Смотрящий за ведьмой

У каждой ведьмы где-то спрятано сердце. А кто найдет его — подчинит ведьму себе. «Отряд самоубийц»

***

00 ч. 25 мин. 12 сентября 1969 года население Южной Кореи воочию наблюдало удивительное зрелище – прохождение над территорией страны короткопериодической кометы из семейства Юпитера, кодовое название 3D/Anna. Само по себе событие это было удивительно не только фактом максимального сближения космической гостьи с поверхностью Земли (2 250 020 км), превысившим рекорд кометы Лекселя (2 265 000 км), но и последствиями, которые в дальнейшем ощутило на себе все население земного шара. Вспышки болезней, наводнения, извержение вулканов, осушение естественных водоемов, появление новых подземных источников, и многое другое. Все это лишь верхушка в списке из тех последствий, с которыми мы столкнулись в силу прохождения кометы Анны. Грядущий год станет своеобразным юбилеем не только для нашей страны, как понесшей самые тяжелые последствия визита небесной гостьи, но также и для всей планеты. За пятьдесят четыре года мы пережили многое, и то горькое наследие, которое комета Анны оставила после себя, сложно преуменьшить. Но каждое печальное событие не лишено и светлых сторон. Есть они у визита кометы Анны. Весь вопрос в том, как применять то, что было нам дано. С пользой или во вред. «Гифты». Подарок. Дар. Так в переводе с английского звучит это слово. Именно такой сюрприз преподнесла нам комета Анны, наградив детей, будущую надежду всего человеческого рода, способностями, которые многими на сегодняшний день все еще считаются фантастическими. Дареному коню в зубы не смотрят, и пусть не всегда подарки приходятся нам по вкусу, пусть кто-то по-прежнему опасается того, что силы «гифтов» могут пойти не во благо, мы нашли лучшее им применение. Созданная в мае 1997 года организация «JYP» (названная в честь его учредителя и лектора Пак Джин Ена) беспрестанно готовит лучшие кадры, включая «гифтов», для того чтобы жители нашей прекрасной страны и ее гости чувствовали себя в полной безопасности. Применяя выявленные способности "одаренных" исключительно на благо, «JYP» зарекомендовала себя как блестящая и выдающаяся организация, и можем со всей честностью заявить, что наш покой охраняют честные и ответственные люди. Ученые, медики, военные, полицейские, группа особого реагирования и многие другие люди – все они стоят на страже порядка и спокойствия нашей великой страны, Южной Кореи, делая каждый день лучше и светлее. И мы надеемся, что так будет продолжаться еще многие годы. Старший репортер Пак Хи Кван. «Вести Сеула». 5 августа 2023 года. Бан Чан щелкнул мышкой, закрывая вкладку новостного портала, откинулся на спинку кресла и сладко потянулся – только суставы захрустели. - Каждый божий год одна и та же бодяга. И все от того же лица. Знаток нашелся. Этот Пак… – Бан Чан с раздражением постучал краешком ногтя по корпусу телефонной станции, включенной на громкую связь. – Слышишь, Джинни? Он ведь так ни разу и не посетил главный корпус учебки, – Крис бросил в окно кабинета тоскливый взгляд. Погода с самого утра стояла великолепная: теплое, но не жгучее августовское солнце, прикрытое вуалью перистых облаков, минимум назойливых насекомых, тонкий аромат поздноцветущих кустарников и легкий ветерок, как десертная вишенка на верхушке торта из всего этого великолепия. Такого чудесного августа в Сеуле не было уже лет пять. То жара, то ветра, то дожди по колено, а тут – настоящий подарок богов, не меньше. Самое время было пробежаться по парку или посидеть на скамейке со стаканчиком кофе, лениво проматывая новостную ленту на информационном мобильном портале. Но утро понедельника такого выбора командиру оперативной группы не предоставило, увы. - Что скажешь? – Бан Чан с брезгливостью отодвинул ноутбук в сторону. Два года назад, в одном из коридоров университета, курируемого «JYP», у Бан Чана и приснопамятного репортера Пака состоялся очень долгий и трогательный разговор по душам. Уже на следующее утро центральный разворот «Вестей Сеула», за именем главного редактора и владельца, красовался искренними (полная чушь) извинениями, принесенными за все те двусмысленные слова, который позволил высказать штатный репортер касательно «гифтов» и ведьм. Впрочем, из самой редакции Пака никто не турнул, ограничившись лишением премии и полугодичным отпуском за свой счет. Сила связей, не иначе. Теперь этот паршивый репортеришка запел совсем по-другому. Не дай бог, скоро любовью проникнется. - Ммм, похоже, что просто боится, – отозвался в ответ незримый собеседник. - Я его, когда в прошлом августе пригласил туда, так он, знаешь, чем отговорился? - Ч… чем? – в микрофоне отчетливо зазвучал звон ложечки, постукивающей по стенке чашки. - Ты там что… жуешь? - Прости, ммм, чавк… я еще не завтракал… продолжай, я тебя внимательно слушаю, командир. - Приятного тебе. - Спасибо. Так чего тебе этот Пак наврал, чтоб только не соваться в главный корпус? - Ты там ешь, так что… - Ой, да ладно! - Ну, скажем так – расстройством пищеварительной системы. - Поносом, что ли? – хохотнул Хван. - Хенджин, – с укоризной произнес Бан Чан. - Да ладно, все свои. Я небрезгливый, ты же знаешь. Только притворяюсь, когда это необходимо. - Я в курсе. - Ну, слушай, этого репортеришку можно понять, с какой-то стороны. Сам подумай, кто захочет соваться в омут, где не только «гифты» обитают, но и настоящие ведьмы, которых он, к слову, имел глупость задеть? - Твоя правда, – согласился Бан Чан. – Хотя у нас ведьм-то всего, раз-два и обчелся. Не то что в Пусане. Про Европу так вообще молчу. - Зато какие! Каждая на вес золота, – хихикнул собеседник. - Что есть, то есть, – ухмыльнулся Крис. – Странно, что он о них в этот раз ни слова не написал. - Так ты же доходчиво объяснил ему, что подобную тему лучше не поднимать. Помнишь? «То, что было скрыто от людских глаз сотни лет, бла-бла-бла». - Будто он что-то понял. - Это вряд ли. - Ты в курсе, что Пак второй раз оставляет в секретариате заявку на интервью? - Он сбрендил, что ли?! - Похоже на то. - И что ты ответил? - Ничего. Я его игнорирую. - Правильное решение, босс. - Но он такая дрянь, чисто влажная туалетная бумага – прилипнет и отлипнет. - Ну так спусти его в унитаз. Или кошаку отдай, он давно на него зубы точит – все тридцать два. - Я тогда под трибунал пойду. - Пусть сначала докажут, что это кто-то из наших, – из микрофона донеслось громкое чавканье. - Ладно, у меня сегодня вводная лекция для новичков, – Бан Чан захлопнул крышку ноутбука, отрезая себя тем самым от пышущей высокомерием статьи, и бросил короткий взгляд на старинные настенные часы, отсчитывающие рабочий день минута за минутой. – Попросил помочь Чанбина, но что-то он не спешит. Уже почти десять. - Проспал? - Тебя хотел спросить об этом. - А я тут при чем? - Ты разве не с ним вчера пил? - Слава богу, нет. - А что так? - Он занудный, когда бухой, сам знаешь. - Ну да. - Да еще и начинает ныть про то, какой он одинокий, никем не понятый, про какие-то фонари, сияющие в его сердце… Это выше всяких сил! Не могу больше, – заныл Хенджин. – Пьяные гномы не мой удел. Бан Чан хохотнул вместо ответа. - Хоть бы он нашел себе кого-то, начал трахаться каждый божий день и отстал, наконец-то. - Бин в душе романтик, Джинни. - Так вот я и говорю, пусть уже найдет себе кого-нибудь на постоянку. - Он хочет, чтоб по любви. - О господи, боже! – взвыл Хван. – Ну тогда я понимаю, почему почти весь его род вымер. - Ему об этом только не говори. - Не буду. - Все, мне пора. Желторотики меня уже заждались. - Если среди них попадется кто-нибудь симпатичный, обязательно сообщи мне. - И не подумаю. - Бяка. - Кстати, сегодня у меня должен быть один интересный посетитель. - Это ты о том самом? – в голосе Хенджина засквозило любопытство. – О ком рассказывал на той неделе? Австралиец? Как его… э? - Феликс. Феликс Ли. Да, речь шла о нем. - Вот это да, – протянул Хван. – Значит, он сегодня придет? - Если не передумал. - Хм. Интересно. На официалку? - Официально, Джинни. Прекращай коверкать слова, тебе не по статусу так выражаться. - Какая разница? – возмутился Хван. – Я ж не на телевидении. - Большая. - Я все равно фильтрую базар, когда не со своими. - Окей, – вздохнул Бан Чан. – Да. Официально, как я надеюсь. Если только мы его не спугнем или Феликс сам не решит, что наша организация ему не подходит. У ведьм есть власть определять подобное, сам знаешь. - Хм, ну да. Эта их свобода… - Свобода? Я бы так не сказал. - А он придет один или со «смотрящим»? - Насколько я понял, такового у Феликса на данный момент по-прежнему нет. - Как так? – изумился Хван. – Что произошло? - В жизни всякое бывает, тебе ли не знать этого, Джинни. Но если говорить о Феликсе, то я проинформирован о том, что он подбирал себе «смотрящих» после гибели первого, и… не сложилось. - Господи, я не знал этого. - Да, ну… а остальные ему не понравились. Пока устав позволяет ему взять отсрочку. - А что произошло с первым «смотрящим»? Пострадал во время нападения или еще что-то? - Нет. Погиб в аварии почти полтора года назад. Банальное дорожное происшествие. И такое случается. - Уверен? - Полностью. - Вот как. - Расследование вели отменно. Я лично знакомился с этим делом: не подкопаешься. Ни сучка, ни задоринки, все по-честному. Просто кто-то нарушил правила дорожного движения и из-за этого пострадали люди. - Вот черт. - Банально и от того вдвойне печальнее. - М-да уж… Значит, в наши задачи входит еще и подобрать новичку «смотрящего»? - Ты прекрасно знаешь, что ведьмы сами с этим справляются. Попробуй только сунуться. - Ох, ты ж… ведьма без «смотрящего»… – присвистнул Хван. – Непросто нам будет. - Не загадывай настолько далеко вперед. Может, мы ему и сами не понравимся, и он просто уйдет. Хотя мне хотелось бы видеть его в нашей команде. - Ты его даже не знаешь, босс. - Опыт и изучение его личного дела говорит мне о том, что это наш человек, – бодро сказал Бан Чан, больше для поднятия духа, не только коллеги, но и своего; ведь австралийскую ведьму, накануне прилетевшую на собеседование в Сеул, он пока что имел честь лицезреть исключительно на кадрах оперативной съемки и фото, прилагаемым к личному делу. - Ладно, посмотрим. Ты прав, как всегда, лидер. Беги к своим желторотикам, учи уму-разуму, – Хенджин смачно хрустнул в микрофон подсушенным тостом. - Будешь сегодня? - К вечеру забегу. Любопытно взглянуть на эту ведьмочку. - Джинни… – нерешительно произнес Крис. - Да? – откликнулся Хван. - Феликс – сирена. - Хен… ты… – Хенджин пораженно выдохнул в микрофон. - Черт, я чуть не подавился оливкой! Кхе-кхе… Ты не шутишь?!? - Я серьезен как дохлый мамонт. - Почему ты раньше об этом не сказал!? Кто-то еще знает? Крис невнятно промычал вместо ответа. - Даже Бин-хен?! Только он к нашему кошаку привык… Вот же бедняга! Его точно удар хватит! - Справится. У нас тут не комната для вальсирования, а серьезная организация. - Куда уж серьезнее, – хмыкнул Хван. – Блин, ну это… проблема! - Это не проблема. Это сила, Джинни. - И проблема! Ты сам это знаешь. Охренеть… Сирена. Еще одна! С ума сойти, мы что, победили в каком-то конкурсе талантов? - Если бы. - Как эту сирену к нам вообще занесло? - По своей воле. Сам знаешь, с ведьмами именно так и происходит. Феликс – этнический кореец. В Сеуле у него дальние родственники, тетка троюродная, точнее. По-корейски говорит вполне сносно, хотя и с акцентом. Ну, а насчет нашего корпуса: это был личный выбор Феликса. - Зачем мы ему вообще? Жил бы себе спокойно. - Спокойно? Это вряд ли. Он зарегистрировался как ведьма еще в одиннадцать лет. Самостоятельно. По ускоренной заявке. - Это что еще за чудо? - Есть такая фишка в некоторых странах. По сути, ты ставишь себя в своеобразный лист ожидания. - Слава богу, у нас нет такого... - Это пока что. - Скажешь тоже. Только детей нам еще и не хватало. - Родители рвали и метали, что он без их спроса так сделал. - Даже так? Представляю… - Никто его не заставлял и хрен бы идентифицировал, не реши так сам Феликс. - Ой, блиииин… Ну не знаю, лидер, не знаю, – из микрофона снова послышался хруст. – Меня всегда смущали все эти добровольческие мотивы. - По себе не суди, – беззлобно поддел коллегу Крис. - Я не о том, босс. Серьезно. Сирена… При регистрации, наверное, обосрались, когда он себя обозначил. - Чего не знаю, того не знаю. Но Феликс нам нужен, Джинни. Мы не можем водружать на плечи Минхо все те тяжести, которые он несет на них. В конце концов, Минхо тоже человек, хоть и ведьма. - Мм, чувствую в твоих словах ностальгию, – мурлыкнул Хван, мгновенно переключаясь между искренней озабоченностью и колкостью. - Джинни. - Прости, – голос Хенджина был окрашен неподдельным раскаяньем. – Извини. Я не хотел… - Все нормально, – Бан Чан поморщился. Когда же Минхо прекратит быть темой, разрывающей его сердце в клочья? Когда же, наконец, душа отпустит Ли? Минхо давно сделал свой выбор, еще до того, как на пороге организации появился Джисон, зеленый новичок, совсем мальчишка, неопытный будущий разведчик оперативной группы «Stray»; а его редкие ночные визиты в некогда общую спальню обернулись агонией, искусно притворявшейся надеждой. «Он не принадлежит тебе и никогда не будет. Пребывание его в твоем доме всего лишь миг из жизни, и скоро ведьма встретит своего «смотрящего», который станет для него тем, кем у тебя вовек не было шанса быть. Сердце ведьмы будет принадлежать только ему». Крис досадливо скривился, вспоминая слова Сынмина, их ведьмы-норны. Честен и беспристрастен, как и всегда. Это был второй раз, когда Бан поинтересовался о картине своего будущего; а о первом он и вовсе вспоминать не хотел. - Босс, ты здесь? - Да, – вздохнул Крис. – Да. Просто задумался. Перед глазами стоял образ Минхо. Такой, каким он его видел в день их окончательного разрыва: облаченного в повседневную одежду, с налипшей на спортивные штаны шерстинками Суни, так и не принявшего Бан Чана за все то время, когда они с его хозяином были вместе; расслабленного, близкого и одновременно недосягаемого. - Все нормально? – в голосе Хвана зазвучало беспокойство. – Хен? - Все хорошо, Джинни, – Бан Чан слабо улыбнулся. Образ воображаемого Минхо, не выходивший из головы, растаял легкой дымкой. Был и нет его. Настоящий же Ли в это время наверняка целовал Джисона, нежащегося в их общей постели. - Правда. Просто… в общем, нам нужен Феликс. - Ну, ладно, как скажешь. Как я могу не доверять тебе, босс? - Я далеко не всегда прав, Рыбка, но мне кажется… нет. Я уверен, Феликс – наш человек. - Слушаюсь и повинуюсь. - Заканчивай свой завтрак. Скоро уже обед, – фыркнул Бан Чан. - Вот к нему я и плавно и перейду, как только закончу завтракать. А тебе желаю успехов с желторотиками и… – насмешливый тон Хвана сменился серьезным. – Удачного собеседования, босс. - Спасибо. - Я не шучу. - Знаю. Давай, до встречи. Крис щелкнул кнопкой «отбой», отключившись от собеседника, и с досадой взглянул на непрочтенное сообщение на сотовом, которое пришло, пока он вел беседу с Хенджином. Чанбин. Конечно же. «Буду через час. Задерживаюсь». А то так неясно, что он опаздывал. Где Со нелегкая носила в этот день, было совершенно непонятно. Ранней птахой по собственной воле он никогда не был, но в офис всегда являлся загодя, не менее чем за пятнадцать-двадцать минут до начала рабочего дня. Заваривал кружку крепкого кофе, выкладывал на блюдечко фигурное датское печенье, обильно посыпанное сахаром, и щедро, по-стариковски, макал его в горячий ароматный напиток, прежде чем отправить в рот. Опаздывал Чанбин на памяти Криса всего три раза. Первый был, когда старшеклассник-Со притащился на урок химии с температурой под 40 градусов, проспав звонок будильника, и весь класс во главе с учителем Кимом гнал его, кашляющего, как престарелый бегемот, домой. Второй раз случился пару лет назад, когда симпатичная пусанка влетела в бампер новенькой «Киа» Чанбина, растянув их общение на несколько месяцев, переведя в разряд горизонтальной плоскости за считаные дни. И вот третье опоздание произошло этим утром. Что же там приключилось на сей раз? «Спасибо, что хоть сообщил о себе». Бан Чан недоумевал. Женщины у Чанбина не было, – Крис это точно знал, не зря же являлся не только близким другом Со, но и названным братом. Мужика тоже. С последней любовницей Чанбин по-тихому разошелся еще полгода назад и новых пассий не имел. Не иначе как опять зарылся с Сынмином в старинные талмуды, хранящие историю родословной Со по отцовской линии. Ищет дальних родственников, которые, вероятно, остались если не в Корее, то, может быть в Китае, или даже в Европе. Тяжкий труд, да и по большей части бесполезный, как искренне считал Бан Чан: корейская ветвь Со почти угасла, а связи с дальними европейскими родственниками-переселенцами были давно утеряны, еще столетия назад. Но кто мог запретить Чанбину вести поиски? Сам он, скорее всего, отлично понимал бесплодность изысканий, часами листая страницы пожелтевших книг, содержащие родовые записи; погружаясь не только в историю своей семьи, но и чужих, узнавая подробности жизни, рождения и смерти совершенно незнакомых ему людей. Все лучше, чем погружение в сплин. - Бинни… Крис набрал ответное сообщение («Жду»), подхватил лежащую перед ним на столе папку с материалами вводного занятия для новичков, бросил короткий взгляд на отражение в настенном зеркале, осмотрев себя с головы до ног на предмет безукоризненности костюма и прически, и затем наконец-то покинул кабинет. - Ну что ж, – сказал Бан Чан. – Приступим. Начался новый день.