Разрушение предрешённого

“ Подумав о том, что игра с шахматной доской отражается на реальном мире, я подняла её с пола. Представив то, насколько я спятила, мне стало жутко от самой себя и своих мыслей. Я имею право не лить слез?... Я должна скорбить, но я... Я путалась в своих чувствах и мыслях, рядом не было абсолютно никого, я словно впадала в абстракцию, меня не существовало в реальности, там находился лишь сошедший с ума забитый комок рваных поломанных чувств и переживаний. А может, если я начну играть в пользу белых фигур... Но детально осмотрев доску, я приняла решение убрать её на место и отныне не прикасаться. День 7 Снаружи уже достаточно долгое время тихо, и сегодня я решилась выйти на улицу. Всё в окрестностях было разгромлено, кругом – ни души. Кончено... От всего этого невольно подкатывал ком к горлу, но я не хочу думать об этом. Отныне, моя цель просто выжить. День 8 Этим днем погода была спокойна, как и вчера, было абсолютно тихо. В какой-то степени мне стало даже комфортно. Я стала постепенно убираться и приводить деревню в порядок. День 9 Я подумала: почему бы мне не стать сильнее. Папа учил детишек со двора обращаться с клинком, в летнем домике до сих пор остались тренировочные катаны. Наверняка я слаба, просто слишком самоуверенна, но тут я совершенно одна, и рано или поздно мне придётся постоять за себя. “ – Больше ничего не написано, – вставил комментарий в завершении прочитанного Ханако. Глаза Ясиро были похожи на чистый хрусталь. Прозрачные капли падали на платье девушки, оставляя множество мокрых следов. – Как думаешь, она умерла? – продолжал комментировать юноша. – Э-эта история... – сквозь всхлипы пыталась проговорить девушка. – Ясиро? Посмотрев на Ханако, девушка пыталась запрокинуть голову так, чтобы помешать слезам, но из этого ничего не вышло, и она лишь начала пуще прежнего. – Слишком грустная... Мне так жаль эту девочку, вся её семья погибла, представь, какого ей! Она, наверняка, сошла с ума, бедная душенька. Как ты можешь желать ей смерти!? – Разве я хоть слово.... – Ха-на-ко! – Ну же, Ясиро, тише, может это вовсе выдумка... – Аманэ слегка растерялся. Ему как мёртвому было глубоко всё равно, если кто-то умрет, и исключением являлась лишь Ясиро. Парень лишь прижал к себе девушку, приговаривая ласковые слова, дабы она успокоилась. Вернув прежнюю трезвость мыслей, Нэнэ опустила глаза на дневник, который по-прежнему держал в руках Ханако. Девушка протянула руку к уголку книжки и медленными движениями два раза подергала листы на себя. – М? Хочешь открыть? – обратил внимание юноша и молча подал дневник Ясиро, усадив её поровней и вытирая слезы с лица девушки. Долистав до самого конца, Нэнэ провела рукой по внутреннему шву и сказала: – Тут вырваны листы.