Сказка на ночь

Тишина... Ее нарушают лишь тиканье часов, шорох штор от лёгкого ветерка из открытого окна и переворачиваемые страницы. Уличные фонари за окном внизу светят так ярко, что их свет попадает в спальню через широкое окно, тускло освещая комнату. Часы на прикроватном столике рядом со включенным светильником показывают глубокую ночь, но это не мешает парню наслаждаться захватывающей главой своего любимого романа. Син Цю лежал на самом краю большой кровати, поближе к свету, загораживая его так, чтобы им не будить мирно спящего где-то под боком и обнимающего его Чун Юня. На самом деле парень пообещал ему заснуть ещё два часа назад, но каждая новая глава захватывала все больше и больше. Да и Чун Юнь засыпал быстро, а спал крепко, так что Син Цю смог по-тихому почитать подольше. Неожиданные сюжетные повороты, заставлявшие сердце трепетать, возможность переживать за героя, прекрасный слог — что ещё нужно для хорошей книги? Когда последняя страница была прочитала, он с тихим и удовлетворённым вздохом закрыл книгу. — Ох, шея затекла... — подумал про себя Син Цю и попытался разомнуть ее, но нечаянно задел парня рядом. Он резко замер. Чун Юнь немного поворочился, и скоро снова стало тихо. Тихо вздохнув от облегчения, что его не заметили, Син Цю уже потянулся к столику, чтобы положить книгу на место и выключить свет. — Син Цю? — хрипло раздалось и зашевелилилось под боком. Парень моментально выключил свет и замер, перестав дышать, надеясь, что тот снова ляжет спать и не заметит его. — Ну ты обещал же. — лениво послышался тихий голос, борющийся со сном. Чун Юнь сел полулёжа, облокачиваясь на локтях, потер глаза. — Сколько времени? Син Цю еще молчал, делая вид, что спит и ничего не слышит. — Да не спишь ты. Я свет видел. — Эх... — Син Цю положил книгу на столик, включил свет и посмотрел время. — Два. — Вот врушка... Сказал, что заснешь когда? Тебе же вставать рано, сам говорил. — Было слишком интересно. — плюхнулся парень обратно на кровать. — Син Цю, Син Цю — разочарованно вздохнул Чун Юнь. — Подай попить. Син Цю опять наклонился к тому же столику и подал ему стакан с водой, который стоял там каждую ночь. Затем поставил пустой обратно. — Давай спать. Чун Юнь взбил подушку себе и ему и улёгся, накрываясь одеялом, пододвигаясь ближе, пытаясь не заснуть прямо сейчас. — Я уже не смогу. — вздохнул Син Цю, заложив руки под голову, глядя на большую люстру. — Ну же... — Сказку расскажи. — насмешливо произнес тот. — Что? — Кхм... — все же хорошо, что света с улицы не хватит, чтобы осветить его лицо, иначе Чун Юнь бы увидел редкое смущение на лице парня. — Расскажи мне что-нибудь, чтобы я заснул. — Обещай, что тогда заснешь. Син Цю захихикал и прижался к Чун Юню, обнимая. Тот положил ему руку под голову. — О чем тебе рассказать? — О чем хочешь. Что тебе мама рассказывала, когда ты был маленький? — Ну чаще всего это была сказка о мальчике и духе. — Звучит интересно. — Тогда слушай и засыпай, пока я не сделал это первее. Чун Юнь словно сам оказался маленьким мальчиком, которому мама рассказывала сказку на ночь. Увлекшись, сам того не заметив, он начал расслабленно поглаживать макушку Син Цю, пока тот своим горячим дыханием дышал ему в самую шею. — А потом? — очень тихо спросил Син Цю. — Ты еще не спишь? — Нет, но хочется... — А потом они пошли в путешествие. Син Цю любил, когда его гладит по голове Чун Юнь. У парня особенно трепетно получалось это делать, поэтому мечник буквально таял под ласковой рукой. Да и когда экзорцист рассказывает что-то неспеша, мягким и тихим голосом, хочется просто растаять. Глаза начали слипаться: все же не спать больше суток плохо на него сказывалось. Слова уже начали по-тихоньку превращаться в бессвязную кашу. — И мальчику тогда пришлось попрощаться со своим духом... Встретились через много лет... И жили все долго и счастливо. Почувствовав, что нет никакой реакции, Чун Юнь спросил спит ли он. — Угу. — больше похоже на непонятный бубнеж, чем на утвердительный ответ, донеслось до него. — Вот и хорошо. Чун Юнь аккуратно убрал руку из-под его головы, поправляя растрепавшуюся длинную челку и сам того обнял, целуя в лоб со всей нежностью. — Мой маленький книголюб... Спокойной ночи. Уже не надеясь на ответ, он услышал сонное промямленное «Люблю тебя». — И я тебя люблю.