ошибка.

дверь так громко хлопает, что уши сразу же закладывает. сынмин шмыгает носом. в голове проносились миллионы мыслей о том, как сейчас себя чувствует феликс, но, завидев его в дверном проходе, он сразу же перестал об этом думать. на глазах снова и снова выступали слёзы. именно в подобные моменты сынмин терял контроль над собой и не мог связать даже двух слов. феликс ходил туда-сюда, закидывая вещи в чемодан. он пытался их складывать, но из-за злости его руки тряслись, одежда выскальзывала и падала на пол. феликс рычал, сразу же подбирая вещь и чуть ли не швыряя её в чемодан. сынмин съеживался всё больше. ему было страшно, но нужно было что-то сделать. — феликс, давай- феликс сразу же остановился и посмотрел на сынмина. в чужих глазах он видел слёзы, но гордость была выше. хотелось сейчас убежать отсюда, не смотреть на заплаканного сынмина и забыть о том, что они когда-то встречались, но что-то не давало сдвинуться с места. сынмин молчал. он смотрел на феликса с такой тоской и отчаянием, что сам не верил в свои чувства и эмоции. — давай поговорим... пожалуйста, — феликс, наверное, перестал дышать. только его глаза говорили больше, чем любые слова, кинутые некоторое время назад. сынмин ломался под его взглядом. он никогда не мог смотреть на то, как злится любимый человек. это было особенно изощренным способом самоистязания. — мне кажется, я уже всё сказал, — наконец ответил феликс. он до сих пор не двигался, но, кажется, огонь ярости в его глазах стал меньше. — может быть, но я - нет. сынмин поднялся с дивана, собирая остатки самообладания в кулак, и подошёл ближе к феликсу. несмотря на огромное желание прямо сейчас рухнуть на пол, он твёрдо стоял на ногах. — ты не представляешь, насколько сильно я тебя люблю. каждая наша ссора всё больше рвёт то, что мы создавали несколько лет. неужели ты не понимаешь этого, феликс? — сынмин не услышал ответ, поэтому продолжил чуть громче, — я бы хотел, чтобы мы были счастливы, но, послушав то, что ты наговорил несколько минут назад, я начинаю сомневаться во взаимности наших чувств. скажи, что я сделал не так? феликс прожигал его насквозь. создавалось ощущение, что карие глаза способны пролезть в душу и прочитать там всё, даже больше. сынмин уже начал думать, что это бесполезно, но низкий голос сразу убедил в обратном. — всё. ты моя огромная ошибка, ким сынмин. эти слова втоптали сынмина в грязь окончательно. он до последнего верил, что феликсу не всё равно, но теперь всё встало на свои места. в жизни феликса никогда не было места для сынмина. вопрос в другом: почему он не понимал этого раньше? почему терпел все эти ссоры? почему запирался в ванной, слушая, как феликс бьёт посуду, и ничего не предпринимал? сынмин посмотрел на него в последний раз и улыбнулся, опуская голову. это был последний день их совместной жизни. и последний день, когда сынмин терпел выходки ныне любимого и дорогого человека. жаль, что теперь феликс не увидит красивые белоснежный крылья за спиной своего бывшего.