Растворюсь в тебе полностью

23 августа, среда. «Благодарю Б-га за возвращение моей души в тело, отошедшее ото сна. Сегодня мой первый рабочий день, первое собрание Еш Атид. Сегодня познакомлюсь с коллегами-депутатами», — с этими мыслями проснулась Эни. Она посмотрела на время. 06:21. В очередной раз девушка проснулась раньше будильника. Из-за стресса, наверное.. Собрание в 10:30, но Яир Лапид, лидер партии, попросил её прийти где-то на 30 минут раньше, чтобы она заняла свой офис.   ***   Время 9:08. Собрав необходимую документацию, Эни надела выглаженный ещё вчера вечером деловой синий брючный костюм — так выглядит истинный депутат. Под пиджаком скрывалась лёгкая белая блузка, на ногах — строгая классическая обувь: чёрные туфли на каблуке. Также девушка заплетает себе небрежный пышный пучок, который идеально сочетается со всем образом. Одевшись, леди Мэйцер взяла ключи от машины, вышла, закрыла входную дверь в дом на замок, села в свой автомобиль и поехала. Поскольку она жила в частном секторе Тель-Авива, ехать до штаба ей было не долго — максимум 15 минут.   ***   На входе Эни уже ожидал Лапид. Припарковав фольксваген поло, девушка направилась к нему. — Доброе утро и добро пожаловать в наш коллектив, мисс Мэйцер! — бодро поприветствовал её мужчина. — Здравствуйте, Яир. Мне очень приятно оказаться здесь, в штабе партии Еш Атид. Благодарю тебя* за эту возможность! — Мы всегда рады людям, которые готовы работать на благо Израилю! Пойдём, я покажу тебе твой офис, — предложил глава партии. — С удовольствием! — соглашается девушка, и они проходят внутрь. Поднявшись на третий этаж, мужчина ведёт новую коллегу к 214 двери. Открыв её, Эни видит перед собой двух людей, что уже внимательно разглядывают её: девушку, лет 29; у неё серо-голубые глаза, тёмно-русые волнистые волосы, которые эстетично падают на плечи и свисают с них; и мужчину, лет 25; у него кристально-голубые глаза, русые вьющиеся волосы, правильные черты лица и.. «Боже, он чертовски красив», — заметила девушка, понимая, что уже слишком долго засматривается на профиль парня. — Ну, всё тогда, я вас оставляю. Через полчаса жду в холле, — из раздумий девушку выбил грозный голос Лапида. Да и сам по себе он грозно выглядит: серые волосы, чёрные брови, лицо, увешенное морщинами, небольшой разрез глаз — всё это выглядело слишком строго для 55-и лет. Хотя, чего ожидать от человека, у которого большая склонность к морщинам и раннему старению? Яир удалился. И только сейчас девушка поняла, что её уже представили, пока она разглядывала сначала профиль, потом анфас голубоглазого парня. — Рада вас видеть, — улыбнулась Эни, глядя сначала в одни голубые, а затем в другие, самые привлекательные на всём свете, глаза. — Меня Мейрав зовут, — произносит девушка бархатным голосом, а после улыбается. — Идан, — встаёт из-за офисного стола молодой человек и протягивает правую руку, подходя к девушке. Эни стеснительно протягивает свою руку в ответ. — Пойдём, я покажу тебе наш штаб, — приглашает её парень. И та соглашается.   *** — Ну и в завершение нашего заседания хочу сообщить, что теперь делами по борьбе с антисемитизмом по Тель-Авиву  вместо Идана будет заниматься наша новая коллега, — представляет Лапид должность девушке, — Эни Мэйцер. Она дипломат, так что с антисемитизмом не только в Израиле, но и в мире хорошо ознакомлена. — Благодарю, —  скромно кивает в ответ девушка. — А помощник для неё? — раздаётся громкий баритон одного из депутатов. Вероятно, он уже работал с новенькими. Да и с людьми, которые занимаются вопросами антисемитизма. — А помощника Эни сама для себя выберет, — завершает собрание Яир. — На этом всё. Спасибо всем за продуктивную работу. После этих слов глава партии покидает аудиторию. Остальные же члены партии тоже собираются уходить. Они выходят из холла, а после расходятся по разным офисам — у каждого своя работа. Эни же направилась в столовую. В поисках места, где можно пообедать, она обошла весь первый этаж. Неожиданно перед ней резко распахивается дверь, что скрывает за собой офис Лапида,  а оттуда выходит Идан. Девушка аж вздёрнулась, напугавшись молодого человека. — Я тебя напугал? — уточняет русоволосый парень, закрывая за собой дверь итальянского производства. «А ты как думаешь?» — пронеслось в голове у мисс Мэйцер. — Конечно, — тихо, едва слышно, выдала она. — Ты слишком резко оказался передо мной. Я не была к этому готова, — уже громче произносит Эни, поправляя левой рукой тонкую прядь каштановых волос, которые не убрались в высокий пучок. В ответ Идан усмехается. — Прости, — шепчет он. — Ты к Лапиду? «Боже, зачем ты так сладко шепчешь? Неужели хочешь соблазнить меня своим бархатным голосом?» — нервно прокручиваются в голове изречения. — Нет, я.. — тут девушка немножко замялась — Я искала столовую, но, кажется, заблудилась… — произнесла она так, будто хотела продолжить свою речь дальше, но внезапно остановилась. Молодой человек кивнул, будто о чём-то задумался. — Столовая штаба сегодня закрыта, но тут недалеко есть кафе, могу тебя проводить, — предлагает вдруг реб**, — если ты, конечно, не против, — тут же добавляет он. *** — А тут довольно уютно, — замечает Эни. Но Идан лишь едва заметно кивнул, будто вовсе пропустил фразу девушки, в замешательстве разглядывая меню. — Ты выбрала, что закажешь себе? — поинтересовался голубоглазый, устремляя взгляд на белое лицо девушки, что полностью усыпано веснушками. Та, в свою очередь, заглядывает в глаза цвета льда, любуясь их красотой. Опустив взгяд вниз, на идеально чистый паркет, г-жа Мэйцер ответила: — Да, я буду салат Цезарь и латте классический. — И всё? — уточняет Идан, а после получает в ответ утвердительный кивок. — Официант! — подзывает он молоденькую блондинку, которая должна обслужить их столик. Сделав заказ, парень решил завести с новенькой диалог. — А ты откуда? — начал он издалека. — Из России, — лаконично отвечает Эни. — А в политику как пришла? Причём в израильскую, — с сарказмом спрашивает мужчина. Девушка легонько улыбнулась. — Скажем так, Б-г привёл. А ты? — А я по образованию юрист. Куда ж ещё, если не в политику? — задал он риторический вопрос, который повис в воздухе. — Муссовое пирожное, — к столику подходит официантка, ставит на середину тарелку с десертом, а после немедленно удаляется, дабы не мешать диалогу. — Оно же некошерно, — констатирует гвирти*** Мэйцер. — А ты ортодоксальная иудейка, которая следит за кошерностью? — проявляет интерес юрист, понимая в глубине души, что она действительно ортодоксальная иудейка. Это в ней выдаёт буквально всё: и манера общения, и стиль одежды, и серебряная звезда Давида на шее. Ортодоксальные иудеи совершенно другие. Им непривычен израильский менталитет, хоть они и евреи, и живут в Израиле. В такой обстановке они всегда придерживаются нестандартной для светских людей позиции, чем выдают свою принадлежность к хасидизму. — Верно, — в очередной раз подтверждает догадки девушка. — Скажи… — тут Идан прерывает свою речь, размышляя, нужно ли спрашивать, взвешивает все «за» и «против». С одной стороны, простой вопрос, который обычно задают противоположному полу, а с другой стороны — она не светская девушка, которой этот вопрос может показаться нетактичным. Эни выгибает бровь, ожидая услышать продолжение речи. Заметив это, парень всё же рискнул: — Ты в отношениях? Девушка несколько раз моргнула, призадумавшись над ответом. — Нет. Я не верю в любовь, — твёрдо произносит она, заглядывая в кристально-голубые глаза. — А ты? — Женат на своей работе, — депутат улыбнулся. Девчушка ухмыльнулась в ответ. — Кстати, по поводу работы… — резко опомнилась она, — я хочу, чтобы ты был моим помощником. Молодой человек вопросительно посмотрел в глаза цвета спелого ореха. — Кхм, — прокашлялся он, — я работаю с Мейрав, именно поэтому мою должность Яир выделил тебе. Эни лишь понимающе кивнула. — А.. ну ясно — Ты можешь поговорить с ней, и, если она не будет против, я уйду к тебе. Девушка вновь кивнула, а после повернула голову, заметив приближающуюся к столику официантку, которая несла на подносе напитки. — Латте классический, пожалуйста, — она аккуратно ставит блюдце с айриш-бокалом на стол рядом с девушкой, — И эспрессо — подаёт официантка кофе мужчине, слегка кивает и уходит к другому столику. — Мне кажется, она не будет против, — продолжает русоволосый свою реплику. Мисс Мейцер отпивает немного кофе из трубочки, возвращаясь к теме разговора. — Я про Мейрав, — напоминает Идан. — Я помню. Тут у девушки завибрировал телефон. Она достаёт его из кармана тёмно-синих брюк. На экране высвечивается «Яир Лапид». — Ответь, — тихо-тихо, почти шёпотом, гласит политик. Эни проводит большим пальцем правой руки в бок, отвечая на вызов. По ту сторону сразу раздаётся строгий баритон лидера партии, который эхом доходит даже до Идана, сидящего напротив: — Эни, ты будешь работать с Авигдором Либерманом. — Ладно, хорошо, — отвечает девушка, пытаясь вспомнить и понять, кто этот человек. «Вроде бы он вообще из другой партии», — пронеслось вдруг в голове. — Жду тебя в своём кабинете через час, — грозно заявляет Лапид, а после завершает разговор. От такого голоса молодой брюнетке слегка не по себе. Она смотрит в погасший экран телефона до тех пор, пока из состояния оцепенения её не выводит подошедшая с салатом официантка. — Кошерный салат Цезарь с курицей, — ставит она фарфоровую тарелку перед новым депутатом, — Приятного аппетита, — улыбается блондинка, собираясь уходить. — Миколь, будь добра счёт, — достаточно быстро бросает Эни, прочитав имя работницы на бейджике. — Хорошо, сейчас принесу, — кивает та, а после уточняет, кидая взгляд изумрудных глаз то на девушку, то на парня, — У вас счёт совместный или раздельный? Мейцер лихорадочно смотрит на коллегу, неуверенно произнося: — Разде.. — Совместный, — строго перебивает её Идан, пристально глядя на блондинку. — Ммм, поняла, сейчас принесу счёт, — улыбается та, а после удаляется за столик для официантов. Как только девушка ушла, голубоглазый перевёл взгляд на новую коллегу, что всё это время внимательно вслушивалась и изучала его. — Скажешь, сколько с меня? — просит Эни, доставая из небольшой белой сумочки кошелёк. — Я заплачу, — констатирует депутат. — Это не свидание, — подмечает девушка, настаивая на своём. — Считай, что свидание, — без всякого напряжения отвечает парень, ожидая подходящую с терминалом Миколь, чтобы расплатиться за обед и покинуть заведение. — Ты меня не приглашал, — противится брюнетка, но тот, будто вовсе не слышит её, игнорирует и расплачивается сам. — К Мейрав подойди обязательно, — говорит депутат, вставая из-за стола.   ***   Эни поднимается по изогнутой лестнице штаба Еш Атид на второй этаж, к себе в офис. Обессиленная упрёками Лапида, она натягивает улыбку на лицо, а после приоткрывает дверь в офис, где о чём-то переговариваются Идан и Мейрав. — О, Эни, тебя Лапид искал, — вместо приветствия слышит девушка от гвирти Коэн. — Так я же только от него, — с недовольствием отвечает она. Буквально пару минут назад она, беспомощная, стояла в кабинете у «грозы Кнессета», слушая очередные недовольствия по поводу работы депутатов в Кнессете. — Ты пойдёшь к нему, передай вот эту папку, — парень протягивает ей довольно толстую синюю папку, в которой, по-видимому, лежат отчёты о проделанной работе. — Там на первой страничке ещё заявление, которое тебе нужно будет заполнить и занести мне. Забрав папку из рук мужчины, девушка вышла из помещения, собираясь спускаться вниз. Но перед этим она открыла папку, чтобы забрать заявление, которое ей нужно будет отнести Идану. Но только на этом листе не было ни малейшего намёка на заявление, а рядышком аккуратно расположилась чёрная гелевая ручка. «Позволишь с тобой куда-нибудь сходить?) Несомненно, я жду от тебя «да», только место предлагаешь ты. Но от себя могу сказать: хочу, чтобы ты немножечко посвятила меня в иудаизм (но это на твоё усмотрение в любом случае!) За финансы не беспокойся. Жду ответа в течение сегодняшнего дня.

Идан Ролль»

  Взяв ручку, Эни судорожно начинает писать ответ. Одна мысль перебивает другую. «Согласиться? Отказать? Куда предложить сходить? Зачем он просит? Для чего ему это всё? Почему иудаизм? Почему он не сказал мне об этом прямо? Почему пишет тайную записку, выдавая её за заявление? Причастна ли к этому Мейрав, раз он не сказал мне это прямо в офисе?» В итоге, кое-как написав почерком «Завтра в 9:00 Шахарит. Встречаемся в 8:40 у Большой синагоги. Прошу не опаздывать», девушка свернула бумажку, а после убрала в карман пиджака и направилась к Яиру.   ***   — Яир тебя в первый же день загонял, да? — слышит Эни бархатный голос позади себя. Обернувшись, девушка увидела перед собой светловолосую женщину лет пятидесяти. Выразительные тёмно-зелёные глаза внимательно изучали новенькую. — Да уж, — с некой тоской соглашается брюнетка, — Простите, но я не знаю, как… — Я Орна Барбивай, — перебивает её женщина, догадавшись, что мисс Мэйцер имела ввиду, а после по-доброму улыбается. — Очень приятно, я Эни Мэйцер, — слегка смущается молодая девчонка. Орна усмехнулась. — Я помню. Новенькая коллега в ответ приподнимает уголки губ, создавая лёгкую улыбку. — Я поговорю с Лапидом, чтобы он был к тебе помягче, — говорит миссис Барбивай. — Благодарю. — Если что, можешь обращаться ко мне за помощью или советом, — предлагает та, снова улыбнувшись. — Обязательно, — кивает Эни, ухмыльнувшись. — Кстати, я слышала, что вместо Авигдора Либермана с тобой будет работать Константин Развозов, — сообщает женщина, — Знаешь его? — Слышала, но лично не знакома, — признаётся девушка. — Надо срочно исправлять, — констатирует Орна, а после берёт коллегу под руку и ведёт на третий этаж в офис к Развозову. — Он, кстати, тоже в России родился. В Биробиджане.   ***   24 августа, четверг. Эни в очередной раз проснулась раньше будильника. На часах 7 часов 15 минут. «Благодарю Вс-вышнего за возвращение моей души в тело, отошедшее ото сна. Амен. Душ, завтрак, сборы, синагога. Сегодня будут читать Тору» Девушка, будучи ортодоксальной иудейкой, старалась не пропускать дни, когда читают недельную главу из Писания, а это понедельник, четверг и суббота. А сегодня в синагогу она идёт не одна. Открыв кран, Эни настраивает себе тёплую воду. Спустя несколько мгновений вода идеальной температуры мощным напором орошает густые волнистые волосы каштанового цвета. Затем по обнажённому телу скатываются тоненькие струйки воды, стекающие с намокших волос. Девушка протягивает руки к ароматному питательному шампуню Macadamia, наливает небольшое количество средства в ладошку и вспенивает его, а получившуюся густую пену массирующими движениями наносит на корни. На основную длину девушка плавно наносит питательную маску Macadamia с маслом арганы, которая придаёт волосам естественный блеск и эластичность. Смыв шампунь и маску, Эни выдавливает на руки кондиционер интенсивного действия также марки Macadamia, равномерно распределяет его по длине волос, добавляя чуть больше средства на кончики, чтобы избежать сильного сечения. А после того, как кондиционер смыт, девушка прыскает на волосы специальный восстанавливающий уход с маслом арганы, маслом макадамии и витамином Е. Выключив кран, гвирти обернула вокруг себя белое махровое полотенце, а после вышла из душевой кабинки. Дальше по плану чистка зубов и SPA-процедуры. Сначала она умывает кожу с использованием осветляющего геля для умывания GIGI Ester C, затем, промокнув нежную кожу одноразовой салфеткой для лица, протирает кожу тонизирующим лосьоном GIGI, наносит крем-сыворотку на скулы, лоб, Т-зону, мягко массирует кожу, чтобы средство впиталось, и в заключительный этап наносит солнцезащитный крем SPF-30.   07:52 Эни заваривает себе ванильный латте на завтрак. В принципе, в последнее время её завтрак составляет лишь кофе без сахара. Обедает она в кошерных ресторанах при синагоге, поскольку еда там приходится ей по душе больше. Когда девушка попивает горячий кофе, на её телефон приходит сообщение. Разблокировав его, Эни видит сообщение от Идана.   «Идан» 7:56 Доброе утро =) За тобой заехать?   Недолго думая, девушка набирает сообщение   «Эни» 7:57 Доброе утро, можешь заехать, если хочешь. Адрес: Руфус Даниель Изакус Ридинг, 46 Напиши, как подъедешь =)   Ответ пришёл незамедлительно.   «Идан» 7:57 Без проблем.   ***   8:35 — Потрясающе выглядишь, — делает комплимент Идан. И действительно, на ней сегодня длинное бежевое платье свободного кроя, которое несильно, но подчёркивает талию, чтобы не слишком акцентировать на ней внимание. Юбка сшита таким образом, что ветер эстетично развивает её. Воротник-поло на фигурной горловине со вставкой и рукава буфы придают девушке элегантности, как и небрежная коса свободного плетения. А мужчина, в свою очередь, напялил кипу, которую, по-видимому, надевал последний раз ну ооочень давно, и классический чёрный брючный костюм, а под него белую рубашку. Девушка хихикнула. — Спасибо. — Садись, — открывая переднюю дверь своего автомобиля, приглашает её парень. Как только парень с девушкой двинулись, русоволосый поинтересовался: — Как спалось? — Вполне нормально, — улыбается брюнетка. — А тебе? — Тоже неплохо. Отдохнул, как говорится, от работы. Эни судорожно выдохнула. —  Расслабься, — тихо молвит юрист. Девушка выгибает бровь, поворачивая голову налево, к мужчине. — Ты очень напряжена, — объясняет тот, бросив мимолётный взгляд на коллегу. Мейцер согласно кивает. — Кстати, тебе Лапид сказал уже? — меняет тему голубоглазый. — О чём? — равнодушно цедит дипломат. — Авигдор Либерман, с которым ты должна была работать, уехал в Турцию, — вещает мужчина, — поэтому с тобой будет работать Константин Развозов. Это мне Лапид вчера вечером сказал, просил тебе передать, — заканчивает свою речь Идан. — Нет.. — замялась Эни, — то есть да.. — исправилась она в миг, — мне Орна Барбивай вчера сказала. — О да, Орна – mummy нашей партии, — усмехнулся молодой человек, — Дай угадаю, с Константином и она тебя познакомила? — заранее зная ответ, спрашивает он. — Да, — сухо бросает брюнетка. Остановившись на светофоре, Идан поворачивает голову к девушке. — С тобой всё нормально? — в его голосе слышится волнение. — Абсолютно, — безэмоционально выпаливает та. — Посмотри на меня, — приказывает парень. Эни резко разворачивается к юристу, прожигая его укоризненным взглядом. — Всё в порядке? — вновь уточняет депутат. — Всё в порядке, — безразлично произносит гвирти. Идан приподнимает голову девушки за подбородок, пристально глядя в светло-карие глаза. — Ты со всеми девушками так себя ведёшь? — резко говорит девушка. — Прости, — горячо шепчет депутат, отпуская голову коллеги обратно. Эни отстёгивает ремень и, пока не загорелся зелёный, стремительно выбегает из автомобиля, захлопнув за собой дверь. — Ты куда? — единственное, что слышит она, выходя их машины. Телефон вдруг завибрировал. Это звонок от Идана, но брюнетка решила сбросить, не желая сейчас ни с кем разговаривать, особенно о работе. Тут же пришло сообщение.   «Идан» 8:47 Я тебя обидел?   Прочитано. Но не отвечено.   «Идан» 8:47 Я же вижу, что ты читаешь   Прочитано. Вновь оставлено без ответа.   «Идан» 8:48 Пойдём на Шахарит? Сегодня Тору будут читать.   «Тора. Испорченное в одно мгновение настроение не должно отражаться на молитве и вере», — подумала Эни. А после начала печатать ответ.   «Эни» 8:49 Ладно, пойдём. Сейчас вернусь   «Идан» 8:49 Скажи, где ты, и я подъеду. «Идан» 8:49 Можно тебе позвонить?   «Не нужно срывать на людях свой неудачный день. Тем более, на посторонних», — отчитала своё поведение девушка.   «Эни» 8:49 Можно =)   ***   — Прости меня, я не хотел тебя обидеть, — с большим сожалением молвит Идан. — Это я виновата, — с грустью признаётся девушка. — Я сорвалась на тебе, хоть и не должна была это делать.. — Ты – создание более совершенное, чем я, — пересказывает мужчина слова из Торы, — Вина на мне. — Я просто не хотела говорить о работе. И о Лапиде.. — девушка поникла. — До такой степени он тебе не нравится? — продолжает допрашивать юрист. — Идан!! — вскрикивает Эни. — Ладно-ладно, всё, — ухмыляется тот. — Приехали.   Большое здание синагоги, основой которому стал европейский стиль, совмещает в себе еврейскую традицию и европейский менталитет. Это строгие фасады, полукруглые белокаменные арки, особенно популярные в Европе, и большой купол, как у иерусалимской синагоги, имеющей название Хурва.   Стоит отметить, что и главный фасад здания украшен барельефом с изображением той самой синагоги. Витражи внутри синагоги, под куполом, демонстирируют копии синагог разных стран, уничтоженных в результате Холокоста.   Внутри синагоги абсолютная тишина. Отчётливо слышно каждый шорох, каждый вздох, каждое словечко, сказанное даже самым тихим шёпотом. Виной этому служит великолепная акустика. Синагога настолько большая, что способна вместить в себя 1100 человек. В XX веке здесь можно было увидеть пол-Тель-Авива, а сейчас вряд ли соберётся и миньян. Сегодня собрался. — Страница 25, Барайта, — громко объявляет хазан. И начинается утренняя молитва.