For Love of Magic (Из Любви к Магии)

  Разговор с Пенни занимал мысли Гарри весь следующий день и основательно так отвлёк его. Как бы он на это ни смотрел, в будущем у него назревали серьёзные проблемы. Если ему не удастся найти и уничтожить все якоря душ Волдеморта до того, как поверженный Тёмный Лорд сумеет вернуться к жизни, ситуация может очень быстро выйти из-под контроля. У Тёмного Лорда была привычка время от времени нападать на немагические цели во время своей борьбы за власть, и это вряд ли изменится после его возвращения. Гарри сомневался, что в случае, если история начнёт повторяться, людское правительство останется в стороне. Это вряд ли закончится чем-то хорошим, ведь эти два мира не просто так были отделены друг от друга.   Но у Гарри не было ни малейшего представления о том, с чего начать поиски других крестражей. Его идея использовать для этой цели медальон пока ни к чему не привела. Причин на это была уйма, но меньше всего его беспокоила нехватка собственных навыков.   Медальон мог быть последним, и в этом случае ему следовало бы уничтожить его, пока Волдеморт всё ещё оставался бесплотным. Другие крестражи могли быть вне зоны досягаемости, при условии, что такая зона вообще существовала. Крестражи также могли быть защищены от обнаружения. Выследить их таким образом может быть невозможно, ведь в книге рассказывалось, что душа человека находится в состоянии постоянного изменения. Возможно, осколки души Волдеморта теперь слишком сильно отличаются друг от друга, чтобы можно было использовать один из них для отслеживания другого. И похоже, что об этом он раньше даже не думал.   Другим вопросом, который занимал мысли Гарри, было продолжение учёбы в Хогвартсе. Всё лето он думал о том, чтобы бросить учёбу, но, в конце концов, решил повременить с этим решением. К сожалению, он недооценил, насколько ему будет неприятно находиться в замке, даже если по большей части занимался там своими делами и часто выбирался наружу. Тем не менее, в этом были свои преимущества, и Турнир Трёх Волшебников был одним из них. Если Гарри сможет преодолеть возрастное ограничение, то имелась уверенность, что он сможет его выиграть. Возможно, кто-то из студентов с седьмого курса знает больше заклинаний, чем он, но Гарри был уверен, что является самым сильным волшебником в Хогвартсе, не считая персонала школы. Конкуренты из Шармбатона и Дурмстранга вряд ли окажутся лучше. Как победитель турнира, он смог бы по закону стать совершеннолетним, получил бы весь необходимый авторитет и смог бы легко отмахнуться от экзаменов СОВ и ЖАБА.   Толчок в руку вывел его из задумчивости, после чего Гарри полез в сумку на боку, достал горсть кусочков мяса и предложил их фестралу.   — Ты как будто не тут, — прокомментировала Луна, улыбаясь, когда другая плотоядная летающая лошадь съела мясо у неё на ладони.   Гарри иногда удивлялся своей подруге. Разве девочкам не должны были нравиться пони и единороги? А что говорило о Луне её увлечение этими существами, похожими на трупы? Гарри знал, почему они заинтересовали его: в них чувствовался слабый оттенок Тьмы, а вызвать такой эффект мог только какой-нибудь волшебник. Но как и почему? На эти вопросы он, возможно, никогда не найдёт ответа. А вот что увидела в них Луна, можно было только догадываться.   Для большинства людей они, вероятно, выглядели как пара сумасшедших, которые ласкают и кормят воздух.   — Я не хочу возвращаться в Хогвартс в следующем году, — признался Гарри. Разговаривать с Луной лучше всего короткими и прямыми формулировками. — Здесь для меня не осталось ничего интересного.   — Мне будет грустно без тебя, — ответила Луна с той же прямотой, но без порицания или обвинения.   — Я мог бы забрать тебя и устроить так, чтобы через пару лет ты сдала СОВ и ЖАБА в Министерстве, — предложил Гарри. — Мы могли бы вместе путешествовать по миру, и я мог бы учить тебя сам или нанять репетиторов.   Мысль о том, чтобы проигнорировать Волдеморта и отправиться гулять по миру, была неприятной, но он также не хотел из-за этого безумца откладывать свою жизнь на потом. Кроме того, если этот человек был хоть немного умён (а все уверяли его, что так оно и было), то спрятал бы по крайней мере один или два контейнера с душой в каком-нибудь забытом всеми уголке мира, куда никому и в голову не пришло бы заглянуть. Более того, если Дамблдор со всеми доступными ему ресурсами не смог отследить другие крестражи, то сам Гарри вряд ли преуспеет в попытках использовать для этого медальон.   — Было бы здорово.   — Ты не будешь скучать по Хогвартсу?   — Я буду скучать по Джинни и фестралам, но по тебе я бы скучала больше.   — Тогда решёно, это будет наш последний год в Хогвартсе.   — А Нимфадора поедет с нами?   — Надеюсь, что да.   — У вас будет много секса?   — Да.   — Можно мне посмотреть?   — Нет.   — Ну, пожалуйста?   — Не думаю, что Доре это понравится, — и ему тоже, но сейчас это было неважно.   — Хорошо, — уступила Луна. Ей нужно было найти способ убедить Нимфадору разрешить ей посмотреть.   Следующие несколько минут они провели в молчании, скармливая последние куски мяса фестралам.   — Ты пойдёшь со мной завтра в Хогсмид? — спросила Луна.   — Конечно, — согласился Гарри. Он не заходил в эту маленькую причудливую деревушку ещё с того первого раза. Это место было не таким уж интересным, если не считать милфу-барменшу, но он пошёл бы туда, если бы Луна тоже захотела.

***

  — Хорошо, что в Хогсмиде продают подходящую еду для миниатюрных гигантских космических хомяков, вроде Бу, — заметила Луна, когда они вышли из магазина.   — Да, повезло нам, — ответил Гарри, даже не пытаясь скрыть своего веселья. Взгляд недоумевающего продавца был бесценен.   — Что будем делать дальше? — спросила Луна. Они уже посетили книжный магазин, аптеку и магазин сладостей «Сладкое Королевство».   — Мы можем пойти... — Гарри прервался на полуслове, заметив рыжеволосую парочку, выходящую из магазина шуток Зонко. — А вообще, пойдём поговорим с близнецами Уизли. Мне нужно кое-что у них спросить.   Луна кивнула в знак согласия, и они подошли к грозной парочке.   — Неужели это сам Гарольд Высокий... — начал Джордж, как только они оказались рядом.   — ...и его подружка, Луна Хорошолюбящая, — продолжил Фред.   — На романтической прогулке по Хогсмиду, — закончили они вместе.   Это маленькое представление вызвало столько вопросов, что Гарри даже не знал, с чего начать, и решил, что лучше будет задавать их по очереди.   — Гарольд Высокий? Откуда вы это взяли?   — Ну, называть тебя не-таким-уж-и-малышом Гаррикинсом слишком долго...   — ...и «Гарри Высокий» звучит немного слабовато...   — ...это из-за «и». Имена, заканчивающиеся на «и», всегда звучат слабенько, если добавлять к ним звание...   — ...так что мы остановились на «Гарольде».   — Понятно, — двусмысленно произнёс Гарри, но внутренне был отчасти доволен упоминанием о своём магически ускоренном росте. Он не собирался высказывать это мнение вслух, но не мог отделаться от ощущения, что большинство волшебников и ведьм не заслуживают своих прозвищ, поскольку не утруждают себя даже узнать об их происхождении. Ему нравилось, что он мог смотреть на большинство людей свысока как в прямом, так и в переносном смысле, хотя и знал, что это было очень мелочно. — Вы могли бы просто отказаться от титула и использовать моё настоящее имя.   — Но что в этом весёлого?   — Ну точно. Проехали, что там насчёт того, что Луна — моя девушка?   Теперь близнецы неожиданно стали выглядеть как-то неуверенно.   — Э-э-э… Луна ведь твоя девушка, не так ли? — осторожно предположил Джордж.   — С чего ты это взял? — спросил Гарри, сильно обескураженный.   — Да вся школа об этом твердит, Гарри, — ответил Фред, отбросив шутки в сторону.   — Оу, это объясняет грязные взгляды, которые бросали на меня те девочки со старших курсов, — воскликнула Луна. — А я всё думала, чем же я их обидела. Спасибо, что прояснил.   — И это также объясняет череду предложений, которые я получил в прошлом месяце, — вздохнул Гарри, потирая переносицу. Тогда со стороны женщин произошёл внезапный всплеск интереса, который так же внезапно пропал, когда он им всем отказал. В то время это сбило его с толку, но теперь в этом промелькнул какой-то смысл. Они пытались выяснить, бросит ли он ради них Луну.   — Значит, слух о том, что вы спите вместе… — Джордж запнулся, не зная, что сказать, так как Карта Мародёров ясно показала, что Гарри и Луна проводят ночи вместе.   — О нет, это правда, — ответила Луна прежде, чем Гарри успел что-либо сказать.   — Но вы не встречаетесь? — задал вопрос Фред, очевидно, с трудом понимая, что происходит.   — Луна имеет в виду, что она буквально спит, то есть находится без сознания, — вмешался Гарри, прежде чем ситуация ещё сильнее ухудшилась.   — Да, Нимфадора, вероятно, была бы против этого. Она даже не разрешает мне смотреть, как они занимаются сексом, так что мне кажется, что она точно не одобрит, если я буду заниматься им с Гарри, — начала Луна с безликой отстранённостью, как человек, зачитывающий список продуктов. — Хотя я могу ошибаться. Гарри, как ты думаешь, Нимфадора будет возражать, если ты введёшь свой пенис в моё влагалище?   — Осмелюсь предположить, что да, — ответил Гарри с очередным вздохом. А он так надеялся сейчас избежать фразы «пенис во влагалище».   — Мы согласны. Женщины обычно чувствительны к такого рода вещам, — добавили близнецы, взяв пример с Гарри и ведя себя так, как будто ничего странного только что не было сказано.   — В любом случае, — громко заметил Гарри, решив специально сменить тему, — Я хотел узнать, как продвигается ситуация с Малфоем. Я уже давно не видел, чтобы его разыгрывали, и хотел узнать — вы прекратили или это просто происходит, когда меня нет рядом?   — Мы остановились, — признал Джордж. — Мы начинаем жалеть этого дурачка.   — В тот раз со взрывным поносом мы действительно зашли слишком далеко, — добавил Фред, со смущённым видом.   — Этот был моим любимым, — признался Гарри. То чувство, когда ты видишь ужас на лице Малфоя, у которого внезапно отказал кишечник, было просто непередаваемо.   — Ты ведь знаешь, что он винит в этом тебя? — спросил Джордж.   — Так даже лучше.   — Тебе не кажется, что он уже достаточно настрадался? Люди, наверное, не смогут смотреть на него без смеха, по крайней мере до конца года.   Нет, Гарри действительно не считал, что этого было достаточно. Но он был похож на Снейпа в умении очень долго держать на кого-то обиду, хотя и не до такой степени сильную.   — Что ж, полагаю, если вы не хотите продолжать в том же духе, то мне придётся найти другие способы сделать его жизнь несчастной, — сказал парень, нахмурившись.   «Я не хочу тратить время, наказывая Малфоя за то, что он был таким дерьмом, но я также не хочу, чтобы ему это сходило с рук», — подумал он.   — Может быть, мы и не хотим продолжать его мучить, но мы не против предоставить тебе материалы, чтобы ты мог заняться этим сам, — предложил Джордж. В конце концов, спрашивать, что клиент собирается делать с проданным ему товаром, было не очень хорошо с точки зрения бизнеса.   — Веришь или нет, но я и сам могу пойти к Зонко, — с сарказмом ответил Гарри.   — А, но кто говорит о магазине Зонко? — загадочно произнёс Фред. — Видите ли, мистер Поттер, если вы примете наше предложение, то вам выпадет честь стать самым первым клиентом «Всевозможных волшебных вредилок».   — Вы двое открываете конкурирующий бизнес розыгрышей или что-то типа того? — уточнил Гарри, приподняв бровь.   — Да, открываем, — подтвердили близнецы. — Зонко уже много лет не делали ничего нового, и мы подумали, что пришло время глотнуть свежего воздуха.   — Отличный каламбур, Сириусу бы понравилось, — отшутился Гарри.   Фред и Джордж театрально поклонились в знак признательности.   — Итак, хочешь ли ты, чтобы мы поставляли тебе предметы для розыгрышей?   Гарри почуял хорошую возможность. Не секрет, что Уизли были бедны, поэтому близнецы никак не могли располагать ликвидным капиталом, необходимым для нормального старта бизнеса. Если бы они не были чистокровными, то не смогли бы влезть в монополию Зонко, не столкнувшись с каким-нибудь ограничивающим законодательством.   — Мне может быть это интересно, но сначала я хотел бы узнать, не нуждаетесь ли вы двое в финансовой помощи, чтобы запустить этот ваш магазин шуток, — золота никогда не бывает слишком много, даже если гоблины держат его в заложниках. Он ещё не отказался от мысли найти способ забрать свои деньги у этих жадных маленьких монстров.   Близнецы обменялись удивлёнными взглядами, совершенно не ожидая такого поворота.   — Ты хочешь дать нам деньги, чтобы мы открыли свой магазин? — осторожно спросил Джордж, не доверяя такой внезапной удаче.   — Конечно, нет, какой идиот захочет просто так отдавать свои деньги? — усмехнулся Гарри. — Нет, я предлагаю предоставить вам стартовый капитал, за что получу контрольный пакет акций до тех пор, пока вы не вернёте мне мои инвестиции, после чего я стану молчаливым партнёром с одной третью бизнеса. Вы получите свой магазин приколов, а я — стабильный источник прибыли, и все мы будем в выигрыше.   — А что, если наша идея не выгорит? — близнецы были уверены в своём начинании, но они должны были быть реалистами. Никто не был застрахован от провала.   — Тогда я потеряю свои инвестиции и в будущем буду осторожен, прежде чем одалживать вам деньги, — Гарри тоже должен был быть реалистом. Компания Зонко находилась в стагнации. Сириус жаловался, что в ней не появлялось ничего нового со времён, когда он ещё сам учился в Хогвартсе. Однако это не означало, что близнецы добьются успеха, какими бы изощрёнными ни были их пранки. Кроме того, в прошлом году Уизли выиграли семьсот галеонов в какой-то министерской лотерее и по глупости спустили их все сразу, продемонстрировав, что их бедность может быть результатом не одной лишь финансовой безответственности.   Фред и Джордж снова обменялись взглядами, многое поняв без необходимости лишних слов. Предложение, конечно, не было несправедливым, и казалось даже лучше, чем им могли бы предложить другие, но они не собирались просто взять и согласиться, когда на кону стояли их мечты.   — Нам нужно всё обдумать, прежде чем принять решение.   — Конечно, я был бы разочарован, согласись вы сразу, — с кивком ответил Гарри. — Подходите потом, если захотите узнать ещё что-нибудь о моём предложении.

***

  Фред и Джордж основательно призадумались, когда двое рейвенкловцев ушли, размышляя над только что состоявшимся разговором.   — Ну что, Дред?   — В чём дело, Фордж?   — А разве Чарли на седьмом курсе не встречался с девушкой по имени Нимфадора?   — Да, действительно, встречался. Предупредил нас, чтобы мы никогда не называли её по имени, если я правильно помню.   — Как ты думаешь, каковы шансы, что разговор шёл о какой-то другой Нимфадоре?   — Я бы поставил на то, что они в лучшем случае маловероятны.   — Значит, мы согласны в том, что Гарри Поттер встречается с Нимфадорой Тонкс?   — Скорее всего.   — Что мы будем делать с этой информацией?   — Тихо улыбаться, когда кто-то будет обсуждать личную жизнь Гарри в пределах нашей слышимости?   — Вполне разумно.