Горстка тепла

Если закрыть глаза, можно забыть важные слова — условности, правильность, приличия. Страх потерять друга не прошел, он вернется… потом. Никогда Готье не считал себя идеальным — сыном, братом, другом… возлюбленным? Слово колется, горчит на языке, заставляет сердце выбивать дробь в груди, оно чуждое, когда вообще успел? Друг. С этим куда спокойнее, увереннее, они друзья не первый день, близкие люди, важные друг другу, если подумать, никто больше и не нужен, когда Скэриэл рядом. Как-то так вышло, а Готье и не заметил. Его пальцы на талии, горячее дыхание в ухо, запах табака — и вкус тоже, парфюм остался на коже, оказывается, Готье к нему уже привык. Сонное тепло разделенной кровати, чтобы если проснуться на рассвете, можно было улыбнуться, разглядывая, в каком беспорядке черные волосы на соседней подушке. Жар, безумный, разделенный, взаимный, Готье же видел и все понимал, не дурак. Какие еще друзья после такого?! Если открыть глаза, очень страшно. Это не то, что Готье планировал, не то, что ему нужно, сейчас важно думать о поступлении в Академию, а не… — Не открывай глаза, — тихий шепот в ухо, и руки охотно смыкаются за чужой спиной, пальцы сцепляются крепко, Готье не хочет отпускать. Нет, он откроет. Скэриэл очень красивый, когда улыбается, дыхание захватывает, и говорить об этом совсем не нужно — сам знает. И хочется видеть легкий румянец на его щеках, купаться в ответной реакции, понимать, осознавать — видеть. — Еще чего, придурок, — улыбается Готье в поцелуй.