Love is

В имении Камисато каждый день пролетал незаметно, оставляя за собой хорошие воспоминания. Но Аято больше всего нравились вечера; они, конечно, не отличались весельем, ведь под вечер все устали после насыщенного дня и шли отдыхать по комнатам, но всё таки кое-кто вечером становился более привлекательным. Камисато каждый вечер будто оживал. Горы рутинной макулатуры оставались лежать на столе, а сам парень прогуливался по поместью; весь персонал устало собирал инвентарь и раскладывал его по нужным местам, сестра Аяка мирно сидела за столом и писала очередные страницы её самого первого в жизни романа. Девушка не была из тех, кто быстро находит общий язык к людьми, поэтому вкладывала все свои чувства и переживания в строчки на белых, пустых листах. Но больше всего Аято привлекал парень со светлыми волосами и такими же светлыми мыслями. Камисато часто замечал, как Тома, будучи уставшим, сидел на холодном крыльце и смотрел в небо: свет звёзд его будто-бы притягивал, ласкал своими блёклыми лучами. В такие моменты парень не замечал ничего вокруг себя и отдалялся от всего мира, уходя в себя. Камисато не очень нравилась эта привычка парня; уходить в себя, конечно, моментами полезно, можно порассуждать насчёт своей жизни и событий, происходящих вокруг тебя, но надо знать меру. Ведь мы живём здесь и сейчас, живём не в фантазиях. Аято вышел на террасу и поёжился — холод окутал его тело, и даже домашнее кимоно не могло полностью защитить его. Медленными шагами подойдя к Томе, Камисато мягко положил ладонь на затылок парню, обращая на себя внимание. — Господин Аято? Что вы.., — Не успел договорить Тома, как рука, которая мгновение назад осторожно поглаживала его остановилась. — О чем ты думаешь, глядя на звезды? — мужчина легко улыбнулся, убирая руку от слуги и присел рядом — Как будто улетаешь куда-то. Тома устало усмехнулся и повернул голову к звёздному небу; тысячи звёзд россыпью раскинулись по нему, каждая из которых светила ярче другой. Силы были на исходе, но парень явно не хотел заканчивать диалог. В его голове было множество мыслей, и выбрать одну стало непосильной задачей; звезды его притягивали своим ярким светом, да и много чем другим. Смотря на них Тома ощущает себя легче, на душе становится спокойно. Желанное умиротворение после суетливого дня — вот, что способствует хорошему сну. Свежий воздух помогал развеяться и успокоиться. Вообщем, одни плюсы. — Это правда так, ведь когда я смотрю на звезды, я.., — Тома блаженно прикрыл глаза — мне это помогает расслабиться. А благодаря свежему воздуху я могу ещё мыслить трезво. Так бы я уже загнулся бы. Тома закончил свой короткий рассказ и посмотрел на Аято полными надежд глазами: в них читалось желание жить дальше. Камисато провёл ладонью по щеке парня и шумно выдохнул, не находя в себе сил продолжить приятные прикосновения. Сердце заколотилось с новой силой, заставляя мужчину немного поежиться и отвести взгляд. За годы проживания вместе в имении Камисато почти ничего не поменялось: брат с сестрой ближе познакомились с Томой и относились к нему как к родному. Всё имение знало о том, как наследники клана относились к иностранному мальчишке. Жаль, что по началу не все отнеслись к блондину толерантно, но главное то, что на данный момент так из проблем не возникает. В этом поместье любят и ценят Тому, как работника и человека, как друга и как парня. Аяка очень сильно привязалась к парню и часто старалась выделить время для их совместных посиделок. Конечно, не обходилось без старшего Камисато; как только он узнавал о том, что его младшая сестрёнка освободила вечер — сразу же бросал всю работу и наслаждался временем, проведённым в кругу близких. Холодный ветер более сильным потоком прошёлся по имению, заставляя кожу покрыться мурашками. Аято поёжился от холода, и повернувшись к Томе, взял того за руку и тихо начал: — Сегодня ночь будет холодная, не забудь взять тёплое одеяло, — немного смущённо начал старший, поправляя другой рукой пряди своих волос — Может, уже пойдём в дом? Тома отвлёкся от красот неба, но промолчал. «А что, если он хочет остаться? » — пронеслось в голове Камисато, и тот задумался: с самого первого дня Томы в этом поместье для него были открыты все пути. Он мог убежать со всех ног подальше от этого места, а мог остаться в тепле и уюте. Ему выделили сначала отдельный футон, а потом уже и целую комнату, не жалели ни еды ни денег на новую одежду. Его никогда не пытались лишить собственного мнения. Будучи маленьким, Аято думал, что они слишком балуют иностранного мальчика и в будущем он будет вести себя так, будто бы ему всё позволено, но нет! Всё было полностью наоборот. Мондштадтский мальчик наотрез отказывался от похвалы и большинства возможностей, которые выделяли для него наследники клана. Тогда на помощь пришла младшая из клана — Аяка выудила Тому из своей комнаты и провела разговор по душам. Девушка изо всех сил старалась показать блондину, что ему тут рады и никаких неудобств они не испытывают, когда разрешают Томе пользоваться теми или иными вещами. — Вы меня слышите, господин Аято? — мужчина заметно вздрогнул, когда услышал своё имя. Он опять задумался. — И кто тут ещё из нас летает в своих мыслях? — по-доброму усмехнулся Тома, медленно поднимаясь с нагретого места. Камисато медленно приоткрыл глаза и увидел перед собой протянутую ладонь. Не задумываясь, Аято потянулся к ней, и встав с блондином на одном уровне, легко поцеловал его в висок. — Доброй ночи, Тома, — умиротворенно прошептал старший Камисато — не замерзни, этой ночью будет прохладно. Тома мягко улыбнулся и зевнул; правда похолодало. Но Тома справится. Ведь смотреть на холодный свет звёзд и в эти глубокие голубые глаза Камисато было ничуть не проще, чем чувствовать на коже прохладный ветер.