I Will Live for You/Я Буду Жить для Тебя.

Он поехал к тому месту, где был похоронен Зейн. Это было на соседнем кладбище, всего в 15 минутах езды от их дома. Он выбрал место, которое находилось поблизости, чтобы он всегда мог пойти туда, когда захочет. По дороге он купил новые свежие цветы. Он купил розовые камелии, красные и розовые гвоздики и красные хризантемы. Розовые цветы были распределены среди красных цветов. Сбоку он также добавил немного гелиотроп. Они означали преданность и вечную любовь. Букет цветов, который он купил накануне, состоял из темно-малиново-красных цветов, означавших траур, и красных роз, означавших любовь, или «Я люблю тебя». Флорист видел этого человека накануне и был обеспокоен его выбором цветов. Она ничего не сказала, но сделала все возможное, чтобы букет был красивым. Каждый из этих цветов имел разное значение. Розовые камелии означали «я тоскую по тебе». Красные гвоздики означали «мое сердце болит», а розовые гвоздики означали «я никогда тебя не забуду». Наконец, красные хризантемы также означали «Я люблю тебя». Она удивилась, почему он не выбрал розы, но ничего не сказала. Она собрала все это вместе и осторожно протянула Коулу. Она почти ничего не говорила, но ее голос был нежным. “Спасибо и хорошего дня.” Коул поблагодарил ее и вышел из цветочного магазина. Он был очень осторожен с букетом. Даже если бы он знал, что они в конечном итоге умрут, независимо от того, сколько забот, он все равно хотел, чтобы они были в первозданном состоянии, когда они доберутся до Зейна. Когда он приехал, он схватил шарф и цветы и пошел с ними на кладбище. Зейн был похоронен ближе к середине кладбища, поэтому ему пришлось проходить мимо других могил. У каждого похороненного человека были воспоминания, которые несли живые. Те, кто был жив, должны были помнить тех, кто ушел из жизни. Подойдя ближе к середине, он увидел недавно установленное надгробие, это была могила Зейна. Трава выросла не до конца. Даже зеленая палатка*, которую обычно ставили на новых могилах, исчезла. *Я впервые слышу о зеленой палатке у могилы именно на кладбище, но почитав скорее всего эта палатка используется во время церемонии возложения венков. Он выбрал Зейну вертикальное надгробие. Он был большим, с пустым местом на нем. Под именем Зейна была небольшая цитата. Ты всегда будешь светом моей жизни. Это было правдой. Даже сейчас, когда он чувствовал, что вся надежда потеряна, Зейн был тем, кто заставлял его двигаться вперед, держал его на ногах. Коул положил цветы перед могилой, а затем обернул шарф вокруг надгробия. Это выглядело немного неуклюже, но он сделал так чтобы он . Он поднял глаза и увидел Зейна, одетого в шарф, который он ему купил. Зейн, которого он видел, был живее, здоровее и ярче, чем он помнил. На его руках не было бинтов, к нему не были прикреплены венозные катетеры, никаких синяков или шрамов. Он выглядел точно так же, как до того, как заболел. Зейн что-то пробормотал одними губами, но Коул его не расслышал. Но каким-то образом он знал, что Зейн хотел ему сказать. Спасибо тебе за все. Спасибо тебе за то, что любишь меня. Береги себя, ты обещал, что будешь. Живи ради меня, Коул. Живи для меня. Коул попытался протянуть руку, чтобы схватить его, обнять еще раз, всего один раз, но Зейн только протянул руку. Они не могли прикоснуться друг к другу, но Коул впервые почувствовал тепло от руки Зейна, которая раньше всегда была холодной. Медленно Зейн начал исчезать. Сначала пальцы, переходя к рукам и обеим ногам, пока, наконец, осталась только улыбка на лице Зейна. После этого Зейн исчез. Он опустился на колени на землю, используя надгробие в качестве опоры. Он прижался к ней лбом, слезы медленно стекали по его лицу. Он хотел что-то сказать, но почувствовал, что не может дышать. Он закрыл глаза так крепко, как только мог. Его руки вцепились в надгробие так, что костяшки пальцев побелели. Через некоторое время Коул наконец выговорил слова, застрявшие у него в горле. “Я люблю тебя.” “Я люблю тебя, Зейн.” “Я так сильно тебя люблю.” Он хотел сказать, что не может жить без Зейна. Он хотел сказать ему, чтобы тот вернулся к нему. У него были тысячи слов, которые он хотел, чтобы он услышал. Он хотел рассказать ему так много вещей, но знал, что тот ушел из этого мира. Он медленно встал, не вытирая слез. Его глаза были красными, а мешки под глазами выделялись, но в его глазах было что-то другое. В глазах Коула вспыхнул огонек. “Я буду жить ради тебя, Зейн. Я никогда не забуду тебя, я никогда не перестану любить тебя. Я возьму тебя с собой, куда бы я ни пошел, так что ты никогда не должен забывать меня.” “Пожалуйста, присмотривай за мной...” Он сделал паузу. Он чувствовал, что у него в горле застрял камень, но заставил себя сказать: “И жди, когда я вернусь к тебе.” Коул отряхнул грязь со своей одежды, еще немного очистил могилу и медленно вышел с кладбища. Все его тело стало немного легче. Он не чувствовал, что на его плечах лежит тяжесть всего мира. Он не чувствовал себя опустошенным. Все его тело ощущало немного тепла, того самого, которое Зейн оставил для него. Даже если Зейн исчез из этого мира, он знал, что Зейн присматривает за ним и живет в его воспоминаниях.