первая и полсденяя часть лол
10 июня 2022 г., 20:41
333
12 сентября, 1992 год. Марк дрожащей рукой взял ручку, нервно перебирая её пальцами. Его недавняя истерия слишком сильно отразилась на нем — он был уставшим, бледным и разбитым. Все вещи, ранее лежавшие на своих местах, теперь повсюду разбросаны на полу. Он не может разобрать, где что находится, и судорожно пытается найти что-то подходящее под блокнот. Громкие звуки за дверью его пугали, но парень знал — пока дверь закрыта, он в безопасности. Никто и ничего не повлияет на него. Пока что он был спокоен — верил в то, что копы приедут к нему, убьют это мерзкое существо, которое в любой момент было готово растерзать его тело на отдельные части. Найдя блокнот, он начал расписывать свой каждый день, молясь о спасении.«Бог, безусловно, любит меня. Всегда помню об этом, несмотря ни на что. Бог любит всех нас, потому что он был избран для этого. Он любит меня в то время, когда меня не любит никто другой. Я чувствую себя спокойно.»
— Но на деле Марку было страшно. Ему казалось, что его кто-то пытается переубедить его, что его никто не спасет, что все эти слова — лишь какие-то бессмысленные попытки прикрыть свой страх. Убрав блокнот в ящик шкафа, он встал на колени и молитвенно сложил ладони перед собой. Это было единственное, что он мог сделать — он ждал и молился. 13 сентября, 1992 год. Часы сменялись сутками, но к нему по прежнему никто не приходил на помощь. Чувство одиночества и потерянности все усиливалось, а мысли о том, как оно может отразиться на его физическом состоянии, пугали. Сколько времени он провел в таком состоянии, он не знал. Ему кажется, что крики, смех, музыка были всего лишь галлюцинациями, созданной его собственным подсознанием, пытавшимся убедить его, что он находится в пустоте. Он вздрагивал лишь от мысли, что это существо сможет открыть дверь.«Сегодня тот день, в который я нуждаюсь в любви бога больше, чем когда-либо. Я одинок. Я хочу почувствовать лишь каплю его любви»
— новая запись в дневнике оказалась намного короче, нежели прошлая. Руки тряслись еще сильнее — от этого почерк становился непонятным и неровным. Он по-прежнему верил, что Бог его услышит, но на свои просьбы не получил никакого ответа. Ему нужна была любовь Бога, чтобы забыть свое одиночество, но вместо этого он получал галлюцинации, заставляя его рассудок страдать от жестоких приступов паники и страха. 14 сентября, 1992 год. Кажется, он начинает сходить с ума. Вот уже несколько дней, как он слышит голос, зовущий его по имени, кричащий, молящий, зовущий. Марк отчаянно пытался дозвониться до службы поддержки. Но никто не взял трубку.«За тобой никто не придет, Марк»
«Ты останешься один навсегда, Марк»
«Открой дверь.»
«Открой глаза.»
Марк молился — он был так беспомощен перед лицом накатывающей волны безумия. Голос лишь больше пугал его, он пытался имитировать человеческую речь, но постоянно переходил на шепот. От шепота сознание Марка будто менялось, что-то скручивая и перебирая всё в голове. Ему не хотелось оставаться в одиночестве, он нуждался в любви, в милосердии. Но ведь сейчас ему никто не помог. И разве он не ясно понимал, что надо рассчитывать только на себя?«Мой Лорд, я боюсь, что я прошу о твоей любви и защите слишком много.»
— почерк становился еще хуже, выдавая его явное безумие. Марк не верил в возможность галлюцинаций после стольких дней непрерывного напряжения. Но хуже всего было то, что он совсем не мог думать, его мысли разбегались в стороны, унося с собой остатки способности концентрироваться. Он продолжал молиться, не зная, что его крики о помощи идут в никуда. 15 сентября, 1992 год.«У меня больше нет шансов.
Копы не пришли.
НИКТО НЕ ПРИШЕЛ ЗА МНОЙ.
Кто бы не читал это, прошу, прекратите это прямо сейчас, пока это не сделало что-то ещё.
Кому я молился все это время? Кому я молился все это время? Кому я молился все это время?..»
— Он продолжал писать эти строки, один за другим, все быстрее, пока они не превратились в неразборчивый сгусток слов. Кажется, он понял, что существо хотело до него донести — оказывается, что Бога, которого он воспевал, просто не существовало. Осознание того, что ты молился несуществующему, делает обращение к Нему бессмысленным. Голова болела до такой степени, что соображать становилось все сложнее. Марк упал на кровать и свернулся в клубок. Его мысли начали путаться.«Мои глаза широко раскрылись.»
— его рука дрогнула, выводя последнюю строчку на бумаге. уже не выражал никаких эмоций — всю его сознательную жизнь ему врали. Врали о том, что такое Бог, и как его достичь. Соврали о неизбежности смерти и справедливости возмездия. Ему нагло врали в лицо всю жизнь. Кажется, этого осознания и хотел достичь это Существо. Так вот, что они имели ввиду, когда кричали о мольбе открыть глаза? Теперь он впал в отчаяние. Он не знал, что делать дальше. Ничего не оставалось, кроме как убить себя. Выбраться отсюда живым не получится — Хитклифф пытался донести крик о помощи, но его никто не услышал.И не хотел слышать.
Из тумбочки он достал пистолет, проверяя наличие патронов. Ему повезло — осталась всего лишь две пули. Взяв пистолет, он вышел в коридор. — ТЫ ЧЕРТОВ УБЛЮДОК! — закричал Марк, после чего он выстрелил себе в висок. Он ощутил удивительную, звенящую чистотой, прохладу. Все замерло. Теперь он в пустоте, обреченный на вечный покой. И больше никто не посмеет его потревожить.
Примечания:
на саомм деле я хз че там ощущюат после срмети но пдопустим
