Из жизни одной Вселенной

Эпизод 002: Душа Лейлы

POV: Лейла и Лейла 4357 Пиктура, 11 или 11-11-4357 Это место было похоже на колодец. Хотя, почему “похоже”? Это и было колодцем. Спускаясь вниз по спиральной лестнице, ты оказываешься на его дне, где мозаикой выложен причудливой узор птицы на фоне солнца. Несмотря на то, что сюда запрещено приходить просто так, я знала, что однажды окажусь здесь. Ведь в этом мире существует еще одна половина моей души, и ее обладательница уже ждет меня. Я стою в солнечном круге, ковыряя носком отколотые кусочки мозаики на голове птицы. Ее перья красными пятнами выделяются на сером полу…меня мутит. В поле моего зрения показываются два человека. Первой была женщина средних лет в строгом костюме, чьи черные, собранные в хвост волосы, были на на треть седыми, а выражение лица показывало тотальное смирение. И молодая девушка рядом с ней. Ее лицо было точной копией моего, но вот любопытный взгляд и почти восторженное выражение, словно праздник, которого она так долго ждала, наконец наступил, были мне совершенно незнакомы. Ненавижу их обеих. Отец, стоящий за моей спиной, хотел мне что-то сказать, но я тут же отошла от него. Он и эта женщина беспомощно переглянулись, после чего стали подниматься обратно по спирали. Остались только мы. “Мы” - это местоимение первого лица “Я” во множественном числе. Идеальное определение для нас. Одна душа в двух телах, которая после моей или ее смерти наконец станет полной. Мы один человек, с одним лицом и одним именем, а потому не имеет значения кто из нас выживет, во всяком случае так все говорят. Но для меня мое выживание имеет значение. Я хочу жить как отдельный человек, а не как безмолвная часть кого-то. Девушка с моим лицом угрюмо рассматривает меня. Может, поговорить? Хотя зачем. Мне нравится думать о ней как о какой-то неправильности в этом мире, которой не должно существовать, от которой нужно избавиться. Ну и как мне это сделать? Дурацкие традиции. В нашей местности на эту "церемонию" запрещено брать какое-либо оружие. Спасибо, что хоть без церемониальных балахонов. Я пытаюсь задушить ее, прижав к стене, она сильно пинает меня, и хоть я и теряю равновесие, но мои руки схватившись за цепочку, резко дёргают ее вниз, пока я не разогнулась после удара. Цепочка рвется, но свое дело она уже выполнила. Видимо, я посещала больше уроков физкультуры, так как смогла быстрее восстановить баланс. Я хватаю ее за волосы и начинаю бить лицом об стену. От ударов остаются кровавые следы, которые мешаются с пылью. Она, наконец, безвольно оседает, и я наклоняюсь к ней. Я ничего не вижу, кровь залила мне глаза, но чувствую как она приближается. Каждая клетка моего тела кричит. Мой воспаленный мозг растягивает этот момент и мне хватает этого воображаемого времени чтобы собраться. Я резко подаюсь вперёд и валю ее на пол. Настает моя очередь душить ее. Больно. Не хватает воздуха. Горло горит. Просто отбиться не получается, так как она сидит на мне. Я хватаю ее за лицо и выдавливаю ей большим пальцем левый глаз. Ее крик чуть не разрывает мне барабанные перепонки. Пока она орет и дезориентирована, мне удается оттолкнуть ее, после чего я отказываюсь в сторону, встаю и всем весом резко падаю грудью сзади ей на голову. Ее шея хрустит. Она умирает. Я удивлена, что это действительно сработало. Я знала, что при повешении люди чаще всего умирают не от удушения, а от травмы шейного отдела позвоночника и всего что там внутри, но все равно была крайне удивлена скоростью и эффективностью метода. Я бессильно падаю на пол и лежу, пусто смотря вверх. Внезапно чувствую что-то под рукой. Это оказывается кулон в виде птице в круге. Узор совсем как на полу. О, она оказывается еще и верующая была. Ну, ее бог ей не помог, ха-ха. Дурацкие традиции. Если это так необходимо, почему нельзя взять с собой нож или там, например, пистолет. Так было бы гораздо быстрее, чище и не так мерзко. С пистолетом вообще бы выглядело как древняя дуэль. Разошлись на 10 шагов и кто первый попал, тот победил. Я все продолжала лежать и смотреть вверх. Мысли текли нестройным потоком. А потом я поняла, что текут не только мысли, но и слезы. Они все текли и текли, текли и текли и я не знала как их остановить. Так и закончился мой пятнадцатый день рождения. И ее. Хотя ее закончился чуть раньше.