Не суди по фамилии

Утро началось с того, что Даша проспала. Нагло, зато честно. Спешила со всех ног, опаздывать на тренировки она очень уж не любила. И Даниил Маркович тоже не любил, когда она опаздывала на тренировки. Анна Станиславовна относилась к этому проще, с улыбкой и легкой нотацией. А он… В общем, не хотелось бы опаздывать прям сильно. Сумка перевешивала хрупкую девушку, она то и дело вязла ногами в сугробах. Что за снежная Москва? Филиал Сибири открыли? Шутка даже самой Даше не зашла, поэтому она предпочла просто быстрее двигать ногами и наконец-то добраться до «Хрустального». А то она как в зыбучих песках — цель видит, да подойти как-то не может. В помещение не зашла — ввалилась. И даже не заметила, что она не одна такая опаздывающая. Практически свалилась на спину бедному парню, который совсем недавно кормил её запрещенкой. Пирожками. Марк Андриенко испуганно посмотрел назад, выдыхая через зубы при виде Даши. — Ты чего меня пугаешь, — он приложил руку к сердцу, — Привет. — Привет, — Даша начала копаться в карманах в поисках пропуска, который вот никак не находился! Куда же ты делся, олень? — А я тут слышал… — боже, что ты слышал? Даша подняла на него голову, но, честное слово, знать что именно он слышал желания не было никакого. Он такой парень — очень доверчивый и мнимый, — Что ты четверной лутц прыгаешь. Это как, правда? И огромные глаза. О, пропуск! Но как-то не до него Даше уже. Очень приятно, что про это знает даже он. Но, она ведь не совсем прыгает. Так, падает с него… Она неловко пожала плечами, прикладывая пропуск к турникету и наконец-то оказываясь по другую сторону от него. Марк последовал её примеру и, видимо, все-таки хотел услышать ответ. — Ну… не совсем… Я прыгнула один раз, но это же не в программе, — она дернула плечом, явно желая скрыться от этого неловкого разговора. Это все прекрасно, приятно, но говорить о собственных «заслугах» было как-то странно. Особенно с учетом, что она толком-то ничего и не заслужила ещё. Вот если будет медаль Чемпионата России… Вот это другой разговор. — Не скромничай, — Марк подмигнул, — Как у тебя подготовка вообще? Пойдем, провожу. У него стояла тренировка в зале, это Даша точно знала. Черт с ним, проводит до раздевалки и отстанет. У неё ведь сейчас лёд, с прокатом произвольных программ. — Да как-то идёт, сегодня катаем произвольные, будет видно. — О, значит я посмотрю. Я сегодня тренируюсь с твоей группой, — да ёлки! Даша вздохнула, натягивая улыбку. Хоть бы он не трогал её с вопросами по поводу лутца и её деятельности в целом. Тренироваться рядом? Пусть тренируется. Ей не принципиально важно. — А ты как? — Готов к труду и обороне на все двести процентов! — он был весел и полон сил, судя по всему, — Ну все, удачи. Я буду болеть за тебя! И тактично оставил её одну возле раздевалки. Даше даже стало стыдно, что она подумала о нём как о приставучем парне. Может быть, к нему стоит присмотреться получше? Она ещё немного посмотрела ему в спину, после заходя в раздевалку. Ладно. Она подумает над этим, но сейчас нужно готовиться к новым свершениям. Если четверной лутц дался вчера, должен даться и сегодня. Она будет бороться за него до конца! Марк шёл в сторону мужской раздевалки своей группы слегка задумчиво. Так задумчиво, что не заметил Мирославу Маркову, подошедшую из-за угла, словно она хотела его напугать. — Привет, — рассеяно поздоровался парень. — Здра-а-авствуй, — протянула Мирослава, улыбаясь во все тридцать два, — Дашу проводил? — Угу. — Нра-а-авится? Марк словно ударился обо что-то. Резко встал на месте. Посмотрел вплотную на Мирославу, хлопающую ресничками как самое милое существо на свете. А в следующую секунду сорвался в быстрый шаг, что-то пробубнев ей в ответ. Мирослава не стала разбираться, что именно было сказано, просто рассмеялась и направилась на лёд. Такие глупые ребята, ведь видно, что они отлично смотрятся друг с другом. Она была готова поставить на то, что они будут вместе! Или как минимум на то, что она нравится Марку. Вот ведь у них семейная любовь к именам!

***

До начала тренировки оставалось минут пятнадцать. Даниил Маркович сидел на скамейке, в раздумиях смотря в пустоту. Его мысли летали далеко от этого места, но были непосредственно с ним связаны. Быть главным оказалось не так весело, как он себе представлял в молодости. Как-то… Слишком сложно. — Дань, что такое? Голос сбоку он услышал. Но не отреагировал. Он думает, она прекрасно поймет его. Аня присела рядом с ним на корточки, заглядывая прямо в глаза. Тут Глейх не смог устоять, заглядывая в глаза любимой. Вот кто знал, что тренерская работа может принести плоды в виде любви к собственной спортсменке? Аня тепло улыбнулась, переплетая их пальцы между собой. Даниил не смог удержаться от улыбки, наклоняя голову чуть в сторону. — Я не могу решить насчет программы в техническом плане… Я ведь больше хореограф. Как же мне определиться так, чтобы не сломать спортсмену карьеру? — вопрос был предельно честным, ведь именно об этом и были его великие думы. — У тебя есть я, я могу посоветовать, — Аня говорила тихо, но так откровенно и открыто, как умеет только она. Даня не мог на такое молчать или отказать. — Проблема с Дашей Кондратюк. Она очень способная девочка, сильная, спортивная. Да и генетика… сама понимаешь. Она хочет больше, больше четверных. И выигрывать за счет них. Но я так боюсь, что получится как с Сашей. Она… ты сама понимаешь. Я не хочу ломать ещё одну девочку из штаба, тем более она идеальный баланс между хореографией и техникой. Но и отстать она от меня не отстанет с четверными. — Но, смотри, — Аня начала рисовать узоры на ладони Глейхенгауза, отвлекая его от плохих мыслей, — Девочка пластичная. Очень хореографичная. Она же не будет ставить в урез хореографии четверные. Если у неё будет получаться баланс программы на максимальной сложности и компонентности, то почему бы и нет? Многие устроены так. Лучше сиять как самая яркая звезда три года, чем гореть слабым светом десять лет. Саша не сломалась от нашего штаба. Она расцвела и сделала всё, что могла для всего сообщества фигуристов в целом. Даниил пожал плечами, вновь переводя взгляд в пустоту. Он думал примерно так же, но это было безумно сложно, когда приходилось принимать решение. Аня поднялась, обнимая его за плечи и оставляя лёгкий поцелуй на макушке. Вокруг талии тут же образовались руки, крепко обнявшие жену. — Не заморачивайся на этот сезон. Три четверных — это уже невероятно круто. После в межсезонье будем с ней рассуждать и разговаривать. И с родителями. Хорошо? И вновь он пожимает плечами… Анна хочет ещё что-то добавить, но не может, ведь в зал начинают заходить ребята. Бывшая Щербакова быстро делает шаг назад, улыбаясь воспитанникам. — Здравствуйте, — Глейх тоже им улыбается, но прошлая тема не остаётся без внимания, — Даша! Даша! Первая катаешь произвольную после отработки скольжения! И после, уже наклоняясь к Ане: — Попробуем сейчас с тремя. Будет чисто — завтра катает с четырьмя, если захочет. — Ты… уверен? — Как я могу быть уверен в ребенке Кондратюка и Трусовой? Да она может мне тут через годик шесть квадов в одной программе выдаст! Я вообще без понятия что ожидать! Конечно, он шутил. Аня улыбнулась, качая головой. Но в каждой шутке есть доля шутки. А все остальное — правда.