Король и шут

Они всегда были вместе. На парах, в перерывах, до дома добирались только вдвоём. Конечно, не сказать, что один из них был этому рад, но почему-то каких-либо действий против этого он ещё не совершал. Подумать только, холодный, мрачный, нелюдимый король, что покорил не одно дамское сердце, возится с шутом всего района, который только и делает, что травит анекдоты. У второго, правда, есть и свои плюсы. Быстро располагает к себе людей, любим детьми и сияет, словно солнечный луч. Одним словом, идеал, что не понимает своего великолепия. -Фееедь!-слышится из-за двери аудитории. Блондин в который раз чуть не опоздал на пары, осталось каких-то три минуты. Рядом с Фёдоров приземляется Гоголь. -Твой рекорд, обычно приходишь минуты за две,-не отрываясь от ноутбука, сухо сказал обладатель глаз цвета аметиста. -Это похвала, или ты решил так меня подколоть? -А ты сам как думаешь? -Думаю, что ты прекрасно выглядишь. В ответ тишина. Коля лишь хитро улыбнулся, поняв, что смутил своего собеседника. Началась пара. История литературы. Ректор монотонным голосом рассказывал студентам о прекрасной жизни Сергея Есенина, разумеется, умалчивая об алкогольной зависимости и явной склонности к гомосексуализму. Хотя кому есть до этого дело? Никто же не готовится к летней сессии более, чем за день до неё? А сейчас только 10 мая. *** Солнце уже садится, окрашивая небо в оранжевые и розовые оттенки. С учёбой на сегодня покончено, а впереди два дня заслуженных выходных. Все обсуждают планы на них, кто пойдёт в клуб, кто поедет к родственникам. Наша же пара держит курс на советскую пятиэтажку. -По своим разойдёмся, или ты окажешь своему преданному слуге тёплый приём?-с улыбкой на лице спросил Гоголь. -Ты ведь зайдёшь, даже если я откажусь? -Да!-Фёдор на это лишь тяжело вздохнул, он привык к такой наглости Николая, пусть это иногда и раздражает. А вот и знакомый двор. Детская площадка, старушки на скамейках, ребятишки, играющие в войнушку..и цветущая сирень. Пока Федя ищет ключи в рюкзаке, Гоголь отламывает несколько веточек от дерева и вручает их брюнету. В глазах Достоевского читается немой вопрос: «зачем?». -За тем, что Вас безумно красит сей чудесный цветок, он ведь столь же прекрасен, как Вы, мой милый друг,-льётся сладкий голос из уст Николая. В тишине парни заходят в подъезд и поднимаются на четвёртый этаж. Зайдя в квартиру, Федя ставит сирень в вазу и размещает её на подоконнике, пока Коля ставит чайник. Блондин лезет в ящик за двумя кружками. Одна старая с котятами, из неё пила ещё мама Фёдора, а вторая-единственный уцелевший предмет из чайного сервиза его прабабушки, который передаётся из поколения в поколение. Достоевский садится на табурет и кладёт голову на стол, позволяя Николаю хозяйничать на кухне. Тот же высыпает последнии конфеты в пиалу, после чего заглядывает в холодильник. -Как всегда ничего нет, молоко, хлеб да колбаса,-немного укоризненно сказал Гоголь. -А что ещё надо? Чай, кофе на полке, сладкое только ты любишь. -Да я-то тут причём? О тебе ведь волнуюсь, вон какой худой уже. Ветер подует, так ты улетишь куда-нить. -Не улечу. Вскипел чайник, Коля заварил горячий напиток и поставил кружки на стол. Услышав короткое ”спасибо” от Феди, он садится напротив, и они стали спокойно пить чай, разговаривая на различные темы, порой и вовсе без неё, а за окном из чьих-то колонок играет Цой, и цветёт сирень.