In riva al mare/На берегу моря

Они постоянно спрашивали меня,почему я не могу относиться к тебе также как и ко всем,а мне адски хотелось кричать,что ты всё,а не все. *** Юнги смотрит на Чимина и ждёт объяснений. На улице темно,море волнуется. Машина Сокджина не стоит,а значит они уехали. И Мин искренне надеется,что подбросили Чона,потому что он явно сейчас не готов к потоку вопросов любопытного ребёнка. Да и Пак,тоже явно не хотел бы объяснять кому-то почему он в два часа ночи в пижаме,находится дома у какого-то парня. —Я не должен был звонить тебе,хён,—Чимин смотрит своими стеклянными глазами на старшего и кажется вот-вот завоет или заскулит.— я мог позвонить Тэ или Хосоку,но я набрал тебя. Ты был прав,я хотел на мосту жизни.......,но как только я......как только я приготовился передо мной всплыл твой образ. Понимаешь?—нет,Юнги вообще ничего не понимает. Да он чувствует себя сейчас как самый тупой в мире человек.—Я не понимаю. Вот и поговорили. Что люди делают в таких ситуациях? Обнимаются? Или что? Почему это все так странно. Он только что признался ему в любви,а сейчас думает как сказать хоть слово. —Я тоже. Кинул Чимин в эту тихую бездну и отвернулся глядя куда-то вдаль. А Юнги повторять не надо. И он прекрасно понимает,что под словом «тоже» имеет ввиду Пак. Но он хочет услышать это сам. Поэтому включает дурочка и удивленно вскидывая бровь резко спрашивает: —Что ты тоже? Сердце Юнги пропускает удар. Он вот-вот услышит эти слова от младшего. —Люблю тебя. Чимин уже давно не сидит в машине. Он стоит напротив парня и смотрит ему за спину,а потом и вовсе закрывает глаза. Он часто говорил эти слова,но говорить это для Юнги. Это что-то немыслимое. Чимин чувствует как кто-то берет его руку и тянет за собой. Он открывает глаза и видит как Юнги идёт к дому не скрывая свою улыбку и это не может не радовать его. Отвлекшись на свои мысли Пак не заметил как стоит у порога. —Пойдём,тебе надо обработать ссадины.—Юнги все ещё не отпускает его. Мин Юнги не отпускает руку Пак Чимина. Пак Чимину это нравится. —Хён? —Да? —Я очень благодарен тебе,за всё.—Чимин смущенно опустил свои глаза на содранные колени. Юнги улыбнулся младшему,посадил на стул и принялся искать по всей кухне свою аптечку,давно он ею не пользовался. Чимин внимательно смотрит на дом и понимает,что представлял себе совершено иное. Какой-нибудь 20 этаж в богатом районе,панорамные окна,невероятная мебель. И все в этом духе. Но Чимин никак не ожидал уютный домик у моря с простым интерьером. Не то,чтобы это выглядело не очень....нет,ему очень даже нравится...просто со стороны Юнги выглядел иначе. Они знакомы два месяца и Чимин каждый раз представлял себе как его голова лежит на коленях Юнги,а тот в свою очередь расчёсывает своими пальцами волосы Пака. Да,он представлял себе это,но что в этом такого-то? Это же не что-то запрещённое? Мин Юнги казался Чимину сначала довольно странным. Он был холодным,отстранённым со всеми. Поначалу и вовсе казалось,что он просто действительно пытается казаться не тем,кем является. Но потом. Потом Чимин осознал,что Юнги всегда ко всем холоден пока не узнает человека как минимум получше. Но потом. Он понял,что плохих людей Мин видит сразу. Он словно чувствует,что рядом плохо человек и не позволяет тому узнать себя лучше. Но Чимина он сразу принял. И Чимину это жутко нравится. Но потом. Он понял,что когда Юнги злиться он становится неуправляем и готов разнести в клочья все на своём пути. Особенно если дело касается не его самого,а близких ему людей. Но потом. Чимин увидел с каким энтузиазмом Юнги смотрит на живопись. Каждый раз,когда Чимину казалось,что старшему плохо-он рисовал. Но потом. Юнги как-то раз сказал ему: « Я в детстве мечтал о том,что буду жить у моря. Это же так красиво,особенно купаться там ночью». И Чимин понял,что Юнги спасает только море. Но потом. Чимин начал становиться зависимым от Юнги,также сильно как наркоманы от наркотиков. ИчертвозьмиМинЮнгисамыйсильныйнаркотиквэтоммире. ИчертвозьмиПакЧиминоченьсильнолюбитЮнги. Если любовь Чимина к Юнги-это зависимость,то пускай он будет зависим. Пускай у любви будет синоним зависимость. Пускай у Юнги будет второе имя зависимость. —Ты чего задумался? —Хён? —Да? —Ты правда? —Да. Правда. И всё. Этого достаточно,чтобы понять о чем они. Этого достаточно,чтобы Юнги откинул все бинты в сторону и взяв Пака на руки отнести его к нему в спальню. Этого достаточно,чтобы Пак чуть не задохнулся. Этого достаточно,чтобы Юнги положил Чимина на кровать аккуратно,словно он держит в руках хрустальный шар. Этого достаточно, чтобы Мин накрыл Чимина пледом и аккуратно прилёг рядом притянув к себе черноволосого. Этого достаточно,чтобы Чимин зарылся в шею своему хёну и чуть не умер от счастья. Этого достаточно,чтобы они заснули в обнимку став одним целым. Этого достаточно. *** —А почему тогда ты учишься с Юнги-хеном,если младше его? Непонимающе спросил Чонгук. —Ну...я.....эм...... —Он закончил 3 класса экстерном. Ответил за Чимина Юнги. И тот был благодарен ему. Потому что невероятно неловко находится в компании четырёх парней из которых он знает только одного. —А что ты любишь? Не унимался ДжейКей. —Так,всё мелкий! Ты за последний час ему вопросов задал больше,чем я за два месяца. Ему и так неловко. — Ответил Юнги готовивший что-то у плиты. —Все в порядке, хён. —Чимин,я же вижу. Намджун бросает взгляд на Юнги,а потом на Джина. Мин всю жизнь был прямолинейным и никогда не стеснялся говорить что-либо на прямую,неважно,что о нем подумают. Это довольно хорошее качество,по крайне мере так казалось им всем. —Спокойно Юнги,Чонгук просто любопытный ребёнок. Пытается успокоить его Джин. —Я спокоен,—Он бросает неоднократный взгляд на Чимина,а после переводит на Чонгука,и кажется того забавляет вся ситуация,а нет,не кажется,—Все нормально,не парьтесь парни. —Не в бане же!—Задыхаясь от смеха произносит Джин и вслед за ним раздаются смешки Чонгука и Чимина. В ответ Юнги лишь закатывает глаза. Шутки хёна ему уже толком надоели,но без них Джин-не Джин. Никто из ребят не заметил как вышел Намджун и заходя обратно на него покосилась пара глаз. —Ты когда выйти успел-то? Удивленно сказал Юнги. —Кажется у тебя проблемы,хён. Смотря на Мина тяжело вздохнув ответил тот. —Чего? —Твой отец звонил.