Положись на нас, Эмма

Солнце не проникало под землю, а его лучи не будили бедного беглеца, который уже давно доверял только своим внутренним часам. Убежище было ужасно мрачным, а мысли о том, что будет дальше только навевали лишь лютый ужас и рисовали образы погибших товарищей. В воздухе была только безысходность. Была, пока сюда не явилось 60 с лишним детей и старый друг, упоминания которого сейчас вызывали только улыбку, но никак не печаль. Юго научился жить дальше и обрёл то, что неминуемо потерял 13 лет назад. Он впервые за большой промежуток времени ощущает себя настолько счастливым рядом с людьми, которых ценит. Но всё же было то, что заставляло его и его новоиспечённую семью волноваться.

***

– Эмма, Боже мой, немедленно ляг на место! — Гулкий голос обеспокоенной Гильды тотчас разнёсся по всему бункеру. — У тебя постельный режим, прекрати игнорировать его, — Девчушка выкинула из голоса все нотки тревожности и переключившись на укор схватила подругу за рукав. – Прости, Гильда, но у нас куча дел! — Голос рыжего неугомонного ребёнка держался в разы тише и мягче младшей собеседницы, но при этом эмоциональнее. — У нас выпало 4 недели, я не могу просто валяться и ничего не делать, подводя других! – Как такие мысли вообще пришли в твою глупую голову? — Девочка подала своей приятельнице костыль, который она выронила из-за резкой остановки. — Мы хорошо справляемся, и ты можешь вернуться в строй тогда, когда тебе станет лучше, но точно не сейчас. А пока иди в кровать, неугомонная. Тебе просто необходим отдых, поверь, — Последние слова Гильда проговорила без той стальной нотки упрёка, и Эмме даже стало немного неловко, поэтому она согласилась на последующее предложение подруги проводить в палату. Спустя пару секунд после их ухода из-за стола в столовой, в которой, собственно, весь балаган и произошёл, раздался слегка ошеломлённый голос. – Хорошо в колхозе утром, — Всё ещё не отводя взгляд от двери вздохнул мужчина, которого все совсем недавно звали "Мистером". — И давно она такая.. активная? – С рождения, — Спокойно попивая чай ответил вечно угрюмый мальчишка своему ментору, которого он скорее считает хорошим приятелем. — В общем, привыкай, старик. – Знаешь, я в её возрасте был таким же, тоже постоянно наводил шум, — Усмехнулся Юго. — Только не таким бойким. – Знаю, — Рей уже давно встал из-за стола, а сейчас стоял и мыл чашку, отвернувшись от старшего к раковине и цокая языком. — За последний месяц ты упомянул об этом больше раз, чем у меня зубов. – Ты жутко вредный, Циклопина, — Мужчина подошёл к мальчугану и потрепал его по голове, а после дал щелбан. — Раз тебя так не прельщает моя компания, то вперёд и с песней к своей подруге. Уверен, от тебя там будет больше пользы, чем тут. – С удовольствием, старикашка. — Рей лишь потёр лоб и приподнял уголок губы. — А раз ты не нуждаешься в моей незаменимой помощи, то иди уговаривать Пепе готовить завтрак. Юго лишь цокнул и вытолкнул паренька из столовой. А Рей, особо не возражая, поплёлся в медпункт. Кажется, их отношения с Эммой стали в разы теплее. Сейчас ему не хочется злобно цокнуть на её беззаботный смех, а наоборот, хочется слышать его в разы чаще. Теперь "Циклопу" постоянно чудится, что его напарница и сама стала относиться к нему намного трепетнее, пусть он и понимал, что она относится так абсолютно ко всем, да и многое в поведении рыжей девчонки изменилось. Она действительно быстро выросла. Тук-тук – Входите, — Проговорила Эмма, чуть не подавившись супом от внезапного звука. Дверь открылась, когда девочка ещё толком не успела ничего сказать. Кажется, стук был чистой формальностью, и гостю чихать хочется на то, разрешат ли ему войти. – Привет, — Это был Рей, что не удивительно – именно он и Гильда чаще всего навещали её. — Что нового? — Спросил тот, садясь на стул перед приятельницей. Он прекрасно понимал, что она ответит, поэтому спрашивал из вежливости, с обычным для него умиротворённым лицом дожидаясь ответа. – Здравствуй, Рей. Давно не виделись. — Эмма мягко улыбнулась. Если подумать, то она всегда улыбалась мягко, добродушно и легко. Настолько легко, что ему казалось, будто прямо сейчас она вознесётся над своей койкой и засветится, как яркое-яркое солнце, которое так и норовит прожечь тебе глаза, вдруг начав светить настырнее, наперекор всему. Но он не особо и против. — Ты же знаешь, что в этой дыре не может быть ничего нового... хотя погоди! — Девчушка поставила тарелку с супом на тумбочку, а сама повернулась на другой бок и и достала что-то из под кровати. — Смотри, что мне нарисовал Крис! Правда же красиво? Лукас сказал, что повесит его в спальне. – Да, ничего так. – Но ты даже не посмотрел! — Эмма начала обиженно тянуть слоги, прикрывая глаза и делая вид, что сейчас заплачет. – Я же сказал, что мне понравилось. Крис действительно очень точно изобразил Юго, — Рей улыбнувшись тыкнул пальцем на его лицо с хмурыми толстыми бровями. — Но я пришёл не за этим. Эмма отбросила в сторону своё желание хорошенько стукнуть Рея за такое прямое высказывание о рисунке и своем новом товарище, сменив его на удивление. Рей редко приходил не только для того, чтобы спросить, как у неё дела. – Я по поводу вашей с Гильдой перепалки, — Рей изменился в лице, став похожим на свой приютский образ. — Она права, вообще-то. Если ты так сильно хочешь, чтобы мы завалили тебя работой, то отлежи весь постельный режим. – Но, Рей... – Никаких "но", — Перебил подругу Рей, вжимаясь руками в стул. — Твоё ранение — не твоя вина, пойми. Просто положись на нас, Эмма. — Голос и лицо паренька больше не были такими угрюмыми, скорее выражали поддержку, которую он пытался оказать так, как умел. — Я.. Мы делаем всё возможное, чтобы твоё состояние нормализовалось. Да и сам факт того, что ты очнулась — чудо, которому был ужасно счастлив абсолютно каждый. Так что прекращай идти наперекор всем нашим словам, чёрт побери. Эмма изумлённо молчала. Она не выглядела как то самое солнце, которое улыбалось так же тепло, как и светило, потому что сейчас она не улыбалась. Но парниша радовался тому, что её лицо просто расслабленно смотрело на него, этого сейчас хватало с головой. – Пока. Надеюсь, что скоро на ближайшем завтраке увижу тебя в столовой, вместе с остальными. — Рей встал со стула и потрепал её волосы. С каких пор это стало таким неловким?. Оторвавшись от Эммы он встал возле двери и резко опомнился. — Но только здоровой! Не хватало тебе приходить сейчас, когда ты ещё на костылях-то с ног валишься, — Не успел он дотронуться до ручки, как со стороны послышался звонкий смешок. Он тоже шевельнул губами, коряво пытаясь повторить её привычную лёгкую улыбку. – Спасибо за всё, Рей. – Тебе спасибо, Эмма.