макаронным взрывом на голове и звонким смехом. — Я готов. Поехали. — Арсений у выхода нервно одергивает футболку, пытаясь ее поправить. Арсений стоит, с виду, абсолютно расслабленный, но напряжение чувствуется в воздухе огромным комом, да, приятным комом счастья, на вкус – дешевая сосательная конфета, которыми добрый дедушка во дворе угощал маленького мальчика, но комом. — Не переживай, там все круто, я уверен! Стас билеты брал, там пол зала заняты. — Шастун и сам переживал не меньше, для него это все как сон, только наяву, Антон сам не верил, внутри все сжималось от переживания, а ладошки потели сильнее чем обычно, но он держал маску уверенного человека, потому что два нервных мужчины – залог общей паники. — Нас там ждут, Арсений, нас там поддержат обязательно. — у него, Шастуна, в глазах написано, что он верит поклонникам, что он верит в общую любовь к историям, что знает – поддержат обязательно. — Не переживай! — рука жестко легла на плечо, слегка сжимая и, как будто змея, впрыскивая в организм Арсения уверенность, Антон отпустил, выходя за порог. — Поехали! Нас ждут. — Арсений из квартиры вышел, спустился пешком, чтобы выдохнуть, в такси сел, как обычно, на заднее, и они поехали – такси с двумя из телека в кинотеатр, а Арсений в свою голову, в воспоминания, в свое детство.

***

Омск. Драматический театр. До начала спектакля десять минут. В зале мама и папа. Арсений из-за кулис смотрит на сцену – на второй дом. У Арсения колени трясутся, ноги ватные, а в голове строчки сценария, которые парень гоняет одну за другой, дабы не забыть, не опозориться перед отцом. У Арсения сердце отбивает чечетку о грудную клетку, отдавая свой ритм прямо в уши, потому что отец не знает, что его сын через время появится на сцене, отец не знает, что его сын грезит не нефтяными компаниями и крупными бизнесами, а сценой. Громкая музыка, перетекающая в тихий шепот инструмента и обратно, застилает глаза и разум дымкой, не давая запомнить ни момента. Вот начало, выход Арсения, а вот он уже выступил и за кулисами ждет поклон, вот сам общий поклон, аплодисменты, несколько букетов, кулисы, автобус, дом, комната, кровать. Всё. Закончилось. Он выступил. За дверью легкие шаги мамы, не громкие разговоры, звон посуды – звуки дома. Через момент тяжелые твердые шаги – в его комнату, отец. Дверь, скрипнув ручкой, пускает несильный поток воздуха, и линию света из коридора, через еще секунду перед сидящим Арсением открытая большая ладонь отца в ожидании рукопожатия. Теперь он знает. Еще секунда, рука отца сжимает арсеньеву, не сильно покачивая в воздухе и отпускает. Отпускает и выходит из комнаты, прикрывая дверь и, видимо, доступ кислорода Арсению. Сердце заходится чуть ли не болезненно, но тут же отпускает, расплавляя по телу приятное тепло — похвалил, понравилось. Разлившееся тепло, согревает «семя мечты» в душе, и оно пускает корни, дает росток, оставаясь и распускаясь внутри Арсения с каждым днем все сильнее. «Хочу в кино смотреть с экрана».

***

— Я уезжаю в Питер с театром. Дальше опять пелена как тогда – на сцене перед отцом. Арсений не помнит ни долгих минут прощания, ни уговоров остаться, ни пожелания удачи и попутного ветра, в воспоминаниях лишь дорога, Питер и он в Питере. Роли, сценки, новые знакомства, Питер и свой театр импровизаций. Так интересно, захватывающе, так сложно, но от этого так легко. Подпольные прокуренные бары с живыми эмоциями, их команда и больше никого. Первые билеты, первый зал, первый смех зрителя, первые эмоции. Все получается и Арсению нравится очень, а в душе котенком скребется: «Хочу в кино с экранов!».

***

— Нас позвали в Москву, мам. И опять дорога, он с командой, Москва – такая большая и шумная, такая не такая как Питер. Новые люди – какие-то странные из Воронежа с таким же театром. Пробы, ошибки, не то, вроде взяли, опять не то, «попробуйте это», не годится, «давайте вот так», уже лучше – работаем. Арсений опять и опять выходит, в голове завод шуток, под ногами сцена, в зале люди и камеры. В зале смех. Впереди телевизор и часовой эфир на федеральном канале. Не верится. Все получается, три года попыток, силы почти на нуле, разочарования, ссоры, слезы – не мужские скупые, а прям как в детстве – градом – опять пилот, команда меньше вдвое, еще чуть-чуть, как на последнем вдохе играют «от себя», как изначально хотели – получилось! Взяли! Теперь главное зацепиться и тащить, чтобы как «Дом-2», но круче! Первые гастроли, шумные залы, уши с непривычки закладывает, первый флешмоб, первые подарки, красивые города, море поклонников, которые любят, значит все правильно, значит получается, а сердце азбукой Морзе отбивает как ветками выращенного дерева «мечты» — «Хочу в кино!». Уже не так болезненно, только царапает чуть-чуть, как будто теперь можно оставить детской мечтой, записав в список к «стать космонавтом», «погулять на луне», «научиться летать» и все остальное, отправившись по соседней дорожке, которая ведет куда-то дальше – в будущее.

***

Такси подъехало. Легкий мандраж, свежий воздух чуть-чуть отрезвляет, но гул в голове не проходит – не верится до последнего. Они приехали в кино. Они все вчетвером приехали в кино на ИХ премьеру. На их детище. Мечта попасть на экраны кинотеатров у Арсения осуществилась «Хищниками», но тогда это было так скупо, в малом прокате, на окраинах городов, а сейчас казалось, что вот оно – полноценное исполнение мечты – они в сетевых кинотеатрах по всей стране. Стас что-то уже говорит, зал шуршит телефонами и попкорном, кто-то перешептывается и вот — их выход. Встречают как всегда шумно, наверное, никого так не встречали в этом зале. В голове больше нет шума, а перед глазами пелены, Арсений уверенно стоит, осознавая — это их премьера, он в кино, они все вместе в кино, их любят, ими гордятся, их поддерживают. Перед ними полный зал людей, которые смотрят восхищенно. — Я подумал, что я чувствую, когда я еду сюда. Круто, что спустя шесть лет после нашего первого выпуска на телеке, мы пытаемся вас чем-то удивить и у нас огромное желание постоянно вас удивлять, но мы во все эти авантюры вписываемся, потому что знаем, что есть вы, благодаря вам нам не страшно, благодаря вам мы придумываем вот такое, — пять пар глаз, включая Стаса, поднялись на огромный баннер, где огромными буквами выведено «Истории в кино» и четыре персонажа, которые отдаленно напоминают людей на сцене. — поэтому спасибо, это все благодаря вам! — Вам огромное спасибо за то, что вы есть, иначе бы ничего вот этого без вас бы не получилось. — Сережа с гордостью и особой теплотой говорит в микрофон, как будто обращаясь лично к каждому в зале, он гордится безмерно тем, что уже получилось. «Вы исполнили мою мечту!» — уже не прозвучало от Арсения, но на сердце отпечаталось. Гештальт закрыт. Они в кино. Полный зал. Они смогли.