french salad

POV Автор Милана Мартынова – прекрасная русоволосая девушка из Латвии. Доброй души человек, всегда поможет и позаботиться о близком человеке. Внешностью чем-то напоминает Женю, только глаза голубые и волосы светлые. Раньше они были как две капли воды, различали разве что по глазам. На самом деле, подруги схожи не только внешне. Она, как и Женя, следователь по профессии, но пока что только проходит практику. Девушки познакомились довольно странно, как им казалось. Это был первый переезд Воронцовой и чувствовала она себя, мягко говоря, ужасно. Морально Женя была убита, а когда ей сказали, что задержаться они тут надолго, ушла в себя. Первые дни она не то, что на улицу, из комнаты не выходила. Она была как в своем коконе, шторы были вечно закрыты, и вокруг неё была лишь темнота. Но пришло время идти в школу, как бы та не уговаривала оставить её на домашнем обучении, но родители напрочь отказались. И вот он, первый день в её новой школе. Все вокруг только то и делали, что обсуждали её. Хотелось просто заткнуть уши и не слышать это дурацкие разговоры. Как назло, это день для неё длился донельзя долго. Идя домой, девушка просто проклинала всех и все вокруг. Ей просто хотелось обратно, в Иваново, к другу. Зайдя домой, та не проронив не звука, ушла к себе в комнату. В душе было настолько больно, что слезы лились не по собственной воле. Сколько мама не стучала, сколько не просила открыть, Женя просто молчала. Вышла из своего убежища только когда на улице была ночь, при этом убедившись, что родители спят у себя. Заварив себе кофе, она ушла обратно. Закутавшись в теплый плед, с чашкой удобно разместилась на подоконнике. На улице стояла зима, с неба падал снег. А Воронцова просто сидела и смотрела на то, как маленькие снежинки падают на серый асфальт. Но тут её привлекло окно, в котором в такой поздний час горел свет. Присмотревшись, она заметила в комнате девушку, которая забравшись на кровать, играла на гитаре. До неё донеслись тихие нотки мелодии, которую та играла. Странно, но Женя просто не могла оторвать взгляд от неё. Улыбнувшись, Воронцова слезла с подоконника и легла в кровать, не забыв открыть окно. Она засыпала под тихую, едва слышную музыку гитары, которая её успокаивала. В тот вечер девушка почувствовала себя спокойно, впервые, за последнее время. Позже выяснилось, что ту незнакомку из дома напротив зовут Милана, и она учится с ней в одном классе. Пару раз Женя поглядывала в окно, когда слышала знакомую мелодию. Как-то её заметили и она на листочке написала, что та очень красиво играет. С этого началось их общение. Они ходили в школу вместе, обсуждая разные темы. Девушки забывали обменяться контактами и долго общались на листочках. Их общение росло и со временем, Воронцова могла смело назвать Мартынову близкой подругой. Женя доверила ей все свои тайны, рассказала про Эмиля и её неожиданный переезд. Мила, как ласково называла ей подруга, помогла справиться со всем ужасом в её жизни. Она чувствовала, когда той плохо и всегда приходила на помощь. Женя благодарна ей за то, что вытащила её из пучины тоски и грусти. Иногда девушка задумывалась, что бы было, не увидев она её в тот день. Что было бы с ней? Воронцова всегда была человеком-косяк. То поскользнётся и расшибет коленку, то обожжётся о плиту, то порежется о бумагу. И Мила всегда её выручала. При каждом подобном случает, русая называла подругу смешным прозвищем «дундучарик». И как бы Мартынова не злилась на не следящую за здоровьем подругу, все равно поможет и вылечит. Вспомнить только момент, когда у Жени просто заболела голова. Так та так кричала на подругу, за то, что та не знала где у неё лекарства лежат. И сколько бы Воронцова бы не говорил, что это просто от смены погоды и скоро это пройдет, русую это никак не колышило. Все таки выпив таблетку от головы, Мила все же успокоилась. Но до сих пор напоминает подруге тот случай и как-нибудь подкалывает этим Вот и сейчас, смотря на шокированную подругу и её порезанный палец, нашла время для шутки -Что, опять не знаешь где аптечка лежит? – улыбаясь, она отодвинула брюнетку в сторону и зашла в квартиру -Очень смешно. Я хотела забинтовать, но тут в дверь позвонили. Не знаешь, кто бы это мог быть? – сощурив глаза, Женя бинтовала палец, из которого все ещё текла кровь -Понятия не имею – смотря друг на друга, они рассмеялись и крепко обнялись Девушки не виделись пять лет, но общения не прекращали. Женя тогда уехала спустя год пребывания в Латвии. Ещё один близкий ей друг остается за тысячи километров от неё, а ей остается только довольствоваться перепиской и видео-звонками. После их знакомства, Воронцова больше никого близко не подпускала. Снова прочувствовать эти эмоции, когда родители говорят, что пора уезжать, а ты только и думаешь, как скажешь это другу. Причинять боль не только себе, но и другим, Женя не хотела. С неё пытались поговорить, позвать гулять или в кино, но получали лишь отговорки. Со временем у неё появилась привычка избегать подобные сборища людей. Она стала сидеть дома, искала себе разного рода занятия, лишь бы только не чувствовать тупую боль в груди. Одиночество. Вот что она пыталась отогнать от себя. Но сколько не пытайся, ночью оно снова тебя настигнет. Даже сейчас, Жене почти двадцать два, а эта боль не ушла. Сколько она не пробовала как-то от неё избавиться, все бестолку. Она научилась жить с ней, приняла ей как часть себя. -Ты откуда адрес мой знаешь? Да и откуда ты в Москве? – начала засыпать подругу вопросами Женя -Так, умерь свой пыл, милая. Давай мы для начала обработает твою рану, а потом я все тебе расскажу – ведя за ручку Воронцову, говорила Мила После успешной обработки пореза и очередной лекции от Мартыновой о том, что надо быть аккуратнее, они пошли на кухню. Вот только, Евгения не учла одного. Ещё при начале уборки, она поставила на стол два бокала для вина, чтобы потом не забыть. И это деталь была подмечена Милой, которая взяла их в обе руки и вопросительно посмотрела на подругу. Воронцова не рассказывала ей о том, что происходит у них с Димой, ведь думала, что этим сглазит и все пойдет очень плохо. И сейчас очень жалела об этом -Вряд ли второй для меня. Так для кого? – вскинув бровью, Мартынова поставив бокалы обратно, облокотилась руками об стол -Ну, там долгая история – виновато уставившись глазами в пол, пробубнила Женя, боясь реакции подруги -А я никуда не тороплюсь. Вижу, ты тут готовишь что-то, вот и расскажешь за делом. А я, так уж и быть, помогу За готовкой и разговорами время пролетело быстро. Женя рассказала все, что у них с Масленниковым, начиная с их знакомства и заканчивая недавними событиями. От услышанного, Мила сдерживала себя как могла, чтобы не завизжать от радости за подругу. Она всегда хотела ей счастья и каждый парень, который был близок к ней, проходил строгий отбор. Этим она до жути была похожа на Эмиля. Увы, но пока ни одной, ни второму никто не нравился. До этого момента. Мила просто была в восторге от Димы и уже в деталях продумывала их свадьбу и как назвать детей. Но Женя её быстро остановила от столь важного дела, объяснив, что между ними пока ещё есть некоторые недомолвки. И как только все разъясниться, та может хоть дизайн детской продумать до мелочей. Честно, Воронцова была в шоке от подруги, никогда не было подобного, а тут настолько яркие эмоции. Её удивляло, как два близких человека, которым раньше не один её парень не нравился, вдруг сватают её с Масленниковым. Когда такое было?! Этот вопрос для неё остался без ответа -О Боже! – прокричала Женя и пулей понеслась в комнату Мила, до этого спокойно режущая яблоки, вопросительно посмотрела на закрытую дверь, в которую вбежала брюнетка. Отбросив свое дело, вытерла кухонным полотенцем руки и пошла вслед за подругой. Зайдя в комнату, её глазам открылась весьма странная картина. Воронцова бегала от шкафа к кровати, кладя туда какие-то вещи. Такого Мартынова ещё не видела, и это было что-то новенькое. Даже собираясь на свое первое свидание, Женя не так нервничала, а тут от неё прям искры отлетают. Схватив ту за плечи, посмотрела ей в глаза. -Ты чего носишься? – убедившись, что брюнетка успокоилась и не готова была к новому забегу, отпустила ей -Дима через полчаса придет, а я не готова – зеленые глаза забегали по лицу подруги, словно ища в них помощь -Плохо, надо исправлять – подмигнув, русая пошла к горе одежды на кровати и стала перебирать После долгого изучения шкафа и вещей в нем, выбор пал на белые велосипедки, черный топ без рукавов и чтобы девушка не замерзла, поверх накинули кардиган на черно-белую клетку. От себя Женя надела лишь теплые носки, потому что ноги уже начинали замерзать. Довольная своей работой, Мила пошла к столу, откуда достала весь набор косметики. Брюнетка никогда не любила ярко краситься, поэтому выбор пал на легкий, почти незаметный, макияж. Накрашенные ресницы, слабый румянец на до этого бледных щеках и помада с красным оттенком, которая придавала губам более вкусный вид. Распустив волосы и нанеся духи, Женя была готова. Мартынова смотрела на подругу, еле сдерживая поток слез, который появился неизвестно откуда. Настолько та была красива и счастлива, что хотелось разреветься и забрать эту красоту себе. Мила никогда не видела Воронцову такой, и этот момент был для неё важен. Был страх где-то в глубине души. Вдруг, ей снова сделают больно? Она не хотела вновь смотреть, как подруга медленно гаснет и становится той же маленькой брошенной девочкой, которую когда то увидела в окно. По щеке скатилась слеза, которую девушка тут же поспешила вытереть, чтобы Женя не увидела. Но скрыть это от неё не удалось -Мил, ты чего? – улыбаясь, она подошла к русой и взяла за обе щеки, заставляя смотреть в глаза -Ничего. Люблю тебя просто – клапан сорвало, и слезы потекли из голубых глаз Мартыновой -Я тоже люблю тебя. Ну, чего ты – обнимая подругу, которая крепко прижимала её к себе, плакала в плечо -Ну, я пошла – вытирая мокрые щеки рукавом кофты и шмыгая носом, пошла на выход из комнаты -Куда? – развернувшись, Женя последовала за ней -Не буду же я с вами тут сидеть. У папы тут знакомые есть, которые дико хотят меня увидеть, пойду к ним – Мила надела пальто, обула сапоги с каблуком, которые позволили ей стать немного выше подруги -Ты же вернёшься? Я ещё не услышала увлекательный рассказ о том, как тебя занесло в Москву – складывая руки на груди и опираясь спиной на стенку позади -Ещё как вернусь, я должна буду узнать все о вашем разговоре до мельчайших подробностей. Удачи тебе, дундучарик – целуя хмурую подругу в щеку и прихватив сумку, Мартынова исчезла из квартиры, оставив только слабый запах её духов. Глубоко вздохнув, Женя пошла на кухню, где был уже накрытый стол. Посередине стояла бутылка вина и два бокала, рядом нарезка из фруктов, главное блюдо пока что было в духовке. Доставать лазанью сейчас она не хотела, остыть может и будет не так вкусно. Рука Воронцовой потянулась за телефоном, на часах было 18:56. Дима должен был скоро прийти, и чтобы скрасить время ожидания, Женя взяла недочитанную книгу с полки и уселась на диван Время шло, был уже выпит один бокал вина и почти дочитанная книга. Взгляд так и метался к часам, которые показывали 19:59. Закусив щеку изнутри, глаза метнулись к двери. Смотря на неё, Женя будто ждала, что сейчас прозвенит звонок и за порогом появится Масленников. Но этого не произошло ни через минуту, ни через полчаса. Вздохнув, девушка встала с дивана и пошла к столу, чтобы убрать все продукты в холодильник. Неужели, он не придет? Этот вопрос крутился у неё в голове и не давал покоя. Какое то время она начинала его оправдывать. Вдруг пробка, или задержали где? Но когда на часах было уже девять вечера, брюнетка уже просто смирилась с тем, что Масленников так ей сказал, что между ними ничего нет. Бутылка сухого-полусладкого была опустошена, сигареты выкурены. Женя просто сидела на балконе, в мягком кресле, укутанная в плед, пила горячий чай с мятой и смотрела на ночную Москву. Множество огней было перед её глазами, а в голове так и кружился вопрос «Зачем?». Зачем надо было её целовать, заботится о ней, когда та болела, забирать с работы, звать на отдых с друзьями. Зачем он все это делал? Чашка была пуста, а это значит, что пора спать. Убрав плед на место, Женя бросила последний взгляд на небо, усеянное звездами, улыбнулась и пошла в ванну. Хотелось смыть весь этот груз с себя. А ведь она могла сейчас сидеть с Милой на том же самом балконе и обсуждать все подряд. А в итоге, снова одна в холодной квартире. Видимо, это её судьба, вечно быть одной. Что ж, не впервой оставаться одной, переживет. Коснувшись дверной ручки, девушка на секунду остановилась. Рука её задрожала, а подсознание так и говорило « Подожди». И она ждала, сама не зная чего. По ушам бьет громкий звук дверного звонка. Женя резко поворачивает голову и смотрит на дверь, думая, не послышалось ли ей. Но когда раздается тот же звук, на лице появляется легкая улыбка. Медленными шагами она идет открывать. На какой-то момент в голове проскочила мысль, что это может быть Мила, которая забыла что-то. Но по словам той, возвращаться сюда она не собиралась до завтрашнего дня. Все варианты кто это мог быть склонялись только к одному человеку. Трясущейся рукой Женя отворяет дверь и видит запыхавшегося и сонного Диму. На нем был смокинг, на глазах очки без стекл, волосы растрепались. Выглядел так, словно спешил -Ко мне – проскользнула мысль у Жени, от чего улыбка расплылась ещё сильнее -Жень, прости. Я случайно уснул после интервью и не уследил за временем. Мне очень… - мужчина оборвался на полуслове, от того, что девушка, стоящая пару секунд назад напротив него, сейчас прижималась к нему всем своим телом Ей было все равно, что она стоит на грязном ковре в белых носках. Что сейчас она дрожит от холода, ведь вышла к Диме в коридор. Было так все равно на то, что по её щекам текут слезы и вся тушь размазывается вокруг глаз. Он был рядом. Он пришел. И теперь её греет не тонкий плед и чашка горячего чая, а мужские руки, которые прижимают её хрупкое тельце к себе. Все мысли отошли на второй план, не волновало ничего. Эти двое просто стояли одни в холодном сером коридоре и наслаждались теплом друг друга. Она ведь так ждала его, уже смирилась с тем, что это все была какая-то глупая игра. Но этот голос в голове остановил её. Он опять помог… Сил не было ни у кого из них. Не состоявшийся ужин и разговор волновал сейчас меньше всего. В той же одежде они улеглись в кровать, не разрывая крепких объятий. Женя лежала на груди у Димы слушая его ровное дыхание и биение его сердца. От слез и выпитой бутылки вина глаза медленно закрывались. Масленников перебирал волосы девушка, иногда касаясь самой головы, из-за чего в сон клонило ещё больше. Эта часть тела всегда была её слабостью. -Жень – в ответ она лишь тихо промычала «м-м?» -Мы так и не поговорили – снова тихое мычание, брюнетка держалась из последних сил, чтобы не уснуть совсем -Знаешь, я прокручивал события сегодняшнего вечера, но не в одном из них не было этого – взгляд мужчину падает на темную макушку, слабая улыбка появляется от такой картины Он ведь правда готовился, даже прочитал в интернете как начать разговор, если наступит молчание. Но внезапное интервью, на котором он должен быть так затянется и он просто уснет. И как назло никто не захотел будить «уставшего Масленникова». Но когда он сам открыл глаза и посмотрел на время, понял, что опоздал по самое не балуй. В спешке со всеми попрощавшись, рванул к машине и поехал к девушке. Было страшно, вдруг Воронцова уже спала или даже слушать его не захочет. Но когда та прижалась к нему, весь страх исчез. Он слышал тихие всхлипы, но говорить ничего не стал, просто поглаживал по коротким волосам. В нос ударял привычный запах зеленого чай, от Жени почти всегда так пахло. Его любимый запах зеленого чая. -А я так хотел сказать тебе, что влюбился в тебя как подросток и жить теперь без тебя не могу – глядя в потолок, его пальцы поглаживали линию позвоночника через кофту Повисла тишина. Дима витал где-то у себя в мыслях, обдумывая сказанные только что слова. А Женя мирно спала на вздымающейся груди мужчины. Последнее, что она услышала, как только погрузилась в сон – это « влюбился». В кого и как сильно девушка уже не знала

***

POV Женя Медленно открываю сонные глаза, взгляд тут же утыкается в чью-то мужскую грудь. Вздрагиваю от неожиданности, потому что обычно я засыпала одна, а тут что-то новенькое. Чувствую крепкую хватку вокруг своей талии, которая удерживает меня и не дает отодвинуться подальше. Поднимаю перепуганные глаза вверх и вижу спящего Диму. Облегченно выдыхаю, но через секунду в голове всплывает другой вопрос. Что он делает у меня дома и в моей кровати? Выпитая бутылка вина не позволяла вспомнить все, что вчера было, лишь некоторые отрывки всплывали в памяти. Помню лишь, как он пришел, а дальше пустота. Чертово вино, зачем только выпила всю бутылку разом!? А вдруг произошло что-то важное и я как назло ничего не помню. Раздумья прерывает все ещё спящий Масленников, которые притягивает меня ближе к себе и зарывается в моих распущенных волосах. Впадаю в некий ступор от его действия, глаза расширяются до размеров в пять рублей. У меня были другие представления вчерашнего вечера. Мы должны были обсудить все происходящее, а в итоге я сейчас лежу все так же в неведенье у него в объятиях. Хотя, последнее меня более чем устраивало. Впервые мне было тепло утром, ведь обычно я просыпалась полностью укутанная в пуховое одеяло и дрожащая как банный лист. А сейчас мне как никогда тепло, это странно. Немного отодвигаюсь от Димы и ложусь прямо напротив него. Взгляд бегает по его сонному лицу, рассматривая каждую деталь. Хотелось изучить все до мелочей, запомнить каждую родинку, каждую ресничку. Какое-то теплое чувство разливается в районе груди, снова эта глупая улыбка расплывается по лицу. Закусываю нижнюю губу, рука сама тянется к лицу парня. Подушечками пальцев провожу по щеке, тот хмурится и вновь прижимает меня ближе. Вижу, как веки слегка подрагивают, что выдает его с потрохами. Снова провожу подушечками по щеке, приближаюсь чуть ближе к лицу Димы и тихо, едва слышно шепчу: -Я знаю, что ты не спишь. Хватит претворяться, Масленников – коварно улыбаюсь, смотря уже в открытые голубые глаза -Как ты меня вычислила? – тот явно не спит уже давно, раз так бодро говорит -Я следователь, забыл? Для меня вычислить это проще простого – пальчиком ударяю его по кончику носа и уже хочу подниматься с кровати, но кольцо вокруг талии сжалось ещё сильнее -Вот ты лиса – Дима резким движением кладет меня на спину, нависая надо мной. Его руки находятся по обе стороны от меня, не давая выбраться из ловушки -Лисы хитрые, а я скорее умная, как сова – в голове всплыл образ совы из старого мультика, который я обожала смотреть в детстве. -Значит, совенок. Маленький и умный совенок – тот сокращает расстояние между нами, целуя меня в губы Тысячи маленьких бабочек вспорхнули у меня в животе. Все мысли исчезают из моей головы, только его мягкие губы, которые сейчас жадно сминают мои, волнуют меня. Отвечаю так же страстно, кладя ладошку ему на щеку. Чувствую, как его рука медленно скользит по моей ноге вверх. Мурашки проходят по моему телу, от чего тихий стон вырывается из моего рта. Проникаю своим языком в мужской рот, прохожусь им по небу. Воздуха становилось все меньше, но даже это не давало нам повода отстраниться от столь желанных губ друг друга. Рука Димы лежала на моем бедре, немного сжимая его время от времени. Когда дышать уже было нечем, мы все же разорвали наш поцелуй. Тяжело дыша, я смотрела в голубые глаза Масленникова. Сердце бешено стучало, казалось, оно сейчас выскачет из груди. Неловкое молчание повисло между нами. Я нервно покусывала щеку, не прерывая зрительного контакта. Надоедливые мысли снова норовились проникнуть в мою голову. Как бы я не пыталась их откинуть назад, они все равно проникали через маленькую щелку и окутывали меня со всех сторон. Множество вопросов, на которых все ещё не было ответов, один за другим вертелись вокруг. Что же между нами? А вдруг эта очередная игра и я лишь игрушка на время? Одумайся Женя, тебе опять будет больно, но в этот раз ты уже не выберешься из этой пучины. Ты только в себя пришла после последнего расставания и хочешь снова наступить нате же грабли? Плохие мысли так и отговаривали меня закончить все это и жить дальше, но хорошие всеми силами боролись с ними. Я ведь знаю Диму не первый год, он тот человек, который дорожит людьми и не сделает им больно. Стоит мне довериться ему или все же оттолкнуть? Дать шанс чувствам и наконец, почувствовать себя счастливой и любимой или продолжать строить свою стену, не позволяя причинить мне боль снова. Наверное, я выберу… -Жень, ты станешь моей девушкой?

***

-Ты, что?! – кричала на меня Мила, размахивая горячей ложкой, которой только что помешивала что-то в кастрюле Я лишь со стоном положила голову на стол и накинула на себя капюшон толстовки. Объясню, что происходит. Предложение Димы стать его девушкой было настолько спонтанным, что я просто впала в ступор. Паника накрыла меня с головой, и я просто не знала, что ему ответить. С одной стороны я готова была прокричать ему «да» и накинуться с поцелуями, стать, наконец любимой. Но другая так и твердила мне, что где-то есть подвох и припоминала мне прошлый опыт, который закончился очень печально. Метаясь между двух огней, я просто сказала, что мне надо подумать. Потом Дима ушел, так как ему кто-то позвонил. На вопросы кто это был, он лишь сухо ответил « по работе». По его поведению было понятно, что он расстроен. Теперь меня мучала совесть, что я сделала ему больно. Через час пришла Мила и увидев меня на гране истерики с банкой шоколадного мороженого, начала меня успокаивать. Дабы не начался всемирный потоп, она сначала сделала зеленый чай с добавлением «секретного ингредиента». Немного придя в себя, я начала свой рассказ. За разговорами Мила начала что-то готовить для нас. На все протесты от еды она лишь отнекивалась и говорила, что скоро вместо сексуального тела с красивыми формами от меня останется только кучка костей. Поняв, что отвертеться не удастся, продолжила говорить. Эмоции подруги сменялись одна за другой. Все начиналось с улыбки и радости, потом уже была злость и желание наложить на блогера порчу. Но сейчас Мартынова явно хотела это сделать со мной. Я хоть и не видела её лица, но знала, что её светло-голубые глаза стали темнее на пару оттенков, а кончик носа становился красным. Не знаю почему, но когда она злится, всегда происходит что-то подобное. Сначала меня это смешила, но спустя время я уже начала побаиваться девушку в гневе. -Женя блять, скажи что ты пошутила! – поднимаю голову и смотрю на яростно сжимающую ложку, подругу -Это было слишком…неожиданно – оправдывалась я, смотря в пол -Неожиданно её было! Вот ты дундучарик – чувствую легкую боль на макушки, от удара ложкой -За что? – потираю больное место, обиженно смотря на Милу. Та моет ложку и снова мешает её что-то -За тупизм, Жень. Я тебя знаю пять с хуем лет, и прекрасно вижу, что ты влюбилась в этого Диму по уши – выключив конфорку, девушка достает тарелки с верхней полки -Раз ты знаешь меня, как ты выразила, пять с хуем лет, то должна понимать что мне сложно после него доверять мужчинам – поднимаюсь с дивана и иду к столу, куда Мила положила две тарелки с чем-то непонятным -Понимаю, прекрасно понимаю. Но Женька, это было давно. Не все такие козлы, как он – подруга садится рядом со мной, смотря на меня уже светло-голубыми глазами -Да знаю я, но страх наступить на эти же грабли снова, все ещё есть – мой голос с каждым словом становится все больше поникшим -Так, давай о другом поговорим. Например, у кого-то скоро день рожденье – русая слегка толкает меня локтем в плечо, на что я лишь закатываю глаза -Мил, ты прекрасно знаешь, что я не праздную этот день – как оказалась, эта женщина варила гречку, которую я сейчас ем. С неохотой съедаю первую ложку -А ты прекрасно знаешь, что я не люблю, когда ты меня так называешь. Но как видишь, молчу. Поэтому, хочешь ты того или нет, но мы отпразднуем этот день – взяв меня рукой за щеки, она растянула на моем лице улыбку -Я ем, женщина, отстань – пробубнила я, зло смотря на девушку -Зануда – отпустив мои щеки, Мила принялась уплетать приготовленную собой гречку Настроение пропало совсем, хотелось просто укутаться в плед и выпить очередную чашку чая. Хоть я и знала, что итогом моих действий станет погружение в мысли, которые не дают мне покоя уже много лет, и попытки найти ответы на все свои вопросы. Да и этот разговор про мой день рождения, он лишь усугублял положение. А ведь раньше я так радовалась этому дню, ждала его и представляла в голове вариации того, что же мне подарят -Мам! – кричала маленькая я, выбегая из своей комнаты с радостной улыбкой В квартире было тихо, что насторожило меня. На столе я заметила тарелку с кашей и маленькую бумажку с надписью: «Мы уехали по делам, будем поздно. Не скучай» И все. Больше ничего, лишь записка и противная холодная каша. По румяной щечке скатилась слезинка от осознания. Было обидно и больно, но какая-то надежда, что это все глупая шутка оставалась. Аппетит пропал, как и хорошее настроение. Выкинув не тронутый завтрак, ушла обратно к себе в темную и холодную комнату. За целый день я не вышла от туда ни разу, не съела ничего, лишь лежала под одеялом в надежде согреться. Я сглотнула ком в горле, эти воспоминания появляются каждый раз, когда кто-то говорит про этот день. Они словно преследуют меня на протяжении нескольких лет, напоминая, что ничего особенного не произойдет. Розовые очки, которые были на мне, начали трескаться в то самое утро. А позже и вовсе превратились в кучку пепла. Видимо, Мила заметила что я медленно, но верно, ухожу в себя. Поэтому, дабы меня вытащить, начала свой рассказ, как она попала в Москву и как достала мой адрес. Это и правда помогло, с ней я могу забыть о своих проблемах и повеселиться. Она заряжала меня позитивной энергией, эта девушка просто светилась и излучала радость. Если бы не эта прекрасная девушка, я бы не выдержала всего, что было со мной. Даже на расстоянии, Мила была рядом и всеми силами заставляла идти дальше, не сдаваться. Её голос, такой мягкий и успокаивающий, он помогал мне, давал повод встать с кровати и продолжать делать хоть что-то. Эмиль тоже мне помогал, но именно последние два года девушка поддерживала меня. Я не злилась на Иманова за то, что он иногда не отвечал или не писал. Его карьера блогера начала расти и все его силы уходили именно на это. Осуждать за это я просто не могла, ведь сама привыкла идти до конца и развиваться все больше и больше. Да и мне с какой-то стороны не хотелось рассказывать ему о своих маленьких проблемах. Знала, что будет волноваться и опять попытается прилететь. Мне хотелось с ним встретиться, но отвлекать от важных дел не хотела. Всегда была таким человеком, который сначала поможет другим, а потом уже вспомнит про себя. Но обычно вспоминала про себя я редко, не хотелось докучать своим нытьем другим. Мне объясняли много раз, что плакать и говорить о проблемах – это нормально. Но прошлый опыт показывал обратное и впился мне в голову настолько прочно, что я просто не могла себя пересилить. Каждая попытка начать подобный разговор заканчивался тем, что звучала коронная фраза «забей». И так каждый раз, до того момента пока Мила не просекла фишку и клешнями вытаскивала из меня всю информацию. Только ей на данный момент я могу рассказать что-то о себе. Даже психологу, который помогал мне на протяжение года я не могла сказать все. Только ей. За разговорами мы просидели ещё час. Как оказалось, Мила приехала сюда на летнюю практику. После неё она ещё какое-то время побудет стажером в одной компании, а после уже стабильная работа. Факт того, что девушка исполнит свою мечту, радовал, но боязнь за неё осталась. После того случая мне стало страшно, что подобное произойдет и с ней. Но отговорить эту особу у меня не получалось, прет как танк к своей цели. Всегда знала, что мы очень похожи характером в каких-то моментах. Потом мы приняли решение пройтись до магазина, накупить вкусностей и провести весь оставшийся день за просмотром фильмов «Marvel». Вернувшись домой с полными пакетами всего что только можно, разложили все на столе, принесли ноутбук и начали свой кинопросмотр. Но смотрела больше Мартынова, ведь я летала где-то в мыслях. Обдумывала все произошедшее, из головы не выходил наш утренний поцелуй. Казалось, я все ещё чувствовала его мягкие губы, руки, которые настолько сильно сжимали мои бедра, что остались небольшие синяки. На столе передо мной зазвонил телефон. Я благодарила человека, что позвонил мне. Ведь очередной заплыв в глубины мох мыслей был близок. Мила же этого даже не замечала, что было очевидно. Мы смотрели «Тор. Рагнарёк», и от одного взгляда на Криса Хемсворт она готова была визжать. Взяв телефон, ушла к себе в комнату, чтобы не мешать подруге с просмотром. -Слушаю, - приняв вызов, сажусь на кровать -Евгеш, привет. Ты занята? – слышу как фильм затихает и в двери появляется макушка Милы, которая явно недовольно моим уходом -Ну, отчасти. А что такое? – показываю рукой на телефон, и глазами прошу подождать меня. Мартынова закатывает глаза и уходит обратно -Эмиль ушел к Диме и сказал, что вернется поздно. Одной сидеть в четырех стенах скучно. Подумала, может, ты придешь? – от упоминания Масленникова я слегка вздрогнула. Он и так у меня из головы не выходит. И уж навряд ли выйдет, ведь все мои мысли только о нем -Ко мне подруга приехала, мы с ней фильм смотрим. Но если тебе так одиноко, то приезжай к нам. Устроим что-то вроде девичника, как тебе идея? – идея познакомить этих двух бестий мне показалась довольно интересной. -Заманчиво, буду у тебя через полчаса. Целую в обе щечки, пока – та видимо сразу же побежала собираться, ведь сбросила звонок сразу же. Улыбнувшись, иду обратно в гостиную, где встречаюсь с вопросительным взглядом Милы. -Кого ты там позвала? – её брови нахмурились, что не предвещало ничего хорошего -Алю, она тебе понравиться, обещаю. Устроим девичник, развеемся – сажусь на диван, слега толкаю подругу в бок, на что получаю все тот же взгляд -Ты не рассказывала мне про эту твою Алю. Не думаю, что мы поладим с ней – та скрещивает руки на груди и закрыв ноутбук с недосмотренным фильмом, отворачивается -Да ладно тебе, Милка. Чего ты так расстроилась? – кладу голову ей на коленки, стараюсь поймать её взгляд -Я думала, что мы проведем этот вечер вместе, как раньше. Ты видимо очень сдружилась с этой Алей, раз уже приглашаешь её к себе домой – Мила смотрела в окно, за которым виднелись крыши домов. Её пальчики начали поглаживать мою голову, перебирая темные волосы. -Просто, она помогла мне тут освоиться. Я благодарна ей, ведь мне было сложно в Москве по началу. Аля помогала мне, и со временем мы сдружились – мой взгляд устремился в белый потолок. По телу пробежались мурашки, когда тонкие пальчики женской руки коснулись шеи Мы обе молчали. Каждая думала о своем. Я, все так же лежа на коленях подруги, размышляла о словах Милы. Она была права, Аля была одной из немногих, кто так быстро посетил мою квартиру. Не знаю почему, но я не пускала в свою обитель кого попало. Мила впервые посетила мою комнату спустя три месяца общения. Еникеева же на следующий день, после того, как я переехала туда. Люди, которые хоть раз бывали в моей квартире, должны понимать, что дороги мне. Это все началось с подросткового возраста, когда мама заходила ко мне без стука и время от времени лазила в моих вещах. Моя комната была моим маленьким мирком, в который доступ имел только Эмиль. Там скрывались все секреты, начиная с личного дневника под матрасом и заканчивая несколькими пачками сигарет, которые хранились как память. Это было мое место, где я делала все, что только позволяла мне моя фантазия. Раскрашивала обои красками, делала перестановку в любой момент, клеила на стены множество плакатов. Мама первое время злилась, но потом просто смирилась и позволяла делать, лишь бы не устраивать очередной скандал со мной. Обстановка комнаты позволяла хоть как то освоиться в новом городе, ведь там я чувствовала себя лучше. После каждой перестановки или какого-то изменения в интерьере, был звонок Эмилю. Мне было важно его мнение, потому что именно он подсказывал мне новые и интересные идеи, как ещё сделать комнату лучше. Потом мою обитель посетила Мила. Тогда там было как никогда атмосферно, ведь была зима. Так как я творческая душа, идеи как сделать новогоднюю атмосферу пришли сразу. По всему периметру потолка была развешена разноцветная гирлянда, шкаф и стол был обмотан белой мишурой. На ножки кровати я приклеила синтепон, стена рядом обклеена новогодними постерами. В правом углу, рядом со столом стояла маленькая ёлка. Игрушки для неё я делала сама, ведь вешать покупные было скучно и не интересно. На полу для большего комфорта, расстелила белый мягкий ковер. Выглядело все очень красиво и атмосферно, мне настолько нравилась своя работа, что переделывать что-то даже не хотелось. Но мое ночное желание изменить все было сильнее. Поэтому, как только наступила середина января, комната выглядела совершенно по-другому. У меня даже проскользнула мысль стать дизайнером, но это идея быстро отпала. Хотя на какое-то время я правда была настроена на эту работу, даже университет себе нашла. Но когда поняла, что мне нравится обставлять только свою комнату, окончательно отбросила кандидатуру дизайнер подальше. В квартире было тихо, я лежала в полусонном состоянии у Милы на коленях. Та же лазила в телефоне и переписывалась с кем-то. Одна её рука продолжала массировать мою голову, все больше вгоняя меня в сон. Эта область была моей слабостью, малейшее прикосновение и табу мурашек пробежит по всему телу. Мартынова это прекрасно знала, но ей приносило это некое удовольствие. В принципе, я была не против, поэтому не особо возражала. Мои глаза понемногу начали закрываться, и если бы не громкий звонок в дверь, так бы и уснула. Зевнув, встала с удобного места и пошла открывать. Мила с недоверием смотрела на меня, эта девушка пережила каждый раз когда я заводила новые знакомства. Ведь прекрасно понимала, что если они сделают мне больно, доставать меня из пучины грусти и разочарования, придётся ей. -Она тебе понравится – прошептала я одними губами, на что девушка лишь покачала головой, положила телефон на стол и скрестив руки на груди, посмотрела на дверь Если они не поладят – это будет катастрофа