idiot

— Господин Кэйя… — девушка не может удержать удивления в голосе, так и не продолжая предложение. Капитан Кавалерии лишь улыбается и делает жест рукой, приглашая ее наблюдать дальше. Плавно передвигаясь мимо гостей с подносом в руках, он подходит к Дилюку, беря единственный бокал с неалкогольным наполнением и протягивая ему. В ответ Кэйя получает лишь беглый взгляд на бокал, чтобы убедиться в правильности налитого, и сухое «спасибо». Все так же грациозно, будто танцуя, он возвращается обратно к ещё более потрясённой девушке и почти сияет. — Такое, признаюсь честно, не входило в мои планы, — начал Альберих, с не сползающей улыбкой, — но чем дальше это заходит, тем интереснее. Я поспорил с Аделиндой, что он заметит только к концу вечера. Но она считает, что он не заметит вообще. Теперь и девушка перенимает веселый настрой, чуть слышно смеясь. Капитан предупреждает ее: — Все в зале делают вид, что все в порядке, об этом же я прошу и Вас, — девушка согласно кивает, — Я бы даже сказал, что не только мы с Аделиндой сегодня спорили… Они ещё немного беседуют и Кэйя отлучается снова помогать своим новым коллегам.

***

Кэйя все же выигрывает, когда Венти на прощение благодарит за приглашение на вечеринку в честь рекордного урожая винограда, куда были приглашены многие знакомые Рагнвиндра и некоторые его клиенты, и просит также от всего сердца поблагодарить персонал. Дилюк недоумевающе смотрит в след последнему уходящему гостю, а когда поворачивается к служанкам с ужасом обнаруживает его. Среди милых девушек, которые еле сдерживали свой смех из-за постоянно меняющегося лица Дилюка, в точно такой же униформе стоял Альберих. — Что ж, — мужчина снимает головной убор поворачиваясь к Аделинде, — раз я выиграл, то теперь смогу наконец покинуть ваши ряды, — говорит он, перекидывая обратно взгляд на владельца винокурни. Дилюк же до сих пор ничего не мог сказать. В его голове никак не могла появиться целая цепочка событий, такое впечатление, что Кэйя был в этом образе… с утра? Иначе как объяснить, что на завтрак был его любимый омлет, который остался далеко в детстве, подобранный наряд не был удобным, но отражал лучшие черты мужчины, а горничная рядом с ним за весь день не проронила ни слова. В такое поверить за короткое время очень тяжело, и Дилюк явно не справлялся: за целый день он не смог заметить такое под носом, и после этого он остаётся Полуночным Героем? — Как ты… — единственное, что получается выдавить из себя, пока Кэйя заботливо прощался с девушками, благодаря их за работу и закрывая за ними двери. — Знаешь, зато я уверен, что ты никогда не причинишь им вреда, — говорит капитан, проходя мимо него, — наверное, ты даже лиц их не видел никогда. — Кэйя! — Дилюк взрывается, а названный чуть ли не подпрыгивает, — у тебя вообще есть мозги? Ты хоть понимаешь, что творишь? Рагнвиндру было действительно обидно: все знали об этом, кроме него, выставляя невнимательность хозяина на всеобщее обозрение, а не то, что там пытался подчеркнуть подобранный новым служащим костюм. Кэйя в платье служанки был ещё большей «рекламой» для потенциальных покупателей. Мужчина ходит из стороны в сторону, пытаясь как-либо успокоиться и при этом никого не ударить. В итоге Дилюк уже опустошенно смотрит на Кэйю, проходит мимо и садится за ним на диван, закрывая рукой лицо и потирая глаза, в надежде, что незваный гость уйдёт сам. — Прости, — еле слышно говорит Альберих, поворачивая голову к Дилюку. Чуть мнётся на одном месте и все же решается подойти к нему, садясь на корточки. — Даже не говори ничего. Мне и так сложно воспринимать тебя всерьёз, а в таком виде… — мужчина вздыхает, не желая продолжать. И все же не выдерживая этого молчания и пристального взгляда глаза напротив, спрашивает: — Зачем все это? Тебе так хотелось разозлить меня? Выставить дураком? У тебя получилось. — Нет, я… — Кэйя сглатывает вязкую слюну и продолжает, — Я соскучился. По лицу Дилюка сегодня можно было изучать все возможные эмоции, и Кэйя поспешил объясниться. — Ты все время был занят, не появлялся в таверне, а ночью постоянно отправлялся за город, я не успевал тебя нигде выловить, — Рагнвиндр чуть нахмурился, он явно не верил, что тот по нему так скучает, — Честно, я хотел лишь приготовить тебе завтрак и посмеяться, но ты ничего не заметил. Я не хотел выставлять тебя идиотом, просто мне нравилось быть рядом, — Кэйя сделал небольшую паузу, вдохнув, и продолжил: — как раньше. — Я просто не представляю, как все это каждый раз приходит тебе в голову, — Дилюк лишь разводит руками, чуть усмехаясь: все же капитан кавалерии в платье горничной перед ним на корточках с таким жалобным взглядом не мог не вызывать каких-либо эмоций, пусть даже несколько истеричных, — Я не знаю, как тебе верить. Не смотря на последние слова, Кэйя достаточно оживился, увидев хоть какую-то реакцию на свои слова (а не появление меча). — Хочешь — не верь, но раз уж я так долго находился рядом, то кое-что заметил, — Кэйя привстал, приблизившись к Дилюку и оперевшись на диван руками по обе стороны от него, — кого-то ты весь вечер искал взглядом, хоть и все приглашённые гости пришли. Винодел и правда не понимал, как эта жалостливая мордашка, которая была только что готова расплакаться, за несколько секунд так изменилась и сверлила его уверенным взглядом, будто и не боялась, что сейчас может встретиться с чьим-нибудь кулаком. Но Дилюк понимал, что не сможет его оттолкнуть, и это лишь разливалось в груди горячим чувством безысходности: этот лис его снова поймал, и теперь ему некуда отступать. — Я так ненавижу тебя, — выдавливает он из себя, беря обеими руками за лямки фартука вместе с рубашкой под ним и притягивая к себе. — А я так тебя люблю, — Кэйя не нуждается в повторном приглашении и сокращает оставшееся расстояние между ними, жадно целуя. Ладони Альбериха все так же лежат на диване, а руки Дилюка остаются на том же месте, руководя процессом: он чуть отталкивал капитана, когда им стоило отстраниться и восстановить дыхание. Прошло не меньше вечности до того момента, пока Дилюк не отстранил Кэйю, отпуская его и приподнимаясь на руках повыше. Капитану лишь оставалось следить за действиями возлюбленного, ничего не предпринимая, дабы не надавить и не сломать, то хрупкое «нечто», что появилось между ними. — Ты — идиот, — полушепотом говорит Рагнвиндр, опуская взгляд и беря того за руку. Кэйя усмехается и садится поудобнее одним коленом между ног Дилюка, свободной рукой поднимает чужое лицо и целует в уголок губ. — Надеюсь теперь для такого идиота ты найдёшь время на свидание, — Кэйя снова заглядывает тому в глаза. — Я думаю, в моем ежедневнике уже стоит это в планах, — Дилюк смущается, уводя взгляд в сторону, на что получает легкий поцелуй в щеку. Он был прав: ещё утром оставленная «горничной» запись гласила, что через два дня у него совместное задание с капитаном кавалерии.