For Love of Magic (Из Любви к Магии)

  Остаток учебного года с тех пор прошёл без особых событий. Гарри продолжал урывками посещать уроки Заклинаний и Трансфигурации, в порядке, который никто не мог понять, но Флитвик и МакГонагалл не могли отрицать, что он намного опережает своих сверстников, поэтому сильно не протестовали.   Люпин сохранял странное равновесие между желанием снова подойти к нему и держаться подальше, всё время утопая в жалости к себе. Честно говоря, Гарри не видел ничего от того умного оборотня, о котором Сириус иногда рассказывал в своих письмах. Профессор Люпин имел больше общего со стариком, ожидающим смерти. Возможно, новость о том, что Сириус не был предателем, могла бы помочь, но раскрывать такой опасный секрет, дабы кому-то стало легче на душе, было просто глупо.   Снейп продолжал вести себя как можно более противно из-за того, что, по его мнению, Поттеровское отродье получало особое отношение, но его одиозность к этому времени стала чем-то вроде неприметного фона на уроках Зельеварения и не вызывала у Гарри особой реакции. Он постоянно снимал баллы, время от времени разглагольствовал и беспрестанно огрызался, но Гарри просто не настолько заботило личное мнение Снейпа о нём, чтобы принимать всё это близко к сердцу. Он получал то, что хотел, а приступы гнева Мастера Зелий значили ровным счётом ничего.   Гарри не знал, что это пассивное игнорирование и неспособность поддаться на провокацию изматывали Снейпа. В школьной обстановке учитель не мог как-то обострить ситуацию, а огрызаться на кого-то, кому всё было побоку, можно было только до тех пор, пока не выйдет весь пар.   Что касается более дружелюбных учителей, то Вектор и Бабблинг решили удвоить количество уроков в неделю, которые они с ним проводили. Очевидно, решив, что за лето он должен сдать СОВ по Нумерологии и Древним Рунам на твёрдую «П».   Гарри был благодарен Брианне и Тиане, которые оказались рады помочь ему справиться с напряжением, вызванным тем, что время, которое он проводил с прекрасной учительницей Нумерологии, заметно увеличилось. Хоть это не могло сбавить многочисленные фантазии о наказании после уроков, которые у него накопились.

***

  Последние выходные перед окончанием учебного года.   — Знаешь, я думаю, что буду скучать по этим нашим маленьким посиделкам, — задумчиво произнесла Тиана, растянувшись в роскошной ванне, которую предоставила Выручай-комната.   — Не так сильно, как я, — с прискорбием отметил Гарри, сидевший рядом с ней. — Кто теперь составит мне компанию по ночам, когда вы обе закончите школу?   — Я уверена, что ты найдёшь и соблазнишь другую девушку, — фыркнула Брианна с другой стороны от него. — Может быть, ты даже пригласишь в свою постель Розмерту или профессора Вектор.   — Не надо было говорить тебе, что я неравнодушен к женщинам постарше, — вздохнул с улыбкой Гарри.   — Кстати, я всё ещё оскорблена этим, — подначила его Тиана. — С тобой спят две сексуальные девушки, а ты фантазируешь о старухах.   — Они не старые, просто постарше, — запротестовал Гарри. — Хочешь, чтобы я снова поцеловал его и загладил вину?   — Мерлиновы яйца, нет же, — простонала она. — Мне кажется, мой клитор может взбунтоваться, если ты снова приблизишься к нему.   Гарри в ответ ничего не сказал, только ухмыльнулся в невероятном самодовольстве. Чтобы потешить своё эго ничего лучше не придумаешь, чем довести девушку до нескольких шумных оргазмов с помощью магически усиленного куннилингуса. Эта книга Луны могла быть самым потрясающим подарком, который он когда-либо получал.   — Вы только посмотрите на это самодовольное выражение его лица! — прокомментировала Брианна. — Он узнал, как правильно лизать киску, и вдруг возомнил себя королём мира.   Гарри потянулся и ущипнул её за сосок, наслаждаясь писком девушки.   — Итак, когда мы летом встретимся? — спросила Тиана несколько минут спустя.   — Я свяжусь с вами, когда сам узнаю, — ответил Гарри. — У меня этим летом будет много дел, и встречаться с парочкой адвокатов — не самое важное из них.   — А что ещё ты собрался делать? — с любопытством спросила Брианна.   — Я должен сдать СОВ по Нумерологии и Древним Рунам в Министерстве, разыскать старых управляющих бизнесом моей семьи и поговорить с ними о том, почему он теперь принадлежит Паркинсонам, и ещё кое-что.   Например, он хотел заставить Сириуса научить его анимагии и добиться оправдания крёстного.   — А как же твоя магловская подружка? — поддразнила Брианна. Однажды он рассказал им о Зои, когда они спросили, кто сорвал его цветок, ибо было ясно, что были у него не первыми.   — Она не моя девушка, она подруга с привилегиями, — с достоинством сказал Гарри. — Кто-то вроде вас двоих.   — Тебе действительно стоит завести магловскую девушку, — предложила Тиана с ухмылкой. — Я уже вижу возмущённые заголовки в «Пророке»: «Мальчик, который выжил» встречается с маглом! Как низко пал наш спаситель?».   — Как бы это ни было забавно, я не собираюсь заводить магловскую подружку только для того, чтобы насолить элите Волшебной Британии, — фыркнул Гарри. — Кроме того, я сомневаюсь, что они будут настолько очевидны в своих предрассудках. Скорее всего, в заголовке будет что-то вроде «Мальчик, который выжил встречается с маглом! Неужели британские ведьмы недостаточно хороши для него?».   — Им просто нужно свести тебя с милой ведьмой средних лет, вот и всё, — поддразнила Брианна.   Гарри простонал. Ему действительно не следовало рассказывать им об этом.   — Как насчёт Молли Уизли? — продолжала девушка с Рейвенкло.   — Даже не шути об этом! — резко ответил Гарри, театрально вздрогнув. — Есть очень большая разница между сексуальной зрелой женщиной и властной маткой.   Он знал, что, возможно, был слишком резок, особенно потому, что лично виделся с этой женщиной в общей сложности всего тридцать секунд, но он достаточно узнал из сторонних источников, чтобы начать держаться от неё подальше. Рассказы Джинни и периодические кричалки, которые та присылала, вырисовывали картину женщины, которая хотела, как лучше, но при этом была очень своевольной и не имела ни малейшего представления о том, когда нужно было сбавить обороты. И это, ещё не говоря о том, что по мнению Гарри она не была даже хоть капельку привлекательной.   — Ну, хватит о фетишах Гарри, — заявила Тиана, игнорируя его недовольное восклицание. — Поскольку это наша последняя ночь вместе, я тут кое-что приготовила.   Остальные с любопытством посмотрели на неё, когда девушка взяла свою палочку и взмахнула ею, заставив три кубка и бутылку вина подплыть к ним по воздуху.   — Кубки для вина? Серьёзно? — язвительно спросил Гарри, когда она налила ему красного напитка. — Я теперь себя ощущаю скорее Конаном-варваром, чем волшебником.   — Кем? — недоумевая, спросили девчонки.   — Точно, я забыл, что вы, дикари, воспитанные волшебниками, совсем ничего не знаете о классике, — вздохнул Гарри.   — По крайней мере, мы не какие-нибудь маглы, которые думают, что кубки не подходят для вина, — ответила Тиана.   — За что мы пьём? — спросила Брианна, прежде чем разговор перерос в череду игривых оскорблений по поводу различий между магловским и магическим воспитанием.   — За выгодные партнёрские связи, — предложила Тиана, поднимая свой кубок.   — За будущие успехи, — добавила Брианна, столкнув свой кубок с кубком подруги.   — И дополнительные привилегии, — закончил Гарри с ухмылкой, зеркально отражая их движение.   — Ах ты ж наглый маленький мудак, — ухмыльнулась Брианна.   — Леди так не выражаются, — снобистски ответил ей Гарри.   — Ах, но как простолюдинка, я могу быть настолько вульгарной, насколько захочу. Если это беспокоит нашего милорда, то ему следовало бы одурачить себя браком с какой-нибудь чистокровной, — кокетливо отмахнулась она, похлопав ресницами.   — Я могу разрушить свою жизнь серьёзными отношениями в любой момент, но годы просто так не вернёшь, — возразил он, ухмыляясь. Когда он впервые услышал об их плане, то был малость расстроен, но с тех пор они стали друзьями, и он не мог упрекнуть их амбиции или даже их доводы. Перспективы для них в Британии действительно были не очень радужными.   — За это можно и выпить, — сказали девушки в унисон. Они тоже не были в восторге от идеи замужества до двадцати лет, рассматривая это лишь как средство достижения цели. Так что такой поворот событий был для них куда предпочтительнее.   Все трое поднесли кубки к губам и сделали по большому глотку вина.   — Знаешь, судя по тому, как люди любят алкоголь, я ожидал, что вино будет вкуснее, — прокомментировал Гарри, скривив губы в гримасе отвращения.   — Может быть, урожай плохой? — слабо спросила Тиана, которой тоже не слишком понравился аромат. — Я ничего не смыслю в вине, поэтому просто выбрала наугад.   — Не такое оно и плохое, — отметила Брианна, сделав ещё один глоток.   Гарри обменялся с Тианой взглядами и пожал плечами. Они не понимали, что в нём было такого «неплохого», но каждому, видимо, своё.

***

  Гарри и Луна ехали в купе поезда на станцию Кингс-Кросс. Луна пыталась пригласить к ним Джинни, но рыжая была не настолько нечувствительной к социальной неловкости, как блондинка, поэтому отказалась и пошла к своим братьям.   Гарри был благодарен за это. Он не ненавидел Джинни, но предпочёл бы больше не находиться с ней в длительном близком контакте. Этот постоянный пессимизм, который она излучала по поводу того, как он проживал свою жизнь, был более чем неприятным.   Так что Гарри и Луна коротали время, обсуждая, чем будут заниматься летом, хотя Гарри пришлось довольно много врать насчёт этого.   Луна с удовольствием рассказала ему о поездке в немецкий Шварцвальд, которую они запланировали вместе с отцом. Оказалось, что там есть волшебный участок, который и по сей день остаётся скрытым от маглов. Она даже пригласила Гарри поехать с ней, но тот был вынужден отказаться, несмотря на своё желание увидеть это место. Просто у него этим летом было слишком много дел.   Конечно, картина была бы неполной, если бы Драко Малфой не заглянул в гости.   — Я удивлён, что с тобой нет этих двух шлюх-полукровок, Поттер, — ехидно усмехнулся слизеринец.   Гарри нахмурился, больше всего раздражённый оскорблением Брианны и Тианы.   — Проваливай, Малфой.   — Что случилось, Поттер? Не нравится выслушать, кто они на самом деле? — продолжал Малфой, ухмыляясь. Его вечные громилы подхалимски хихикали.   Именно в этот момент Гарри заметил, что маленький засранец использует дверную раму для опоры, а поезд в данный момент проезжал довольно ухабистый участок пути.   Тщательно скрывая ухмылку, Гарри ухватился за дверь своей магией и захлопнул её, прямо по пальцам Малфоя.   Слизеринец застонал от боли и рухнул на пол, хватаясь за свои разбитые, но, к счастью, не сломанные пальчики.   — Ты в порядке, Малфой? — спросил Гарри, больше не утруждая себя скрывать своё веселье. — Похоже, было больно.   — Когда мой отец услышит об этом... — попытался пригрозить Драко, но вышло что-то больше похожее на болезненный всхлип.   — И что он сделает? Прикажет казнить дверь? — с сарказмом спросил Гарри, имея в виду гиппогрифа, убитого Министерством в конце учебного года по инициативе Малфоя-старшего. Даже Гарри заметил, каким хмурым был Хагрид после этого, а ведь он по-настоящему даже не общался с полувеликаном.   — Я знаю, что это сделал ты, Поттер! — кричал Драко.   — Конечно, это был я, Малфой, — ответил Гарри безучастно. — Точно так же, как я заставил тебя влететь в доспехи несколько недель назад, верно? И в обоих случаях без палочки.   По правде говоря, именно так всё и было…   Злой, расстроенный и испытывающий сильную боль Малфой надулся. Он был уверен, что Поттер каким-то образом является причиной всех этих странных происшествий, которые постоянно с ним происходили, но тот факт, что шрамоголовый рейвенкловец никогда не держал в руках свою палочку, когда это случалось, ставил его в тупик.   Всё это усугублялось тем, что никто не верил блондину, когда тот пытался объяснить, что иногда чувствовал, как заклинание выводит его из равновесия. Они просто думали, что он неуклюж и пытается это скрыть.   Теперь у него была репутация такого же неуклюжего человека, как у Лонгботтома. Лонгботтома!   — Это было не очень мило с твоей стороны, Гарри, — прокомментировала Луна без какого-либо упрёка.   — Я не виноват, что дверь захлопнулась на его пальцах, — защищался Гарри.   — Правда? — с искренним недоумением спросила Луна, поднимая своего хомячка к лицу. — Но Бу, кажется, уверен, что так оно и было.   — А сейчас? — пробормотал Гарри, с подозрением глядя на хомячка и на мгновение задумавшись, не наткнулся ли он каким-то образом на не совсем обычного грызуна. Или, может быть, длительное магическое воздействие как-то изменило его. — Что ещё он говорит?   — Вообще-то не очень много, но ему не терпится отправиться на охоту на кизляков.   А, неважно. Пока Луна говорила о кизляках, всё было в полном порядке.

***

  Глубоко в лесах Албании дух развоплощённого страшного и ныне считающегося мёртвым Тёмного Лорда опустился до вселения в животных. В основном змей, из-за своих личных предпочтений.   Если бы Питеру Петтигрю удалось сбежать от своего бывшего друга и сына тех, кого он предал, он бы в конце концов последовал за подсказками, которые удалось бы выудить у подобных ему крыс, пока пытался защититься от нажитых врагов. Если бы это произошло, у Волдеморта был бы слуга, который помог бы ему попытаться вернуться в физическую форму.   К сожалению, для сломленного Тёмного Лорда, Петтигрю был мёртв, а остальные его последователи покинули его. Даже те немногие, кто догадывался, что он не совсем уж и мёртв, поняли, что им больше нравится, когда не нужно было унижаться перед могущественным волшебником. Политические игры и экономические уловки могли быть неторопливыми и менее приятными, чем насильственное искоренение грязнокровок, но это было гораздо безопаснее.   Благодаря этому заметному отсутствию слуг, Берта Джоркинс — дама с небольшим повреждением мозга — смогла без проблем выбраться из Албании, а Волдеморт так и не узнал, что один из его самых верных слуг, Барти Крауч-младший, вместо того, чтобы отправиться в Азкабан, был захвачен своим отцом заклятьем Империус.   Вместо этого он продолжал вариться в своей собственной ненависти и придумывать способы, которые можно было бы использовать для возвращения к жизни.