Игры богов

POV Эма Сано  Я нервно ходила по комнате, не в силах сидеть на месте. Услышав, что случилось на бою, я не могла успокоиться. Слышала, как битва разгоралась, и хотя Майки был спасён, всё равно что-то тревожит. Интуиция подсказывала, что не всё так просто.  Мико? Что она там делала? Почему она была на этом бою? В голове всё путалось, но я не могла оставаться на месте. Если кто-то может быть в беде, то я обязана помочь. — Я должна её найти… — тихо пробормотала она себе под нос, поспешно подхватывая сумку. Небо уже темнело, когда  выбежала на улицу, мои мысли были заняты только одним: где Мико и что с ней происходит. Я в отчаянии продолжала обыскивать улицы. Но уже прошла все возможные места, где могла бы найти Мико, но не увидела и следа. Парк был последним местом, где она могла быть. Когда подошла к лавочке, увидела Кадзутору — сидящего с поникшей головой. Его лицо было бледным, а взгляд потерянным. Он не выглядел как обычно.  — Кадзуторо? — мой голос был немного дрожащим. — Где Мико-чан? Он поднял глаза на меня и я заметила, как в его взгляде мелькнуло что-то странное — смесь боли и сожаления. — Мико… она здесь. Она ушла… — ответил он, глухо, будто что-то скрывал. — Но… она не в лучшем состоянии. Я не могу её найти. Я нахмурилась, подходя ближе, и заметила, как его рука бессильно свисает. Снова взглянув на него, поняла, что что-то не так. Кадзуторо явно не мог двигаться или действовать, как обычно. — Где она, Кадзуторо? Что случилось? — настаивала, моё сердце забилось быстрее. Мгновенно я почувствовала холодный страх, который пробежал по телу, когда услышала стон и глухой звук падения. В груди мгновенно сжалось от тревоги, и не раздумывая, я бросилась в сторону звука. Когда я добежала, мой взгляд сразу упал на Мико-чан, лежащую на земле. Кровь хлестала из её раны, изо всех сил она пыталась не терять сознание. Каждое дыхание Мико-чан было тяжёлым, её лицо было бледным, а глаза закрыты, словно она уже была на грани. — Мико-чан! — голос сорвался, и я подбежала, падая на колени рядом с ней. Быстро осмотрела её, понимая, что времени на раздумья нет. Кровь была везде, она заливала землю вокруг. Это была тяжёлая рана, и я знала, что если не помогу сейчас, то всё может закончиться очень плохо. — Держись, Мико-чан! — пыталась быть спокойной, но в голосе всё равно звучала паника. Тут же я схватила аптечку, которая лежала рядом с её телом, пытаясь остановить кровотечение. Мико-чан слабо вздохнула и еле открыла глаза. «Эмма?» — её губы едва произнесли это слово. — Всё будет хорошо, Мико. Я тебя спасу. Не переживай. Ты же не хочешь оставить нас, верно? — торопливо пыталась перебинтовать рану, но руки дрожали от страха. Я взглянула на Мико-чан, пытаясь её поддержать, но её тело было слишком слабым, чтобы держаться. Кажется, она едва могла держаться в сознании. — Ты не одна, я здесь… — продолжала работать, в то время как моё сердце билось всё быстрее. Я не знала, что делать. Мои мысли метались, а сердце било в груди с такой силой, что казалось, я могу его услышать. Звать на помощь Майки или Дракена — это было опасно. Они же считали её врагом. Но если я не помогу ей, если она умрёт, как я буду жить с этим? Я уже собиралась снова перевязать рану, когда в этот момент рядом с нами появился Кадзутора. Он буквально упал на колени перед Мико, его глаза были полны слёз и вины. — Прости меня, Мико-чан, — его голос был дрожащим, полным сожаления. — Я не хотел… я не знал, что всё закончится так. Прости меня… Его слова звучали искренне, но мне было трудно понять, что я должна делать. Он ведь был тем, кто чуть не убил её. Но он не был злым человеком, просто… просто слишком много всего навалилось. И вот сейчас он стоял перед ней, раскаиваясь. Я подглядывала на его лицо, и на какое-то мгновение почувствовала, как тревога немного отступает. Он действительно переживал. Но что мне теперь делать с этим? Я не могла позволить себе медлить. Нужно было действовать. Мико не могла больше ждать. — Ты должен помочь мне, — сказала я Кадзуторе, прерывая его извинения. — Тебе не нужно просить прощения, тебе нужно спасать её. Ты же не хочешь, чтобы она умерла, правда? Я пыталась не показывать своих сомнений, но в глубине души мне было страшно. Мы не могли позволить ей уйти. Когда мы с трудом поднимали её, она вдруг простонала и с трудом открыла глаза. Слабый свет, пробивающийся через листву, немного осветил её лицо, и я увидела, как её глаза, затуманенные болью, начали фокусироваться на нас. — Мико-чан… — её голос был еле слышен, и мне стало ещё страшнее. Я почувствовала, как сердце сжалось от этого слабого звука. Кадзутора, который был рядом, сразу схватил её руку, глаза полные беспокойства. — Ты жива… Ты в порядке? — его голос звучал неуверенно, почти в отчаянии. Он не знал, что делать, но пытался удержать её, как только мог. Мико тихо пыталась сесть, но сразу же охнула от боли. Её тело было ослаблено, и она всё равно пыталась продолжать бороться. — Я… не хочу умирать… — её слова были слишком тихи, и я не была уверена, что она вообще осознавала, что происходит. Я смотрела на неё и понимала, что нам нужно срочно действовать, иначе мы потеряем её. Я пыталась удержать её в сознании, когда Кадзутора, всё ещё с переполняющим чувством вины, осторожно приподнимал её, надеясь хоть как-то помочь. — Мы не дадим тебе умереть, Мико. Ты сильная, ты выживешь, — сказал он, пытаясь вернуть её в реальность, несмотря на собственные переживания. Я знала, что нужно действовать быстро. Конец POV Эма Сано  Я пришла в себя от боли, не в силах сразу понять, где нахожусь. Всё тело было в огне, каждый вдох давался с трудом. Кто-то поднял меня, но я едва могла удержаться на ногах. Открыв глаза, я увидела перед собой Эму, лицо которой было переполнено беспокойством, и рыдающего Кадзтору, его лицо искажалось от вины и страха. — Мико-чан… — прошептал он, и я почувствовала, как его рука, сжимавшая мою, стала ещё более нервной, как будто он боялся, что я снова исчезну. Эма пыталась меня поддержать, её глаза тоже были полны тревоги. — Ты в порядке? — её голос был мягким, но в нём была нотка беспокойства. Я кивнула, но почувствовала, как голова закружилась. — Всё будет хорошо, — прошептала я, хотя сама не была уверена в этом. Кадзутора продолжал тихо всхлипывать, его чувства, как никогда, были на поверхности. Он явно переживал то, что произошло, и я чувствовала, как тяжело ему это давалось. — Простите меня, Мико-чан… — его голос звучал искренне, как будто он на самом деле не знал, как справиться с тем, что случилось. — Я… не хотел. Я… не знал, что делать… Всё пошло не так. Я попыталась улыбнуться, хотя боли было слишком много. — Ты… не виноват. Всё нормально, Кадзутора… Всё… всё будет хорошо, — я говорила это, потому что сама хотела в это верить. — Положите меня на землю. Через пару минут мне станет легче. Может у кого от есть что-то сладкое? Нужно восстановить кровушку. Они посмотрели друг на друга, и я заметила, как лица Эмы и Кадзутора затуманились от беспокойства, но они послушались. Эма аккуратно опустила меня на землю, поддерживая мою голову, чтобы мне было комфортно. — Я сейчас, — сказала Эма и быстро побежала к ближайшему магазину, оставив нас с Кадзуторой. Он не отходил от меня, его руки нервно теребили края одежды. — Ты уверена, что с тобой всё будет в порядке? — его голос был полон тревоги, и я знала, что он переживает. Я кивнула, пытаясь показать, что справлюсь. — Я просто не могу позволить себе слабеть. Но… если есть что-то сладкое, то я бы не отказалась, — попыталась пошутить я, чтобы разрядить обстановку. Через несколько минут Эма вернулась с шоколадками и бутылкой сока. Она передала мне один из батончиков и аккуратно положила в руки. — Это поможет, — сказала она, хотя сама выглядела не менее усталой, чем я. Я взяла шоколад и пару раз пожевала, чувствуя, как сила постепенно возвращается. Кадзутора всё ещё стоял рядом, не отрывая взгляда, но теперь его лицо немного смягчилось. — Спасибо… — сказала я, чуть улыбнувшись. Эма села рядом со мной и посмотрела в глаза, её выражение было серьёзным, но полным уверенности. — Я знаю, что говорят о тебе, — начала она, её голос был твёрдым. — Говорят, что ты враг, что ты — одна из них, что ты предала всех. Но я не верю этим словам. Я знаю, кто ты на самом деле, и буду стоять на твоей стороне, несмотря на все слухи и сплетни. Я не могла не почувствовать облегчение от её слов, несмотря на всю боль. Эти слова действительно значили многое для меня, особенно в такой момент. — Спасибо, Эма… — тихо ответила я, чувствуя, как внутри начинает расти чувство благодарности и привязанности. Кадзутора, стоявший рядом, слабо кивнул, но его взгляд всё ещё был обеспокоенным. — Ты не одна, Мико-чан. Мы все здесь, — добавил он тихо, словно не знал, что ещё сказать, но хотел хоть как-то поддержать меня. Я попыталась сесть прямо, хоть тело и сопротивлялось, но хотелось быть сильной, показать, что я справлюсь. Эма и Кадзутора настороженно прислушались, они оба смотрели на меня с настоятельным ожиданием. — Я знаю, что вы обо мне думаете, — начала я, заставляя себя говорить, несмотря на усталость и боль. — И, наверное, мои действия иногда казались странными, или даже жестокими. Но я никогда не хотела причинить боль ни одному из вас. Я замолчала на мгновение, пытаясь собраться с мыслями, чтобы правильно объяснить всё. — Всё, что я делала, было не для того, чтобы вредить. Я просто… не могла позволить, чтобы всё это повторилось. Я не могла просто смотреть, как люди, которых я люблю, погибают из-за того, что я не вмешалась. Я хотела изменить будущее. Спасти вас, всех вас, — объясняла я, чувствуя, как слова тяжело выходят, но я знала, что должна сказать это. Эма немного наклонила голову в сторону, её взгляд был мягким. — Я понимаю, Мико-чан. Я… верю тебе, — тихо сказала она. — Но ты должна понять, что твои действия тоже могут иметь последствия, иногда даже непредсказуемые. Кадзутора вздохнул, его лицо было серьёзным, но видно было, что он тоже пытается понять. — Всё не так просто, да. Но если ты действительно хочешь изменить будущее, ты не можешь просто забрать всех на свой путь. Нужно действовать так, чтобы никто не пострадал, — сказал он, слегка понизив голос, как будто хотел убедить себя тоже. Я посмотрела на них обоих, зная, что они правы. Я не могла просто продолжать действовать в одиночку. Нужно было думать о последствиях. — Я буду делать всё, чтобы избежать ошибок, — сказала я твёрдо, несмотря на свою слабость. — Но мне нужно, чтобы вы верили в меня и помогли. Они молча кивнули. Я посмотрела на них, зная, что это будет непросто, но если мы хотим двигаться дальше, нужно начать с первого шага. — Кадзутора, — сказала я с мягким, но твёрдым тоном. — Ты должен попросить прощение у Майки. Всё, что произошло, — это не твоя вина, но ты должен ему объяснить, что это было недоразумение. Майки… он очень много пережил, и если ты не сможешь поговорить с ним, будет только хуже. Кадзутора вздохнул, его лицо выражало беспокойство и сожаление, но он кивнул, понимая, что это — правильный шаг. — Я… сделаю это. Я должен это сделать. — Его голос звучал решительно, и, несмотря на всю его боль, я знала, что он справится. Затем я обратилась к Эме: — Эма, ты поговоришь с ним первым. Я знаю, что ты понимаешь, как сложна эта ситуация. Пожалуйста, объясни ему, что произошло и что всё было намного сложнее, чем кажется. Эма кивнула, её взгляд был спокойным и сосредоточенным. Она всегда была мудрее и терпеливее, чем я. — Я поговорю с ним. Но ты должна пообещать мне, что будешь держаться подальше от всех этих битв, Мико-чан. Ты не можешь больше рисковать своей жизнью ради чего-то, что ты можешь изменить другим способом. Я молча кивнула. Мы все знали, что нам предстоит пройти через много трудностей, но если мы будем действовать вместе, всё будет возможно. — Так, а теперь давайте по домам. Очень поздно уже. А я родители целый месяц не видела.  Все кивнули, и я почувствовала, как облегчение медленно накрывает меня. Да, я давно не была дома. Мой брат, родители… Я всё время была поглощена тем, чтобы спасти Майки и справиться с ситуацией. Нужно было вернуться. — Ты права, — сказала Эма, слегка улыбнувшись. — Нам действительно нужно отдохнуть и вернуться домой. Ты будешь в порядке, правда? Я кивнула, стараясь скрыть усталость, которая накапливалась за эти несколько дней. — Да, всё будет нормально. Спасибо, что всё это время поддерживали меня. Кадзутора, кажется, наконец-то пришёл в себя. Он несколько раз вытер глаза, а потом тихо сказал: — Я… я пойду с вами. Хочу убедиться, что ты в порядке, Мико-чан. — Не переживай. Я не собираюсь исчезать, — я пыталась улыбнуться, чтобы успокоить его, но внутри всё было сложно. Мы все должны были ещё многое пережить. Системное уведомление Поднятие симпатии: +15 Эма {Она действительно не так плоха, как все говорят…} Системное уведомление Поднятие симпатии: +20 Кадзутора Ханемия {Кто-то действительно смог положиться на меня….Я оправдаю это доверие. Она дала мне шанс на новую жизнью } Перед тем как попрощаться с Эмой и Кадзуторой, я остановилась и посмотрела на Кадзутору. Его глаза встретились с моими, полные тревоги. — Кадзутора, я хочу, чтобы ты освободил Баджи, — сказала я тихо, но решительно. — Я оставила его связанным в заброшке. Я скину тебе адрес. Неважно, что между вами, я не могу его просто оставить там. Кадзутора замер на мгновение, его взгляд стал напряжённым, но, к моему удивлению, он не отказался. Он кивнул, молча доставая телефон и ожидая, пока я отправлю ему координаты. — Я сделаю это, — сказал он, и его голос был полон решимости. — Но будь осторожна. Я кивнула в ответ, а затем, почувствовав тяжесть в груди, направилась к выходу, оставив их позади. Когда я вошла в дом, атмосфера сразу изменилась. Мама и папа сидели на диване, а их лица были наполнены тревогой и облегчением. Мама буквально бросилась ко мне, обнимая, прижимая так, как будто я исчезла навсегда. — Где ты была? Мы так переживали! — её голос дрожал от волнения. — Ты пропала на целый месяц, мы не знали, что с тобой… Мы думали, что ты… Я чувствовала, как её слова обжигают. В груди сжалось. Я не могла сказать им правду, что провела этот месяц в коме. Что мне приходилось бороться за свою жизнь и что я стояла на грани. Вместо этого я просто постаралась успокоить её. — Всё хорошо, мам, я в порядке, — сказала я, несмотря на внутреннюю боль. — Просто были некоторые обстоятельства, я немного потерялась. Но теперь всё нормально, я дома. Брат, стоящий рядом, смотрел на меня с немалым раздражением. Он всегда был за меня, но сегодня его взгляд был тяжёлым, и я знала, что он хотел сказать мне нечто важное. — Ты не могла хотя бы предупредить, что уезжаешь? — его голос был строгим, но в нём было и беспокойство. — Мы всё это время волновались, что с тобой что-то случилось. Я кивнула, стараясь избегать его взгляда. Знала, что ему нужно время, чтобы простить меня. — Я знаю, прости меня, брат. Я не хотела, чтобы так получилось. В это время мама снова меня обняла, не давая мне возможности объяснить больше. Я обняла её в ответ, чувствуя, как в груди сжимается всё от напряжения. Я по-настоящему соскучилась по дому, но теперь мне нужно было оправдаться и найти способ быть честной с теми, кто меня любил, несмотря на то, что я не могла рассказать им всего. Пока я стояла в обнимку с мамой, папа тихо подошёл и положил руку мне на плечо. — Ты же знаешь, что мы переживали. Но ты с нами, и это главное. Я кивнула и на мгновение почувствовала, как мир вокруг меня становится немного спокойней. Но внутри было понимание, что мне предстоит сложный разговор с ними позже. Я снова дома, но что будет дальше?