Devil town

Вся семья сидела в гостиной, при входе в дом было заметно, что Хэви на взводе. По его рассказу из телефона, было понятно, что он явно заебался уже с самого утра: иди сделай то, иди помоги там, позвони Ди, где он проебывается? Поэтому, по приходу Ди, он подошел к двери первый, через зубы, проговорив что-то вроде: — Умница, до дома дойти смог, — на это Ди протянул ему пакет с какими-то сладостями, которые явно не завозились в их мегаполис, — Не, ну так бы сразу! — он выхватил пакет, быстрым шагом идя до своей комнаты. На удивление, переезжать в комнату Ди, ему не хотелось. В комнате, в основном, ничего не поменялось, так же раз в неделю проходила уборка. Хэви тоже никак не изменился, максимум — подрос, и голос стал более высоким, хотя это было заметно и по их телефонным разговорам, да и приезды были частые, так что Ди ничего не пропустил. Следом вышли родители, отец пожал руку, а мать наорала за опоздание, но по ней было ясно, что она также рада приезду сына. — Я в душ, — твердо сказал Ди, кладя рюкзак в угол, возле входа. Он быстро прошел до ванны. Вещи сразу были сняты, не хотелось разбирать, что положить в стирку, что можно одеть еще. Закрыв дверь в кабинку душа, он открыл холодную воду. Вода, маленькими струйками стекала, сначала по волосам, а позже и телу, от чего та покрывалась мурашками. Постояв так, еще пару секунд, он потянулся за шампунем, с его полки давно все было перемещено в общагу, поэтому он взял что-то отцовское. Полупрозрачный, зеленый шампунь вылился на его руку, а позже был перемещен на волосы. Вся кабинка наполнилась запахом хвои. ___ В трейлере было накурено, душно, пахло чем-то еловым, когда Ди пришел туда. Была ночь, но глубокой ее назвать язык не повернется — плюс-минус одиннадцать. Чес отвлекся от газеты, поворачиваясь на вошедшего. Он сидел на полу возле дуйчика, но устройство было направлено не в его сторону, а на что-то укутанное в одеяло. — О, ты как раз вовремя! — он осмотрел взглядом Ди, читалось недоумение. — Это эликсир молодости! — Ди, без лишних вопросов, снял косуху, кидая куда-то на диван, что служил вешалкой. Садясь рядом, разглядывая одеяло. На фоне играла привычная песня, которая уже была саундтреком этого места. Пытаясь игнорировать музыку, Ди мечтал сконцентрировать внимание на мыслях по поводу эликсира. Раздалась музыка из телефона Чеса. Это был обычный, кнопочный телефон, потому что он не переплачивал. Никогда. Отключив, по всей видимости таймер, он повернулся к Ди. — Принеси стаканы, Малыш, — проговорил он, еще пуще, ухмыляясь, пока щеки и уши Ди багровели. Чес называл его так не часто, но каждый раз сводил младшего с ума. Интонация, которую никто не повторит, ухмылка и полу пьяный, полу обкуренный взгляд. Ежесекундно, он пошел на место, которое было выделено под кухню, принося два липких стакана. На тот момент, банка была взята из одеяла, и Чес уже процеживал жидкость в другую банку, через марлю. Скоро в стаканы была налита светло-желтая жидкость. — Ты уверен, что это можно пить? — Ди вращал стакан, пытаясь хоть чуть-чуть понять, из чего это состоит. — Конечно, только залпом, — сказал Чес вполголоса, а затем опрокидывая стакан. ___ В результате, Ди обплевал полкомнаты. Чес, тогда не знал, что отец узнал за сигареты, чему и было следствие позднего прихода. Хоть страшной реакции от отца не было, но то, как он отчитывал… В каждом подобном разговоре, хотелось сказать: «Блять, лучше ударь.» Поэтому, после этого разговора, хотелось проветриться, и не мешал холодный, апрельский ветерок, лишь бы дальше от монологов отца. Отвлек от воспоминаний голос Хэви: — Ди, выходи, я есть хочу! Вода была резко перекрыта. Вся комната была залита водой, на полу отоброжались, полуводянные, полукровавые, следы. Пока тот обрабатывал ноги и клеил пластыри, Хэви барабанил в дверь. До тех пор, пока Вики не отправила того помогать отцу, а через пару секунд, сама подгоняла Ди. Никто не хотел готовить огромный пир по приезду Ди, поэтому все обошлось обычными макаронами и тефтелями. Нарушать тишину Ди не планировал, но Глэм пылал интересом к его нынешней жизни. У него никогда не было университетских будней, конечно, он учился в консерватории, но дало ему это мало, хотелось знать больше: — Ну как в университете? Все получается? — Да, — сухо ответил он, ему не хотелось раздувать эту тему. — А вот Хэви, — начала Вики, отчитывая младшего. — нихуя не делает, к экзаменам не готовится, прям как ты раньше, ночует в трейлере Чеса… — ее перебил Глэм: — Пусть отдохнет перед тяжелой жизнью. — Ди, я в твой город приеду, — шепнул Хэви, хотя все это услышали. — К сессии готовишься? — не дав договорить Ди, поинтересовался Глэм. — Мне это не нужно. ___ Чес курил сигарету, не быстро, как обычно, наслаждался. Он был только в боксерах и рубашке и то, потому что отошел дальше «кровати». Возвращаясь, он снял рубашку и лег на то же место, с которого ранее вставал, укрываясь, и как можно ближе подвигаясь к Ди. Как обычно, он был прекрасен. На бледном, покрытом веснушками, лице, были черные подтеки от ранее накрашенных глаз. Белые, кудрявые волосы свисали с плеч, которые, как и лицо, но с меньшей настойчивостью, были покрыты солнечными пятнышками. Также плечи были покрыты засосами и покусами. Взгляд Ди был поглощен телефоном. — К экзамену готовишься? — Мне это не нужно. Я читаю мистический роман с элементами психологического ужаса — «Сияние». Прочитай, не разочаруешься, — Ди сказал это обычным, даже скучающим голосом. — Ты же знаешь, я на такое жизнь не трачу. Есть более интересные вещи, чем чтение книг. — Как знаешь, — Ди и не ожидал другого ответа. — В чем смысл чтения? Мы можем жить гораздо интереснее, чем описано в книгах. Да, у нас не будет мистики и прочего, но ведь мы с тобой сможем прожить увлекательную жизнь! Верно? — Чес приподнялся на локтях, дискуссирую. Если бы хоть кто-то, кроме него, знал ответы на его же вопросы… ____ На лице Ди появилась улыбка, практически, впервые за день. «Вроде так недавно, но очень давно». — Что завтра делать планируешь? — спросил грубый, материнский голос. — К Чесу схожу. До вечера оставалось немного, поэтому Ди провел это время с Хэви, который все рассказывал и рассказывал о произошедшем. Куда планирует поступать, где проебывается после школы, какие сигареты курит и где прячет. Ди, в свою очередь, молчал, иногда приводя пример из своего юношества. В конце разговора они перешли в комнату Ди, комната, после закрытия, наполнилась сигаретным дымом, оба в этот момент молчали думая о своем. Хэви, на пару минут остановился, смотря на огонек дотлевающей до фильтра сигареты. А позже туша ее о подоконник и выкидывая в мусорку. — Думал, в тот день с ума сойду, никто не замечает, ничего не объясняют, резко уезжают и возвращаются только под вечер, сразу ложась спать, и ты тогда не отвечал. Узнал о произошедшем только через пару дней, когда все было готово к приезду остальных. Даже стоя там, не верил, — Хэви говорил это, не слушая происходящего, не требуя одобрения, выговаривался. — Никто в это не верил, даже сейчас не очень верится, — добавил Ди, не смотря на собеседника, но и Хэви не видел его, рассматривая кипящую жизнь за окном соседей, ужинали. Так и прошел остаток вечера, в темноте, в дыме и с редкими разговорами. Ближе к трем ночи они разошлись по комнатам, Ди планировал встать пораньше, чтобы поскорей выехать из города, перед этим зайдя к старому «другу». Проснулся Ди, в пять утра, рассвет. По звуку дребезжащих струн было понятно, что Хэви не ложился. Мелодия была тихая, видимо, играл подушечкой большого пальца, а не ногтями. Не планировал никого будить, но не вышло. И вот послышался, его и без того тихий, приглушенный стенами дома, голос: He said I was his friend, Which came as a surprise. I spoke into his eyes, I thought you died alone. A long-long time ago…* Сразу было ясно, кому посвящена каждая из этих строк… ___ Желтое освещение было привычно для трейлера, но в это раз патефон не играл, играло что-то другое. В трейлере на протяжении часа была слышна негромкая, чуть не мелодичная мелодия. Ломаный бой «шестерка», который Ди не играл без «инструкции», был примерно выучен. Дело шло к аккордам: — Вот, смотри — это схема, — Чес протянул открытую тетрадку, которую еле откопал среди остального хлама, все больше разбрасывая вещи по всей комнате. В тетрадке он когда-то давно записывал аккорды, это было настолько давно, что уже казалось неправдой. Ди пару минут вглядывался, было явно заметно, что понимает он примерно нихуя, увидев это, Чес вмешался в его негодование. — Вертикальные линии — это струны, начинается отчет с правой стороны. Горизонтальные — лады, — он постучал ногтем по грифу, объясняя расположение. — Черные точечки — расположение пальцев, снизу подписан аккорд, сейчас это — Dm. — М, — Ди сделал небольшую паузу. — А играть как? — Ну смотри, — Чес сел сзади Ди, кладя свои руки на его. — расслабься, ты не в армии, чтобы по линейке стоять, — Ди ослабил плечи, благодаря этому, Чесу открылся больший обзор, он легко положил голову на плечо металлиста. — Этот сюда, этот сюда, — шептал он, передвигая податливые пальцы, пока уши Ди наливались румянцем. — Пальчики прижми посильней. Не подушечками, а кончиками. Умница, а теперь играй, — Раздалось тихое дребезжание, Чес покрепче прижал безымянный палец, пока ломаный бой медленно игрался. — Молодец! Следующий аккорд… Занятия продлились примерно месяц, даже выучили какую-то песню, на вкус Чеса. А позже все быстро прекратилось, причина не была понятна Чесу. Ди был слишком самокритичен, а зависть к брату, которому все давалось намного проще, продолжала возрастать. Так Ди и закончил карьеру неудавшегося музыканта. ___ 6:04 — будильник безжалостно прозвенел, даже от самой обычной мелодии, Ди сумел вздрогнуть. Кое-как разлепив стальные веки и выключив будильник, он приподнял корпус, потирая глазки, а позже всматриваясь в пальцы. Чистые. Он встал с болезненным стоном, стало жаль свои же ноги. Ди надел очки, уходя вглубь дома. Ди бесшумно перемещался по дому, держа в руках пачку сигарет, он старался никого не разбудить, до подъема отца оставалось примерно полчаса. Налив в чайник воды из-под крана, он поставил его на конфорку, предусмотрительно поднимая крышку, чтобы не свистел. Обув чьи-то шлепки, стоящие возле входа, он вышел во двор. Ветерок прошелся по телу, развивая кудрявые, длинные волосы. Одет он был в обычный, черный, спортивный костюм, который пару поездок назад безвозвратно одолжил у Хэви. В пачке предусмотрительно лежала зажигалка. Достал долгожданную сигарету, он подпалил ее со всех сторон, зажимая в зубах. Он ненавидел родной город, ненавидел привычку курить, ненавидел солнце, которое выжигало глаза, а также ненавидел себя. Свое отражение, свои поступки, свои чувства. От таких мыслей он делает большую затяжку, никотин обжег горло, но выдыхать не хотелось, хотелось, чтобы дым задушил его. Но, к сожалению, выходит тихий, приглушенный кулаком, кашель. «Ненавижу». Не докурив сигарету, он положил в пачку, до сих пор боясь осуждения отца. Зайдя на кухню, он выключил плиту, наливая в термос, в котором уже был насыпан кофе, закрыв его, он направился к себе в комнату. В комнате он провел недолго, меньше десяти минут, крася глаза, надевая вчерашнюю одежду, а позже беря рюкзак, так и не убранный из угла прихожей. Выходя на улицу, он пошел на остановку, попивая кофе и докуривая сигарету. Вторую бы прогулку по всему городу, он бы не вывез, вещи он не оставил у родителей, не хотелось возвращаться. До остановки осталось пару шагов, остановившись, он повернул голову вбок. «Что-то знакомое…». Запах исходил, от цветущего куста сирени… ___ Экзамены были через две недели, делать Ди ничего не планировал, но это только по поводу учебы. Сейчас же, он идет в уже во второе место жительства с ломанным букетом сирени. Букет был довольно большой, он был красивым, с самого верха. Рост, конечно, не позволял, но позволяло ловкость рук и немножко мошенничества. Ломал, конечно, не он, а Хэви, который накосячил перед родителями, а за пачку чипсов и шоколадку, тот мог и родину продать. А продать родину и получить пизды от соседки, которая являлась хозяйкой сирени — немного разное. Ну, а пару веток больше, пару меньше, для Хэви — никакой разницы. Открыв дверь, которая никогда не закрывалась, он вошел в трейлер, было около десяти утра, Чес еще или уже не спал. На фоне играла новая песня, непривычно. — Привет, шкет, — он сидел спиной к входу на полу, крутил самокрутки. Чес презирал столы, делая любое дело на полу или на «кровати». Ди подошел к нему сзади, протягивая букет. One I can't forget, the last cigarette. — Дарю, — отрезал он, ожидая реакции. Right there at my fingertips, I got your taste still on my lips. — Нихуя, спасибо, — Чес растянул улыбку на пол лица, забирая букет. И уходя куда-то. Через пару минут возвращаясь и ставя сирень в какую-то цветастую вазу, возле «кровати», — а чего такая щедрость? — Ди уже сидел на полу, куря сигарету. Чес подсел ближе, чем планировал, выжидая ответ. Right or wrong, — Хэви неаттестацию хотели поставить по обществознанию, отец отмазал. А Хэви сказал, что не собирается выслушивать его долгие лекции и ушел, сегодня сирень рвал, чтобы простили. А я за тебя подумал, поэтому попросил еще и мне сорвать, — Чес быстро прикоснулся губами к щеке Ди. и опешил, выранивая сигарету из рук. You're still gone, gone, gone. — Спасибо, — твердо сказал Чес, смотря в лицо младшего, наблюдая. Ди рывком потянулся к Чесу, они стукнулись зубами. Ди не церемонясь, сразу запустил язык в рот партнера. Чес не сопротивлялся, чуть открывая глаза и наблюдая за неуверенностями мальчика. В животе Ди летали бабочки, они сбивали друг друга, падая и те, кто больше не могли взлететь, щекотали лапками, вызывая тягостное желание внизу. Губы белели от сильного соприкосновения, вызывая боль, но эта боль была сладкой, как и кровь на покусанных губах Ди. Время будто замедлилось, стало слышно, как кто-то за окном разговаривает, идет или же дышит. Мешало. Чес разорвал поцелуй, поглаживая большим пальцем по подбородок, держа на расстоянии, создавая границы. The last cigarette…** — Не сейчас, малыш, — растягивая слова прошептал Чес, его глаза были чуть приоткрыты, казалось, что он щурился, хотя плохим зрением не страдал. — Поможешь? — отпустив подбородок, спросил Чес, кивая на свое старое дело. ___ Обломав пару веток, игнорируя чьи-то крики о том, что: Куда молодежь пошла? Он все же дошел до остановки, практически сразу, подъехал автобус…