3L Dance

      Джорно Джованна был юношей не робкого десятка, ни мгновения не раздумывая над непристойным предложением и никак его не комментируя, он взялся за дело. Миста подкрался к нему и сел на корточках рядом. Подождав несколько минут, буквально загипнотизированный лицом Джорно, который то закрывал глаза, то медленно открывал их, бросая томные взгляды на Мисту, он подобрался ещё ближе, заставил Джорно убрать руку и наклонился над его членом, медленно пробуя его кончиком языка. Джорно стянул с Мисты шапку и благодарно погладил его по волосам, зарываясь в них пальцами, отчего Миста почувствовал себя хорошим мальчиком, которому необходимо сделать всё возможное, чтобы тот, кого он обожал, был доволен. Немного полизав, пососав и даже покусав член, стоя на коленях, он помог Джорно снять штаны, в спешке разделся сам, настойчиво подтолкнул партнёра, заставляя его лечь на диван, и забрался сверху.       Ему нравилась эта поза, потому что он мог без проблем заглотить член Джорно целиком и пребывать в таком положении некоторое время, ему это доставляло моральное удовлетворение; а ещё это очень сильно возбуждало. Джорно не остался безучастным и принялся целовать и лизать член Мисты, порой прихватывая кончик губами, а также пожимать и поглаживать мошонку пальцами. Нагрев член во рту и насладившись этим абсолютным контактом с естеством Джорно, Миста по внутренней необходимости всё-таки вынужден был начать более активные действия, поднимая и опуская голову во всей красе своего мастерства. Джорно, который находился в менее выгодном положении, но выглядел не менее довольным, выпускал член Мисты изо рта, чтобы поохать и выразить своё одобрение обрывками слов, также он пару раз несильно шлёпнул партнёра, впиваясь пальцами в его зад. Исходя из ситуации, Миста не сомневался, что Джорно кончит первым, но тот, перестав едва ощутимо перебирать рукой, внезапно усилился на ласках, а главное, выждал удачный момент и ловко засунул в Мисту сначала один палец, а затем второй, принимаясь ритмично водить ими из стороны в сторону, плавно доставать и углублять снова и снова. Тут уж техника Джорно могла считаться безупречной. Мисту пробила волна возбуждения, он не смог предупредить, что кончит, так как был не в состоянии освободить рот. Он сдавленно застонал, стараясь не сжимать челюсти, и уронил голову, истекая слюной и замирая на время.       – Продолжай, – прошептал Джорно. – Я сейчас тоже кончу.

* * *

      – Почему мы так мало валяемся? – спросил Миста, когда поутих шум в голове у обоих. – Можем ли мы валяться чаще?       – Ну, сейчас мы можем поваляться. Но я надеюсь, что через полчаса ты будешь в полной боевой готовности…       Миста коварно засопел, прижимаясь к Джорно сильнее.       – …для работы. Насколько мне известно, у тебя не выходной. Я тоже потратил на перерыв больше времени, чем рассчитывал.       Мисте в одно мгновение стало искренне обидно и, возможно, в других обстоятельствах он бы даже вспылил, но сейчас он лишь грустно вздохнул:       – Ох, Джорно…       – Что, «Джорно»? – Джорно зашевелился, чтобы повернуться лицом к любовнику, но тот усилил хватку, потому что не хотел, чтобы они встречались взглядами, и уткнулся ему в затылок. Джорно успокоился и погладил Мисту по руке. – Приходи, пожалуйста, ночью.       – Правда? Это честное предложение? Ты не будешь торчать тут всю ночь? Мы не потащимся ни с того ни с сего наблюдать за наблюдающими? Ты даже не исчезнешь, пока я буду ждать тебя?       Джорно усмехнулся, подумав, что он не может быть таким фриком, каким его описал Миста, но, к сожалению, сказанное основывалось на реальных событиях.       – Нет, Гвидо. Сегодня я буду в своей комнате. Отдыхать.       – Ох, Джорно!       – Что опять?       ...       – Я тебя трахну!       Джорно смутился, краска бросилась в лицо, и он был рад, что Миста не может этого видеть. Пауза сделалась неестественно длинной, казалось, будто он делает вид, что не расслышал, однако он всё услышал и в конце концов твёрдо ответил:       – Ну давай, трахни.       Он замолчал и расслабился, слегка высвобождаясь из захвата Мисты, Миста не стал искушать судьбу, он тоже ничего больше не сказал и отодвинулся, закрывая глаза.       Когда он проснулся, то обнаружил, что прошло далеко не полчаса, однако день только начинал свой путь к завершению. Это его порадовало, потому что он не хотел проспать ночь и не хотел перейти к ней сумбурно, ему хотелось ещё потомиться. В комнате стоял нежный цветочный запах с едва угадывающейся терпкостью, как-то само собой складывалось в голове у Мисты, что этот аромат исходил от Джорно, хоть это было и не так. Джорно стоял у окна и перелистывал ежедневник, на котором были изображены разноцветные божьи коровки (подарок от Мисты). Он успел переодеться в чёрный костюм, однако не стал заплетать волосы. Миста выбрался из-под легчайшей простыни, которой его укрыл Джорно, оделся, отлучился в уборную и отыскал свой револьвер за диваном. Поднимая его с пола, он шёпотом попросил прощения, что не осталось незамеченным и отозвалось теплом в сердце Джорно.       – Ну что, мы пойдём смотреть на этого типчика? – энергично спросил Миста, прозевавшись перед этим так, что у него выступили слёзы.       Джорно, не отрываясь от книжки, указал на край стола, где лежал билет:       – Ты можешь сходить, у меня пока нет ясности в расписании.       – Типчик? – добавил он, после небольшой паузы. – С каких пор ты озабочен личной жизнью Наранчи?       – Интересно же. Кроме того, вдруг этот парень через Наранчу хочет подобраться к нам, – сказал Миста, имея в виду организацию. – Подозрительно.       – Подозрительно, что он с кем-то познакомился и кому-то понравился?       – Ты сам понимаешь, о чём я. По рассказу, он будто лет на 15 старше, чем Наранча. И вся эта ситуация звучит как-то постановочно.       – Понимаю, старший брат ревнует Наранчу, – Джорно наклонился за ручкой и вычеркнул что-то в ежедневнике.       – Вовсе нет! Всё не так! – возмутился Миста, чем ещё больше себя скомпрометировал, это он понял по усмешке Джорно. – Любопытно же.       Джорно устремился к живописному виду из окна, пытаясь прийти к решению:       – Наранча уже взрослый, – сказал он наконец. – Однако он неопытный и сам обратился ко мне за помощью, имея в виду такую деликатную тему. Я не могу оставить это без внимания. Если ты так желаешь, то можешь считать это заданием от босса: проверь историю этого знакомого. Однако, – Джорно поднял указательный палец, привлекая внимание, – если ты раскопаешь нечто гадкое, то первым делом доложишь об этом мне, не предпринимая необдуманных решений. Не говори ничего Наранче. Мы договорились?       – Договорились, – Миста ликовал, что Джорно позволил данное расследование, потакая своему возлюбленному, однако он надеялся, что они займутся этим вместе, без этого удовольствие ощущалось неполным.       – Если Карло опять сморило, пни стул, пожалуйста, – Джорно указал на дверь записной книжкой, намекая на то, что Мисте пора идти. – А лучше позови его сюда, нам нужно настроиться перед встречей.       – Ладно, – смиренно ответил Миста, понимая, что разговор окончен, он натянул шапку, проверил пистолет и направился к выходу.       – Погоди, пожалуйста, – вдруг произнёс Джорно и сделал подзывающий жест рукой, когда Миста на него посмотрел. – На минутку.       Миста испытал отвратительное чувство неопределённости, из-за неожиданности он совершенно не мог просчитать, что его сейчас ждёт, что-то приятное или что-то неприятное, Джорно мог сделать или сказать что угодно, и оптимизм стремительно покидал его. Джорно почувствовал волнение Мисты и внимательно заглянул ему в глаза, стараясь успокоить, но нежный, полный сочувствия взгляд вызвал обратный эффект, тогда он взял его за руки и сказал:       – Прошу, не теряй веру в лучшее так просто, если это касается меня.       Миста смущённо фыркнул и отвернул лицо в сторону, однако рук не отнял, слегка сжав пальцы:       – Что хотел сказать-то?       – Ничего такого, – Джорно мечтательно улыбнулся, отпустил Мисту и сел в своё кресло, не отрывая взгляда от профиля Мисты, который теперь смотрел на море. – Я подумал, что никогда не наступит идеального момента, чтобы сказать это, поэтому скажу сейчас. Когда тебя долго нет рядом, я имею в виду разлуку на месяцы или недели, как это было теперь, я не чувствую себя собой в полной мере. Природа сделала меня наиболее способным к биологическому выживанию, то же касается и моей эмоциональной жизни, но я перестаю чувствовать себя полноценным, когда мы расстаёмся. Думаю, можно сказать, что я тоскую по тебе. В общем и целом я хочу признаться, что искренне рад нашим встречам. Когда я вижу тебя, мне дышится легче.       К концу этой речи Миста совсем отдалился, теряясь где-то в складках занавесок, из их глубин доносилось тихое сопение.       – Я не планировал тебя расстраивать, – с иронией заметил Джорно.       – Джорно, помолчи теперь минуту.       Он послушно закрыл рот, подпёр голову ладонью и принялся терпеливо ждать, когда Миста вернётся.       – Ты застал меня врасплох, но я не могу уйти, ничего не сказав, верно? – Миста медленно приблизился, сжимая в руке кончик занавески, отчего ткань натянулась, заметив это, он разжал кулак, и она улетела обратно шуршащей волной; его глаза блестели. – Я тоже люблю тебя больше всего на свете, и тоскую и радуюсь вместе с тобой!       Джорно светился снаружи и изнутри, внушая самые приятные чувства смотрящему на него, но он продолжал молчать, чтобы не спугнуть возлюбленного, который едва сдерживал свои эмоции и выглядел уязвимым.       – Продолжим позже, – пробормотал Миста, стремясь удалиться из помещения.       «С нетерпением жду вечера, Гвидо!» – эти слова настигли его, когда он уже ухватился за дверную ручку. Он просиял и поспешил выйти, пребывая в самом лучшем своём физическом и психическом состоянии за последнее время. Его распирало желание танцевать.