Как это по-человечески.

— Каждый раз твоё присутствие заставляет моё сердце биться чаще. Это так по-человечески. Сара продолжала сидеть перед сёгуном на коленях с опущенной головой. Тело пробивала мелкая дрожь. Она бы хотела поднять взгляд, но разве можно? Смысл слов Архонта терялся в собственном хаосе. Лишь отдалённо осознание сказанного достигало цели. — ... Госпожа, я... — договорить не вышло. Язык заплетался, оттого становилось ещё более неуютно, даже...страшно. В покоях госпожи только её превосходительство и сама тэнгу. Один на один со своим божеством. Холодным, жестоким, не знающим никаких человечских чувств (не знающих ли?). Весь смысл жизни Сары заключён в достижении той самой вечности, к которой стремится её госпожа. И Сара готова на всё. Без задних мыслей, без лишних эмоций она раз за разом пронзала неугодных ей, отбирая их глаз Бога. Всё, как велела ей она. Служба клану Кудзё, служба ей - вот смысл жизни тэнгу. — Скажи мне, Сара, — хладный, словно сталь, голос госпожи на некоторое время замолк, словно подбирал слова для продолжения речи, —... на что ты готова ради меня? Сара подняла взгляд, встречаясь с лиловыми омутами. Сердце бешеным темпом колотило в грудной клетке. Так шумно и часто, что сама сёгун слышала его. — На всё, моя госпожа. — как можно, уверенно произнесла тэнгу. Райдэн хмыкнула. На её лице мелькнула еле заметная улыбка, тотчас сменившаяся безразличием. — Тогда... Я хочу твой глаз Бога. Готова вернуть его мне? Лиловый взгляд остановился на бледном лице Сары. В глазах её читался еле скрываемый страх, но вопреки этому Сара резко встала, снова склоняя голову. — Если вы хотите этого, госпожа, — по щекам потекли слёзы, — то пожалуйста. Вот я. Стою перед вами, ваш верный слуга. Моя жизнь пренадлежит вам. Я пренадлежу вам. Вы вольны делать со мной всё, что пожелаете. — в доказательство своих слов, тэнгу отцепила свой глаз Бога и осторожно протянула ей. Райдэн улыбнулась. Не так, как до этого, нет. Слишком тепло для её хладной равнодушной натуры. Слишком.... По-человечески. Сару будто током прошибло, и дело было не в стекляшке с символом Электро, который она положила на рядом стоящий стол. Гул в ушах сдавливал черепную коробку, ноги подкосились. До чего же вы... — прекрасны.. — что? — сёгун непонимающе посмотрела на тэнгу. Только сейчас Сара осознала, что сказала это вслух. Назад пути нет. — ... Вы... — нервно теребя ткань кимоно, сглотнув, она продолжила, — вы прекрасны, госпожа. — наблюдая за меняющимся выражнием лица, тэнгу продолжила. Терять уже было нечего. — Вы моя утопия. Если для того, чтобы почувствовать вашу любовь, нужно лишиться глаза Бога, я готова. Если нужно умереть, я с радостью распрощаясь с жизнью. В вас мой смысл, госпожа. Мой сёгун. Моя любовь. Сара зажмурила глаза, готовясь получить разряд, прекративший бы её сердцебиение, однако... Вместо этого она почувствовала горячее дыхание на своём лице. А затем что-то мягкое накрыло её губы. Жадно сминало, покусывало и тут же зализывало. Земля ушла из под ног. Сара шумно выдохнула, неловко отвечая на поцелуй. Её властные руки прижали робкое тело к себе. Дыхание спирало, лёгкие жгло от недостатка кислорода. Что-то тёплое разлилось внутри. Первой оторвалась Сара, жадно хватая воздух. Райдэн облизнулась. — Влюбиться в смертную. Как это... По-человечески. Разделишь со мной мою вечность, генерал?