Черная агония. Ты сгораешь в ней.

Гермиона тяжело дыша повернула голову в сторону. Ее взгляд был тупо и устало направлен в никуда. Лежа на холодном кровавом полу, она вспоминала те счасливые моменты. На секунду гриффиндорка прикрыла глаза. Картинка поменялась. Перед ней остановился Рон. Он разглядывал колдографию безумной женщины в полосатой одежке. Та выпучив глаза своими гнилыми зубами изображала ненормальную зловещую улыбку и явно громко хохотала. Если бы через колдографию можно было бы услышать этот ужас, то каждый проходивший мимо убегал бы с испугом. Сбежавшая когда-то аристократка явно обезумела. И теперь это нечто находится на свободе. — Мерлин, кто это? — оглядев бестию произнес рыжий Уизли. — Беллатрикс Лестрейндж, — точно также с легким удивлением и даже с отвращением Гермиона рассматривала лицо бывшей узницы. — Она преспешница Воландеморта. И она на свободе. Это не есть хорошо, — тоже остановился брюнет. — Ты прав, Гарри. Теперь нам нужно быть еще осторожнее, — Грейнджер стала поворачиваться во все стороны. Чувство тревочжности нарастало. — Успокойся, Гермиона, — рыжий взял за руку, — Я рядом. Все будет хорошо, я тебе обещаю, — от этих слов и действий староста мило и тепло улыбнулась, но это не особо помогло ей успокоиться. — Спасибо, Рон. Я ценю это. Такие теплые моменты в жизни грели ей душу. И сейчас, когда она почти потеряла рассудок, пыталась сохранить его путем воспоминаний. От ее бывшего ума ни осталось почти ничего. На физиономии застыла полоумная улыбка не значащая ничего кроме боли. Боли и сожаления. Сожаления о том, что она вообще родилась. Беллатрикс сделала свое дело. Она заставила ее жалеть о появлении на свет. Так, как и всех остальных жертв. Так, как и Рона с Гарри. Первого убили после трех часов пыток. Его последним словом было ее имя. Сморщенное от крови и ран, уже почти мертвое тело лежало на мрачном полу и безудачно пыталось схватиться, вцепиться за жизнь, но всем уже было ясно что ему осталось недолго. Его час прийдет с минуты на минуту. — Герм. Гермиона. я. я. я люблю. тебя. п-прости. Было тошно, что она ничего не могла в тот момент сделать. Ничего. Даже отвернуться и не смотреть на это ужасное зрелище. Ей приходилось смотреть. Перед ними склонился сам демон во вплоти человека — виновница происходящего. Ведьму забавляло это зрелище. Она даже прилегла между ними и положила голову на сложенные на полу руки. — Как же красиво и трогательно ты подыхаешь. Я польщена, малыш, — прошептала Белла смотря на Рона. — Тварь. Будь. будь ты… проклята. — эти слова возбудили в ней зверя. Та уже не с такой самодовольно улыбкой, а уже более безразлично возвысилась над рыжим юношей. Оперлась ногой о его грудь всем своим телом. — Тшш. не утруждайся, детка. Твой конец очень и очень близок, — Блэк села на его живот. — А ты упитанный. Учитывая средства твоей семейки отбросов, — кудрявая вытащила кинжал и приставила его к горлу Уизли, а затем приблизившись к его лицу шепотом произнесла; — Ты скрывал его…ты скрывал своего дружка! — последнее предложение было сказано с криком. — Неужели вам всем не понять, что в этом мире нет более сильного волшебника чем Темный Лорд?! — еще громче. — Вы. глупые подростки, решили что сможете его победить?! — обезумевшая вплотную приблизила свою физиономию к лицу Рона. — Я преподам тебе урок, отброс. СПОЛНА ПРЕПОДАМ! — Пожирательница смерти начала снова пытать его. Это продлилось несколько минут. Позже же ей пришлось остановиться. — Ты! Ничего не стоящая собачка Воладеморта! — выкрикнула из последних сил Грейнджер. Взгляд красных от злости и безумия глаз направился с ехидной улыбкой в ее сторону. — Грязнокровка заговорила. тебе жить надоело? Ты должна целовать мои ноги за то, что я тебя не убила! Хотя постой. у меня есть одна блестящая идея. — брюнетка с недоброй улыбкой направила палочку на Гермиону, а затем шепотом произнесла; — Империо. Ее шепот был устрашающим. Воздух словно разрезался. Грейнджер под приказом Лейстрейдж встала и взяла у нее кинжал. — Убей его, дорогая. Убей. Эти роковые слова прозвучали прожигающе прямо в ухо шатенки. Она под влиянием Империуса взяла в руки нож. Холодный как лед. Скольких людей он лишил жизни? Уизли только оклемался. Он тяжело взглянул в пустые карие глаза своей любимой и не узнал ее. Тяжелая, искровавленная рука мигом напала на холодную тушу. Гермиона перерезала ему горло. Кровь лилась фонтаном. В ней отражалось сожаление, сочувствие, боль, грусть, любовь, ненависть. Уизли замер в немом крике смотря на тяжело дышащую гриффиндорку. Сейчас она выглядела очень гордо. Словно непреступная гора. Холодный ветер дул на недавние раны. Она стояла не осознавая что сейчас убила своими же руками того, кто заставлял ее улыбаться каждый день. Того, кто действительно делал ее счастливой. Того, ради чьей жизни она здесь терпела и продолжала дышать. Империус спал. Гермиона упала на пол без сил. Как только она осознала содеянное, с глаз поступили слезы. Очень горькие, ведь она только что убила своего обителя кислорода. Она лила свои горькие слезы на протяжении всего дня и всей ночи пока и вовсе не уснула. Беллатрикс была довольна. Даже более чем. Шоу удалось.