Неуклюжий

Антон не был неуклюжим человеком. По крайней мере, так он думал о себе. Но люди вокруг него придерживались другого мнения. К сожалению, кажется, жизнь так и хотела показать парню, что он ошибается в своих суждениях, как например сейчас. Утро вторника, конец весны и солнечная погода. Всё вроде хорошо, но как бы не так. Шастун, как обычно идёт в школу широкими шагами по раскаленному асфальту, жмурясь под солнцем от удовольствия. Конечно, у него сегодня хорошее настроение, ведь Арсений наконец то позвал его на свидание. Спустя столько времени безответной влюблённости парня, мужчина наконец то ответил ему взаимностью. С самого утра Антон был в нетерпении. Казалось, что сегодня точно будет лучший день в его жизни. Парень полез в карман джинсов, чтобы перелистнуть унылую песню из его плейлиста, ведь сегодня она была совершенно не в тему. Пиздострадания подождут. Шастун, не останавливаясь, перелистнул песню и засмотревшись на экран, запутался в своих же ногах. Мысок кроссовка цепляется за пятку другой ноги. Руки, как по команде, отпускают телефон, вытягиваются, пытаясь предостеречь лицо от падения прямиком на землю. Миг, и он на земле. Лицо в нескольких сантиметрах от неизбежного. Антон в шоке. медленно приподнимает одну из рук. Так и стоят на четвереньках. Вся ладонь одна сплошная царапина. По запястью стекает струйка крови. — Блять, -вырывается ругательство сквозь сильно стиснутые от боли зубы. Медленно поднимаясь с колен, Антон начинает чувствовать жуткую боль и в них. Опуская глаза вниз, парень видит держащуюся на добром слове ткань и кровь, что медленно её пропитывает. Антон благодарит Бога, за то, что решил сегодня надеть именно чёрные джинсы. На вскидку можно сказать, что ноги пострадали немного больше. Шастун поднимает телефон и наушники, что вылетели вместе с ним при падении. Удивительно, что в отличие от его владельца, гаджет остался в полном порядке, не единой царапинки. Идти домой точно не вариант. Во-первых, мать волновать не хочется, а во вторых Антон так долго ждал этого дня, что это падение уж точно не сможет порушить его планы. Выбор однозначен. Антон входит в класс одним из первых, ещё до прихода учителя, и сразу садится за одну из последних парт. До урока ещё где-то несколько минут, и все, кто толпился в коридоре компашками, начинают постепенно подтягиваться обратно в класс. Последним заходит сам учитель и прикрывает за собой дверь. — Доброе утро, Арсений Сергеевич! — Поприветствовала, учителя львиная доля класса. — Вам того же! Так, ребят, сегодня у нас сложное занятие, так что давайте не будем тянуть, сами знаете что и начнём. Сегодня у нас… — Примерно на этом моменте Шастун и отключился от монолога учителя, увязнув в своих размышлениях. Главным субъектом его мыслей сейчас, помимо предстоящего свидания, теперь был его вид, вернее его повреждения. Непонятно было, что можно предпринять. Аптека — не вариант. Учеников перестали выпускать из корпуса школы ещё в прошлом году. Медсестра, как по устоявшийся классике, никогда не бывает на своём рабочем месте. Так что этот вариант тоже отпадал. Другого ничего на ум не приходило. За подобными размышлениями и прошёл весь урок. Звонок зазвенел неожиданно, и вырвал парня из тяжёлых размышлений. Шастун поднял глаза от парты, в которую смотрел всё это время, и встретился глазами с учителем. У Антона перехватило дыхание. Он всё время думал о том, как он будет выглядеть на их свидании, но забыл подумать о том, как мужчина вообще на всё это отреагирует. Глаза Арсения сузились и очень выразительно указали на первую парту и учительский стол. Ученики толпой вывалились из кабинета. Лишь несколько человек задержалось в дверях, но всё равно достаточно быстро вышли. Арсений Сергеевич подошёл к двери и закрыл дверь на замок. — Садись. Надо обсудить кое-что, — Антон, пряча руки за спину, сёл за первую парту. Старший мужчина же подошёл поближе, и наклонился над Антоном, уперевшись руками в его парту. — Шастун, что с тобой на уроке случилось? Совсем ничего не слушал, витал где-то всё время, — Арсений навис над учеником ещё сильнее и впился в него испытывающим взглядом. Антон стушевался, сжимаясь ещё сильнее. — Да всё в порядке, Ничего важного, — Антон не уследил, как рука от смущения сама потянулась к голове, но это точно не ускользнуло от внимания учителя. — Антон, дай руки сюда, быстро! — Жёстким голосом приказал учитель. У Шастуна даже и в мыслях не было не подчиниться этому властному тону. Антон протянул руки, положив руки ладонями вверх на парту. Он стыдливо опустил глаза. — Тош, посмотри на меня, — Тон Арсения сменился на мягкий, утешающий. Парень нерешительно поднял взгляд, сначала на свои руки, а потом и на лицо мужчины. Как ты так умудрился, кот? И чего сразу не пошёл домой, Заразу ведь занести можешь или ещё чего похуже. Придётся сейчас обрабатывать, — Антон всё не находил слов, чтобы ответить и просто пялился на обеспокоенное лицо. — Погоди одну секунду, у меня в каком то шкафу точно была аптечка. Обработаем тебе всё, — Старший мужчина пошёл к шкафам и начал там усердно рыться. Среди забытых учебников, на одной из полок, как и ожидалось, лежала небольшая коробочка с медикаментами. Арсений открыл её на столе и вытащил перекись водорода и бинты. При виде этого Антона передёрнуло. В голове пронеслись воспоминания из детства, как мама лечила, обрабатывая ему коленки после прогулок во дворе. Арсений, заметив это, успокаивающе положил ладонь на руку ученика. — Да не бойся, это не больно будет. Хочешь, я могу даже на ранку подуть? — Шастун нерешительно кивнул. Как то немного стыдно стало. Вроде взрослый парень, а такой фигни боится. Арсений в последний раз успокаивающе сжал руку Антона и приступил к делу. Подложив салфетку, он начал аккуратно поливать ранку, слегка дуя на жгущую область. Шастун только что жмурился, да тихо шипел себе под нос. Так неприятно, как в детстве, конечно, не было, но всё же. — Вот и всё, вроде, — Доносится до Антона бормотание. — Антош. где-то ещё болит? — Приоткрыв глаза, Антон видит на себе внимательно изучающий его взгляд учителя. — Колени, — Почему-то не получается громче шёпота. Попов внимательно оценивает ситуацию, после чего выдаёт. — Тош, придётся джинсы снять, они до коленок не подвернутся, — Антон всё так же тихо сидит, только нервно кивает. В голове вроде куча мыслей, хочется и оправдаться, и попросить прощение за неудобство, и поплакаться, а из рта ни слова не выходит. Шастун расстегивает пуговицу и ширинку, слегка приподнимается со стула и неуклюже стягивает джинсы до щиколоток. Сцена сразу становится будто ещё более неловкой, по крайней мере, для него уж точно. Арсений принимается за работу уже наметанной рукой, поэтому работа идёт в несколько раз быстрее. Антон даже и глазом не успевает моргнуть, когда его хлопают по наружней стороне бедра, вырывая из прострации. — Готово. А ты молодец, хорошо справился. В следующий раз шоколадку принесу за смелость, — Прозвучали слова с нежной издёвкой. Если бы они были от кого-то другого, Шастун, наверно, даже обиделся бы, но тут, без вариантов. Антон впервые за всё это время произносит цельное предложение. — Ловлю на слове, — Из-за долгого молчания голос кажется немного охрипшим и низким. Учитель встаёт с корточек и садится за свой учительский стол, подзывая пальцем Шастуна. Антон медленно встаёт, как бы пробуя боль в ногах, и подходит к Попову, практически вплотную. С этого ракурса, как ни странно, Арсений, по мнению Антона, выглядит ещё красивее, чем обычно. Или это просто потому, что он видит его так близко впервые? Антон замечает протянутые к верху ладони, ожидающий чего-то. Он в непонимании склоняет голову на бок и встречается глазами с учителем, задавая безмолвный вопрос. Арсений, не отводя взгляда, кивает сначала на руки Антона, а потом на свои. Парень неуверенно тянет свои руки к рукам напротив и кладёт их поверх. Руки под ним аккуратно сжимают его собственные. Взгляды снова встречаются. — Антош. в следующий раз, подходит сразу ко мне. Я, правда, волновался на уроке, — Синие глаза внимательно всматриваются в зелёные, ища там успокоения. Антону почему-то становится стыдно, а глаза немного слезятся. — Хорошо. в следующий раз обязательно приду сразу к Вам, — Антон нервно вдыхает воздух, а слезы так и норовят закапать из глаз. — З-значит. сегодня мы никуда не пойдём? — Получается как то ещё более нервно и по детски, чем Антон предполагал. От себя становится как то тошно. Парень нерешительно поднимает взгляд и видит напротив себя лицо, полное чистого удивления. — Тош, ты чего из-за этого так сильно переживал? — Голос так же полон недоумения. Антон нерешительно кивает. Арсений внезапно сжимает крепче их руки и притягивает Шастуна к себе, утыкаться головой ему в живот. Глухой смех доходит до ушей Антона. — Господи, за что мне такое чудо досталось?