Закон Зверя

      Яркий лунный свет падал на голые ветки деревьев. Пожелтевшие листья немного шуршали под ногами. Я запрыгнула на ветку рельефного дерева, которая укрылась инеем. Лунный свет отбился от моих глаз, они вспыхнули цаворитовым льдом. Я подняла взор на луну. «Завтра полнолуние.» Дунул прохладный осенний ветер. Растрепывая мои и без того запутанные, каштановые волосы с поседевшими прядями. Осень выдалась довольно холодной в этом году. Хоть завтра уже зима, я одета в весенние сандалии, легкие штаны и порванную кофту. Вам, наверное, интересно, почему я так легко одета? Мы ведь живем в мире где все делится на альф, омег и бет. Я родилась в семье где испокон веков рождались только альфы. Омег они считали слабыми и беспомощными, максимум что может омега- это быть хорошей и покорной секс-игрушкой. Как вы поняли, я родилась омегой. Я не помню какая у них была не это реакция, да и не могла помнить, ибо мне тогда было всего то три месяца. Но с тех пор забочусь о себе сама. Ведь не гоже чтобы в семье альф родилась такая слабая и плаксивая омега. Которая спит и видит, как манипулировать альфами. По правде, я уже не помню когда в последний раз плакала. Максимум когда ветер дует в глаза. Им не нужна омега.       Ветер за собой принес запахи различных трав и животных. Я спрыгнула с дерева. Листья подо мной издали неприятный шелест. Я двинулась в глубь леса. Мои движения были плавными, задняя нога ступала туда же где была рука секунду назад. Когда я подобралась ближе к цели я сбавила темп и ещё раз принюхалась. В этом лесу водятся не только травоядные, а и лисы, волки, рыси, в самой глубине леса, где начинаются горы, водятся пумы. Поговаривают, что эти хищники убили нескольких людей. До недавнего времени это были всего лишь слухи. Но месяц назад, местные охотники нашли растерзанное тело человека, а точнее его обглоданные кости. Я в начале не верила. Вот только четыре дня назад я самолично видела, как крупная рысь затаскивает свежо убитого мальчика в кусты. Мальчику было от силы лет 10, в его глазах навеки застыл немой ужас. Мне б следовало больше никогда не заходить в этот лес или хотя бы не заходить так далеко. Я даже в начале так и делала. Но после трехдневной голодовки я поняла, что такими темпами я скорее сдохну с голода, нежели я стану едой для здешних хищников.       Я замерла. Всего в пяти тигриных хвостов от меня стоял заяц. Похоже он что-то заметил, потому что он не спал как полагается зайцем ночью. Я стояла с подветренной стороны. Заяц даже если бы хотел, не смог бы меня учуять, ибо ветер дул прямо на меня. Главное дождаться, когда он отвернется. То у зайцев хорошо развитое ночное зрение и слух. Заяц был жирным и очень крупным, сразу видно, основательно подготовился к зиме. Как он до сих пор не стал едой для хищников? Я это исправлю. Его шерсть уже успела сменить цвет на белый. С него получилась бы отличная шубка. Мне как раз такая шубка понадобилась зимой. С ней будет намного легче спрятаться от добычи и хищников зимой. Его мяса мне и Бурану хватит где-то на неделю. Только другие хищники могут отобрать этого зайца, если я его плохо спрячу. В принципе, его шкуру можно снять, часть его мяса можно съесть и спрятать, а остальную часть выгодно продать. На местном рынке мясо с этого леса высоко ценятся. На выручку кроличью шкуру отнести к швее. Она уже мне сделает со шкуры шубку. Но для начала зайца надо поймать.       Я сглотнула слюну, которая из-за запаха зайца и долгой голодовки набежала в рот. Наконец заяц отвлекся на упавшую ветку с дерева. Это мой шанс! Я медленно начала приближается к своей добыче. Моё дыхание замедлилось. Казалось весь мир остановился. Я уже не замечала ни леденящего холода, от которого любой неподготовленный человек в лучшем случае ляжет в больницу, ни острой ветки, которая расцарапала мою руку, ни того что пошел первый снег. От зайца меня отделяло расстояние в два тигриных хвоста. Надо действовать быстро и без лишних движений. Живот чуть ли не вплотную прижат к сырой земле. Сердцебиение ускорилось. Мускулы напряглись. Ноги и руки казалось вросли в землю. Напряглись пальцы на руках. Открыла рот. Обнажая своё единственное оружие. Клыки и когти. Сокращаются мышцы. Прыжок.       По ночному лесу раздается испуганный писк белого зайца. Я клыками, которые по остроте не уступают лезвию, пытаюсь добраться через мягкую шерсть до глотки. Когтями пытаюсь зафиксировать себя на белоснежной спине. Только не успеваю. Заяц делает резкий перекат на спину и обратно. Я падаю на сырую от снега землю, но челюсть не разжала. Если я отпущу зайца он убежит, и я снова буду голодать. А этот заяц до неприличия крупный и упитанный, им можно долго прокормится, не ходить на охоту, и не рисковать собой идя в этот лес. Из-за снега всё окрасится в белый и мне будет в два, а то и в три раза тяжелее поймать еду. А без еды как известно долго не живут. Особенно зимой.       Заяц времени зря не терял. Он резко дергается, прыгает вверх. В моей грудной клетке слышится приглушенный треск. С моего горла вырывается сдавленный рык боли. Я на рефлексах разжимаю челюсти. Заяц вырывается и бежит в сторону. Я вскакиваю за ним. У меня есть ровно совсем мало времени чтобы догнать зайца, иначе он наберёт ту скорость, на которой мне его не догнать. Моя огрубевшая ладонь приземляется туда же где были лапы ушастого. В лесу начался лютый снегопад, настоящий буран. Из-за снега не слышно запаха зайца и он сливается с природой. Понять можно что я бегу за добычей только по следам на снегу, и те почти сразу засыпает снег. Я не должна его упустить!       Я по рельефному дереву запрыгиваю на верх. Сначала это кажется глупым поступком. Но это только с первого взгляда. Лес слишком густой, если я продолжу бегать по земле, мне придётся облегать каждое дерево. Обежать дерево это всего лишь секунда, но за это время заяц спокойно пробежит три дерева. Из-за снега мне придётся бежать медленнее чем необходимо, в ином случае я просто врежусь в дерево. Ушастый умный попался. Даже снегопад перевернул себе в плюс. Но я умнее. Самым верным решением будет запрыгнуть на дерево и бежать по верхним путям. Листвы на деревьях нету, так что меня не выдаст упавший лист. Благодаря когтей я цепляюсь за ветки дерева и мне проще бежать. Даже снегопад мне на руку. Буран глушит звуки моих прыжков. Упавший с веток снег сливается с бураном. Для зайца я невидимая.       Каждый шаг, каждый прыжок отдавался болью в груди. Я бы давно закончила эту охоту, если бы не дикий голод. Я и так много дней не ела. Если сегодня не поем, я долго не протяну.       Я из последних сил ускорила бег. Боль в груди значительно усилилась. Хотелось упасть на бок и свернуться клубком от больно. Силу мне предавал мороз и голод. Лес стал значительно гуще, снегопад усилился. Зайцу подо мной пришлось замедлиться. Я же наоборот ускорилась. Мой бег был ровно в полтора раза быстрее заячьего. В голове сразу всплыли слова Бурана: «Если добыча бежит по земле, а ты по деревьям, надо бежать ровно в полтора раза быстрее нее. Дождись, когда добыча будет в 45° от тебя. В этот момент прыгай!»       Пора прыгать! Но сомнения… вдруг слишком рано? А вдруг слишком поздно? Вдруг я не успею его убить? Вдруг, а не успею закрепить себя на его спине? Тогда он вырвется и в лучшем случае я буду голодать, а в худшем он мне сломает ещё пару ребер, и я буду голодать до тех пор, пока не вернется Буран. Он будет во мне очень разочарован… или вообще умру, зима — это не шутка. Было не так страшно умереть, как разочаровать Бурана.       Плевать на всё! Я каждый раз резкую заходя в этот лес! Охота это всегда риск!       Делаю глубокий вдох. Прыгаю! Во время прыжка снег залетал мне за шиворот и так разорванной кофты. Под ногами чувствую мягкую шерсть. На этот раз не медлю. Задними ногами обхватываю зайца. Тот этого не ожидал. Секунды его испуга хватает мне чтобы перекрыть ладонями обзор. Для надёжности впиваюсь когтями в переносицу. Одновременно впиваюсь клыками ему в глотку. С радостью чувствую солоноватый привкус во рту. Теплая, горячая кровь. Длины клыков недостаточно чтобы перекусить Сонную артерию или Яремную вену. Но придушить вполне могу.       Заяц подо мной брыкается, пытается скинуть. Я в ответ когтями впиваюсь ему в переносицу и когтем на большом пальце в глаз. Заяц заверещал. Места где были раньше глаза потекла какая-то жидкость. Мне не было противно. Ведь если начну брезговать заяц убежит и его моментально поймает другой хищник. Без глаз он долго не протянет.       Заяц из последних сил переворачивается на спину. Наверное, надеется провернуть тот же трюк что и в прошлый раз. Хе-хе. Наивный. Со мной дважды один и тот же трюк не сработает.       Тело зайца обмякает. Я больше не чувствую сопротивлений. Кое-как выбралась из-под уже мертвой туши. Хочется сразу поесть и упасть спать на этот же месте. Но нельзя. Скоро на запах крови прейдут хищники. Они легко смогут у меня отобрать зайца. Я даже в полностью здоровом виде ничего не смогу противопоставить здешним хищникам. Со сломанными ребрами я уж точно ничего не смогу сделать.       Закидываю заячью тушу на себя и иду к окраине леса, туда нужно добраться как можно быстрее. Только там можно спокойно поесть и не боятся, что у меня отберут по праву заслуженную добычу.

***       Тихие, бесшумные прыжки по заледенелому дереву. Почему заледенелому? Всю ночь шел снег, а на утро в силу вступило солнце. Только это долго не продлилось и инициативу вновь перехватил мороз. Теперь все деревья укрыты слоем льда. И без когтей по ним невозможно перемещаться. Да, знаю, что все нормальные люди не перемещаются по деревьям. А если решаются на это, то уж точно не зимой, когда каждая веточка укрыта льдом, за который невозможно ухватиться обычному человеку. Дам… помнится мне что когда-то мой старший брат тоже пытался прыгать по деревьям так же, как и я. Только он пытался в гололед. И когда он упал с дерева и сломал шею, в этом естественно обвинили меня. Аргументируя это тем, что я подала плохой пример брату, да и вообще я омега. А омеги, по их мнению, все тупые, омега обязана лишь рожать и воспитывать детей. На другое омеги не способны. И их плевать на то что он старше на меня девять лет! За это время должны свои мозги появится. Он же альфа, альфы самые умные. Хатьфу! Раз он видел, что на улице гололед и деревья покрыты льдом, так какого полез на дерево, раз омеги тупые, а он такой умный ведь он альфа. Чтоб мозги появились надо их каждый день развивать, узнавать что-то новое. А не надеется на то, что он альфа и ему все при рождении дано и у него появятся мозги от игры в приставку. Поэтому он шею и сломал. Потому что тупой как пень, хотя пень умнее его. Ведь он даже не додумался надеть свои шипованные перчатки. Так было бы холь какое-то сцепление. Что касается меня. Мои ногти не растут как у обычного человека. Ногтевая пластина та же. Только сами ногти у меня грубее и намного толще. Что странно, они в длину растут где-то на сантиметр. Дальше они сужаются по длине и по ширине. Так же они немного закручиваются во внутрь. Буран мне рассказывал, что у меня ошибка генетического кода. Возможно из-за этого у меня такие когти, превосходные слух и зрение.       Даже сейчас, я прекрасно всех слышу, вижу. А меня могут заметить лишь дикие звери. Возможно, меня б могли видеть другие люди. Но на мене чисто белая заячья шубка с редкими коричневыми пятнами, кое-где полосами. И да, я всё же успела дотащить зайца к окраине леса. Там я поела. Сразу сняла его шкуру. Половину мяса я спрятала от других хищников, оставшуюся половину продала на местном рынке. Меня хоть все местные жители ненавидят. Но стоит мне появится с мясом из этого леса, сразу всё меняется. Я продала мясо достаточно выгодно. Не теряя времени, я сразу подалась к швее с деньгами и заячьей шкурой. Шкура оказалась больше, а я меньше и худее чем я думала. Мне одной шкуры хватило и на шубку с капюшоном, и на штаны. Что правда, швея сказала, что окрас зимней одежды не очень. Но так скажет лишь обычный человек. Для меня это идеальный вариант! Сами подумайте, во время быстрого бега по ветрам, я идеально сливаюсь с деревьями. Белая шерсть- это снег и лед, а коричневые вкрапления- это изредка выглядящая кора деревьев. Для всех я стою практически невидимой. Выдать меня может только мой запах. Для людей, я на все сто десять процентов невидимая.       Что касается того что мне заяц повредил ребра. Я вначале хотела сходить в больницу. Но вспомнила что меня оттуда либо вышвырнут, либо сдерут денег в пять раз больше. Поэтому, я дождалась пока медсестра выйдет из комнаты. В то время пока ее не было, я забрала несколько бинтов и шприцов с жидкостью, которая блокирует боль. В лесу я пробила заледеневшее озеро, там промыла царапины и раны от заячьих когтей. Затем вколола шприц с, блокирующей боль, жидкостью или как я называю — абезбол. И обмотала грудную клетку бинтами. На животе были лишь царапины, и живот обматывать бинтами не стала.       Я резко остановилась. Краем уха услышала какой-то звук. Он шел где-то со стороны города. В тоже время не в самом городе, а на его окраине. Я насторожилась. Звук прозвучал снова. Он был похож на сдавленный крик о помощи, какого-то животного. Определить откуда он было невозможно, ветер сразу разносил его по всей окраине города. Я закрыла глаза, чтобы лучше понять источник звука. Ветер затих. Долго ждать не пришлось. Крик о помощи прозвучал снова. Источник звука я определила моментально. Сразу видно, тренировки с Бураном не прошли зря.       Я мягко прыгаю и приземляясь на снег. Моментально срываюсь с места. Бегу ровно на источник звука. Как только моя рука коснулась твердого асфальта я замедлилась. В городе я всегда себя чувствую неуверенно. Здесь будет труднее убежать, скрыться и спрятаться. В лесу же я могу залезть на дерево, на самые тонкие ветки, которые выдерживают лишь меня. Или же смогу запутать следы. Заведя врага в заранее приготовленную ловушку.       В мое поле зрения попадает знакомое трехэтажное здание. На его стене на треть обрубленная пожарная лестница. Я частенько с по ней убегала от пьяниц, наркоманов. Или когда сворую какую-либо вещицу с магазина. Мне ведь не каждый день удается поймать еду. Эти люди даже не удосуживаются закрыть двери или окно. А пароль оставляют открытым и то и другое. Я же это воспринимаю как приглашение зайти и забрать что-то себе.       Мои ноги и руки уже на автомате прыгают немного правее ржавой лестницы. Там я отталкиваюсь от чуть-чуть выпирающего кирпича. Хватаюсь за самую нижнюю перекладину. Вообще странные эти люди. зачем ставить лестницу если она не достает до конца? И ладно бы если она не доставала на метр. Так она не достает до земли на целый этаж! Это между прочим больше двух метров! Вот представим себе такую ситуацию. В доме пожар. Те, кто живет на первом этаже выбегут через двери и окна. А что будут делать живущие на втором и третьем? Взрослые с горем пополам смогут спрыгнуть, подростки спрыгнул в силу своего дебилизма. А как выберутся остальные? Я про детей, младенцев, инвалидов, стариков. Не все же каждый день практикуют прыжки с высоты. Да, я прекрасно знаю, что мне нет до этого дела. Но всё же. Эти двуногие быстро поддаются панике, а командной работой у них даже и не пахнет! В принципе, другого от двуногов я не ожидала.       Я резко торможу, чувствуя в воздухе до боли знакомый противный запах. Этот запах я узнаю из тысячи! Я бы многое сделала, лишь бы владелец этого запаха умер мучительной смертью. Чей это запах? Этот запах принадлежит одному из моих «братьев», судя по запаху, среднему «брату». Морщу нос, когда этот противный запах проникают ко мне в нос. Затем хмурюсь, понимая, что «брат» находится там же, куда я спешу. По крышам подбегаю ближе. К запаху «брата» примешивается запах крови. Крови котенка. Этот котенок, похоже тот, кто звал на помощь. Что странно в запахе этого мудака нет того азарта, с которым он всегда убивал тех животных, которые не могли дать ему отпор. «Мудила ёбаный»       Когда подбежала к краю нужного дома, всматриваюсь вниз. Как я и ожидала, внизу стоял мой средний «брат». В одной руке он держал какой-то прибор, похож на пассатижи, на конце прибора виднелась кровь. В другой руке сжимал беззащитного черного котенка. С кончиков лап, черного, стекала кровь, постепенно капая на истоптанный снег. Котенок ели слышно попискивал. «брат» поднес пассатижи к еще целой лапе котенка. Зажал маленький коготь инструментом.       Я прикусила нижнюю губу. В моей голове резко слаживается пазл: беззащитное животное которое пытает «брат» без азартного садизма… Не дожидаясь дальнейших действий шизанутого, на повышенном тоне говорю:       — Прекращай! Я здесь!       Он кинул взгляд в мою сторону, ухмыляясь кончиками губ.       Мне нужно спрыгнуть с высоты в два этажа. Быстро окидываю взором кирпичные стены, местами укрытые льдом и снегом. Нормального спуска нету. Если бы там стоял только «брат», я бы развернулась и ушла по своим делам. Но котенок. Если я не вмешаюсь, эта тварь убьет его. Он уже пассатижами вырывает ему когти. Раде котенка стоит рискнуть.       Особо не думая о последствиях прыжка, со сломанными то ли треснувшими ребрами, прыгаю в низ. Надеясь на свое мастерство и действие абезбола.       Как только руки касаются снега, когтями стараюсь зацепиться за лед. Руки сгибаю в локтях, немного сгибаю спину. Последними касаются снега ноги, которые проскальзывают на льду.       В грудной клетке что-то неприятно хрустнуло. Боль одновременно была в ребрах, груди, спине, левой руке. Да-м, до меня только сейчас доходит что я выбрала неправильное приземление. Ведь с высоты выше себя более чем в 5 раз, нужно приземляться кувырком…       Привычно игнорирую боль и поднимаюсь на ноги. Поднимаю на этого придурка безразличный взгляд. Хоть за привычным мне выражением лица, скрывается ураган эмоций. Что меня удивляет, с каждым днём, неделей, месяцем мне всё больше плевать на себя и людей. Не плевать мне лишь на Бурана, двоих друзей и их нинкенов. Что странно, мне не плевать на животных. Сама не знаю почему. Если всё предыдущие, объясняется моим образом жизни. То последнее мне не понять.       — … Отец сказал, чтоб ты Сегодня была дома, шлюха. — едко выплюнул «брат» последнее слово. По идее меня это должно задеть, но мне было как-то плевать на это с гипериона. Да и какая «шлюха»? Мне даже 5 лет нету. Ах, да. В моей же «семье» все омеги шлюхи. Я уже забыла.       Уже по привычке игнорирую слова этого ублюдка. Мне всё-таки не в первой. Я же с дня на день игнорирую все оскорбления и нападки своей «семьи». Чтобы лишний раз не попасться на глаза им, я стараюсь не выходить из леса. Ещё Буран обещал меня обучить, как замечать хищников с большого расстояния. Ведь хищники умеют маскировать свой запах. А я только по запаху определяю где они находятся. Конечно я могу полагался также на другие органы чувств. Например, на слух, но из-за мягких подушечек на лапах хищников я их не могу услышать. Если я научусь определять точное положение хищника, то я смогу учится лазить по горам! Даже смогу та ловить добычу!       Резкий истеричный крик котёнка отвлекает мне от раздумий. На снег с глухим стуком падает тело черного. Уже мертвого черного… с проломленным черепом… Я резко подпрыгиваю к котёнку чтобы убедиться в очевидно. Да, с такой раной не живут. Мои зрачки дрожат в панике оглядывая эту картину. Проломленная голова. Глубина раны примерно до середины головы. Видно мозг, осколки белых костей в ране. Почти вся голова залита кровью от которой исходит пар. Кровь капает на голубые глаза котёнка. Она стекает с лап и головы на уже наляпанный алой жидкостью снег. Со рта и глаз, черного, льется всё та же алая жидкость. «Ненавижу сочетание белого и красного!» На фоле истерично смеется «брат». Тыча в меня пальцем.       — Все омеги созданы для того чтобы страдать! Это ваша судьба! Веками прислуживать альфам! — он всё продолжал истерично смеяться, уходя с этого места.       От котёнка начал исходить более густой пар. Нет это был не пар от крови. Это дым. Я отпрыгиваю назад. Дым всё сгущается над котёнком, попутно чернея.       Я отпрыгиваю еще дальше. А то мало ли что. Осторожности, этому меня учил Буран. Я со сломанными ребрами точно не смогу убежать. Да и любопытство берет верх.       Черный дым превратился в силуэт. Силуэт этого же котёнка. Своими голубыми глаза, от смотрел как будто в душу, через мои цаворитовые глаза.       Я лишь отхожу назад до предела, опираясь в заледеневшую стенку. Уже понимаю, что выход только один, справа, за спиной этого духа. Или что это? Если это нечто решит напасть, то у него все шансы на победу. В таком состоянии я ничего не смогу противопоставить и даже убежать. А от этого нечта исходит сильная аура то бишь — Ки.       — Ты следующая окамиотоко, сэнши Молнии. — вымолвило нечто и испарилось Единственное что я смогла сделать, это сесть, продолжая упираться на всю заледеневшую стенку. Пытаясь отойти от шока. В голове крутились непонятные слова и фраза:       — «Окамиотоко? Сэнши? Почему следующая? И что это вообще?»