Яблочный Спас

      Тишина. Именно так мог охарактеризовать Антон все происходящее вокруг. Шастун лежал на диване в гостиной, закутавшись по самый подбородок в одеяло. Парень в такой атмосфере чувствовал себя некомфортно, учитывая тот факт, что он привык в городе слышать постоянные звуки, плюс рядом с его домом строился новый отель, так там вообще нескончаемые крики, шум работающих кранов, грузовиков.       Антон перевернулся на другой бок и посмотрел на часы, которые стояли на тумбочке, неприятно тикая. Он прокручивал в голове сегодняшнюю встречу с «соседом», и ему показалось, что этот тип не особо приятная личность. Шастун искренне надеялся, что за «каникулы в деревне» частых встреч с Арсением не будет.       Антон снова перевернулся на спину, диван протяжно скрипнул под ним. Парень глубоко вздохнул, глядя в потолок. В тишине дома парню послышались тихие шаги, потом включился свет на кухне, а снизу, под дверью, Шастун увидел тень. Приподнявшись на локтях, взглянул на часы. Время было слишком раннее, чтобы нормальный человек по собственной воле проснулся. Он ещё пару минут смотрел на закрытую дверь, на кухне изредка гремела посуда, поскрипывали половицы. Антон, понимая, что больше не уснет, натянул тапочки, футболку и вышел из комнаты. — Матерь Божья! — вздрогнула бабушка, когда внук неожиданно для нее оказался на пороге кухни, — ты чего не спишь то?       Шастун, растерявшись, не знал, что ответить. Он сам напугался такой реакции бабушки, поэтому неуверенно замялся у входа. Наташа качнула головой и отвернулась к плите, на которой грелся чайник. — Не спится, — просто ответил парень, садясь на стул и облокачиваясь на него левым локтем. — Чай будешь? — Да.       Антон следил за каждым движением своей бабушки, ведь он только сейчас понял, как соскучился по ней. Они виделись последний раз в прошлом году. Шастун ведь даже подумывал приехать к ним на Новый год, но из-за планов, которые нарисовали ему Оксана и Дима, не смог это сделать. — Ба, почему вы не хотите к нам в Питер переехать? — снова спрашивает Антон её. Наташа вздыхает и поворачивается к внуку с чашкой горячего чая. — Ну зачем мне туда, Тош? — Там мама, я, — пылко предлагает парень, принимая кружку, — там мир, бабуль, а здесь, что? — Здесь жизнь моя, — в тон ему отвечает та, — я здесь мать твою вырастила, сама выросла, тебя здесь летом вижу, планирую еще и правнуков, — она щелкнула Шастуна по носу, что тот от этого действия забавно хихикнул. — До внуков ещё далеко, — скромно пробормотал тот, пряча взгляд в кружку с чаем. Бабушка пожала плечами, вставая с места. — Кто знает?       Шастун неуверенно заерзал на стуле. Он никогда не задумывался, что в будущем ему придется иметь семью. Жену там, детей. Стандартная российская семья. Сейчас он потупил взгляд в пол и задумался, каким бы он мог быть отцом? Заботливым уж точно, смешным, наверняка. Строгим, само собой. А кем бы он работал? Этот вопрос был больным, так что Антон не стал развивать эти мысли. — Что делать сегодня планируешь? — вдруг спросила бабушка, внимательно рассматривая растерянное лицо Шастуна. — Прогуляюсь, наверно, — неуверенно пробормотал тот, допивая уже остывший чай. — Ясно.       Антон отложил кружку на стол, думая о том, что сегодня надо позвонить родителям. То есть, надо топать ножками в сельсовет. — Родителям надо позвонить, — вслух проговорил тот, ожидая, что бабушка снова кивнет, но нет. Она улыбнулась, а Антон понял, что для него нашлось какое-то дело. — Сможешь сходить по дороге в магазин? — Да!       На самом деле, он не особо помнил дорогу до маленького и единственного магазина в этом селе, но отказать точно не мог. — Замечательно, я напишу список.       Бабушка быстро покинула кухню, оставляя Шастуна один на один с собой. Тот встал с места, подходя к окну, которые частично выходили на соседский огород. Антон заметил, как у соседей горел свет. Видимо тетя Люда тоже была ранней пташкой. Антон отдернул занавеску и открыл окно, глупо вываливаясь наполовину в него. На улице было так тепло, что Шастун аж обалдел от этого. Напротив, в другом окне продолжала мельтешить тень, Антон почему-то продолжал наблюдать за этим и ждать чего-то. А ждал то не зря, человек подошел и остановился, Антон замер. Через пару секунд занавеска была отдернута в сторону, и парень понял, что по кухне ходила не тетя Люда, а её внук. Шастун в меру своего зрения смог рассмотреть то, во что тот был одет. Какая-то серая футболка, очки, которые прилично съехали на нос, и растрепанные волосы. Арсений стоял с кружкой в руках, смотря видимо, прямо на Антона, который сам пялил на него. — Антош, что там интересного нашел? — на кухню снова вошла бабушка. Шастун быстро закрыл окно и повернулся к бабушке лицом, скрещивая руки на груди. — Ничего. — Вот, — она протягивает внуку небольшой список продуктов, которые нужно было купить. Парень принимает его и кладет в карман спортивных штанов. — Ба, а ты знаешь что-нибудь про внука тети Люды? — вдруг интересуется Антон, бегло взглянув на окно. — Да немного, — Наташа достала из столешницы трехлитровую банку, — живет в городе, учителем вроде работает, ни жены, ни детей нет пока. Да не проще ли тебе самому всё у него спросить? — Нет, — сухо ответил Шастун, — он мне не особо понравился. Видок у него замученный. — Ну а что ты хотел... — пробормотала бабушка вслед внуку.       Антон решил лечь обратно, чтобы попытаться уснуть, но проворочавшись на диване еще какое-то время, он понял, что ловить ему нечего и лучше встать.       Утро в деревне чувствуется по-другому. Как бы это банально не звучало, но из каждого угла доносились крики петухов, которые смешивались с пением птиц. Антон стоял босиком на сырой от росы траве, по спине бежали мурашки, он глубоко вдыхал свежий воздух и как дурачок улыбался.       Умывальник Шастун нашел быстро, но решиться умыться ледяной водой не мог долго. Хотя принять водные процедуры Антон мог и на кухне, но от этого, как считал парень, интереснее. Он хотел прочувствовать каждой клеточкой тела и души, что находится в деревне и в некоторых удобствах смело отказывал себе для своего же удовольствия. — Точно всё понял? — уточнила Наташа перед тем, как отпустить внука в деревню. Шастун кивнул, как маленький мальчик. Он уже стоял на улице возле калитки, собираясь уходиться, только вот его никак не отпускали. Видимо боялись, что Шастун потеряется. — Да ладно тебе, Наташ, — из-за забора показалась тетя Люда с тазиком одежды в руках, — Вряд ли он уж где-то потеряется. — Вот, ба, послушай свою подругу! — вступился парень, — А я ушел.       Шастун не стал упоминать того факта, что не уверен, куда он идет, но потеряться тут ведь негде, правда? Первое, куда направлялся Шастун — сельсовет. Он обязан позвонить родителям, а потом и Оксане. Идти было недолго, но под палящим солнцем трудно. Песок под ногами моментально нагревался, неприятно пробираясь в шлепки Антона. Тот широко шагал и иногда тряс ногой, чтобы песок высыпался из обуви. — Здравствуйте, — парень вошел в прохладное помещение. Первое, кто его встретил, так это мужчина, сидящий с правой стороны от двери с газетой в руке. Тот ему кивнул в знак приветствия и снова продолжил читать. Шастун растерялся, не зная, куда ему идти дальше. — Вперед по коридору, — пробубнил мужик, переворачивая страницу газеты, громко шурша ей.       Антон кивнул ему, идя туда, куда направили, но вот где он окажется, тот не знал. Парень посчитал, что по дороге обязательно кого-то встретит и спросит, где и как можно позвонить.       Шастун открыл дверь, она протяжно заскрипела. Шагнув вперед, парень пошел по этому коридору. По пути он встретил еще пять дверей, на которых были таблички, с которых слезала краска. — Извините, — с надеждой проговорил он, видя женщину, которая сидела за застекленным окном. По ее виду можно было сказать, что она недовольна жизнью, поэтому Антон старался подобрать правильные слова, чтобы его не выгнали, — я бы хотел позвонить, но совсем ничего здесь не понимаю. — Городской, — не спросила, а уточнила тетка, морща свой нос. — Вон три двери, выбирай любую, звонить куда собрался? — В Питер, — скромно ответил он, понимая, что скоро услышит голос матери и Оксаны. — Сколько звонков планируется? — Антон крутил в своих руках сумку, которую дала ему бабушка, он подошел ближе к окошечку. — Сегодня два. — 112 рублей, — недовольно буркнула та. Шастун не спорил, достал из кармана свои деньги, которые взял из города, понимая, что они понадобятся. С каждой поездкой Шастун понимал, что звонки домой во время каникул в деревне, обходятся ему все дороже. — Иди.       Антон быстренько вошел в первую двери и сел на лавочку, которая там была. На небольшом столе лежали газеты, на стене висел телефон, который он видел уже не первый раз. Чтобы набрать номер, нужно было прокрутить колёсико, чтобы позвонить, назвать код города.       Проведя все несложные махинации, он с трубкой у уха ждал ответа матери. Гудки были долгими, Антон уже успел разочароваться, думая, что ему не ответят. — Сынок? — парень выдохнул с облегчением. — Мам, — как маленький ребенок, воскликнул он, — как дела? — Всё хорошо, Антош, как доехал? Кушал, что я дала в дорогу? Бабушка как там, дедушка? Познакомился уже с кем-то? — мать завалила вопросами Антона, но тот лишь широко улыбнулся. Поерзав на неудобной лавочке, Шастун начал отвечать на все вопросы родительницы. Разговор прошел весьма спокойно, не учитывая тот факт, что мать чуть не расплакалась, когда вспомнила, что увидит сына лишь в конце августа. Антон успокоил ее, пообещав ещё позвонить.       Выдохнув, тот набрал уже другой номер, номер Оксаны. В отличие от матери, подруга взяла телефон сразу же. — Алло? — Хуем по лбу не дало? — усмехнулась Оксана, чем-то шурша на другом конце провода. — Нет еще, — Шастун облокотился на столик, накручивая на палец провод от телефона. — Тебя там еще не съели змеи? — Их тут нет, — пробубнил парень, — Так что не дождешься. — Очень, очень жаль, — с дикой грустью в голосе проговорила девушка.       Шастун вышел из сельсовета, думая, как пройти до магазина. Он знал, что нужно идти по песчаной дороге, дойдя до старой школы, далее по тропинке, где было два заброшенных дома, а дальше куда и как? Антон посчитал, что лучше будет пройти то, что он знает, а дальше спросит. Было достаточно неожиданно искать один магазин в деревне, как иглу в стоге сена. — Антон? — Шастун остановился, когда его кто-то позвал. Обернувшись, он увидел перед собой девушку лет семнадцати. Она была с велосипедом в руках, а в корзине везла банку молока. — Алёна?       Алёна была единственная знакомая душа Антона, с которой он поддерживал общение за пределами деревни. Только вот последнее время они как-то позабыли друг о друге. — Я вот к твоей бабушке за молоком ездила, она сказала, что ты приехал, я рада, Антон, — на выдохе проговорила девушка. Шастун встал, как вкопанный. Алена изменилась, приобрела формы, которые теперь отличают ее от обычной девочки с косичками. Волосы стали чуть длиннее, но были всё так же непослушны. Подбородок был чуть острее, чем раньше, а шея тоньше. Белоснежная кожа приобрела небольшой оттенок загара. — Ты изменилась, — единственное, что выдавил из себя Антон, — в хорошую сторону, — быстро исправился Шастун, замечая изменение в лице знакомой. — Спасибо, а ты куда? — В магазин, — Антон замялся, — может ты подскажешь, куда идти?       Девушка мило хихикнула, прикрывая рот ладонью. — Давай я тебя провожу, — предложила та. — Было бы просто замечательно.       Так вдвоем они и отправились в магазин. Шастун уже и забыл, какой замечательной и интересной собеседницей может быть Алёна. Она смело поддерживала разговор на любые темы, которые поднимал Антон. Алена краснела, когда парень невзначай делал ей комплименты, та смущенно улыбалась, заправляя прядь за ухо. — А что ты делаешь сегодня вечером? — вдруг спросила девушка, с надеждой глядя на него. — Ничего, — настороженно проговорил Шастун, видя не так далеко тот самый магазинчик.       Девчонка остановилась и улыбнулась. — Может быть ты хочешь сходить на дискотеку? Ну, как в том году, будет весело.       Она пожала плечами, ожидая ответа.       Шастун и правда в прошлом году тусовался с компанией на дискотеки и не прочь и повторить в этом. — Думаю да. — Тогда, встретимся там, клуб то уж найдешь, — подшутила девушка, — до встречи.       Алена махнула и уехала на велосипеде по своим делам, оставляя друга одного. Сходив в магазин, Шастун уже со спокойной душой шел домой, или, если быть точнее, полз. На улице была невыносимая жара, которая, кажется, не имела предела. Солнце пекло, как в последний раз. — Ба, я пришел! — крикнул Антон, проходя в прихожую, разувшись, он положил на кухне пакет. В доме стояла тишина, пройдя по комнатам, Шастун понял, что бабушки дома нет, как и деда тоже.       Парень стянул с себя промокшую от пота футболку и прошел на огород, чтобы умыться той самой холодной водичкой в умывальнике, но ему не повезло. Вода уже успела нагреться, поэтому Антон принял решение сходить искупаться. — О, пришел уже? — Да, дед, бабушка то где? — Шастун облокотился о косяк двери. Дедушка повернулся к внуку, чтобы рассмотреть его. — К Людке ушла, иди к ней сходи.       Шастун бы сходил, если бы там не было этого Арсения. Антон понял, что другого выбора у него нет. Он надел синюю футболку и встал около калитки бабушкиного дома. Он не хотел пересекаться с ним, тем более, они явно друг другу не понравились. Шастун сделал уверенный шаг в сторону дома соседки, искренне надеясь, что бабушка сама придёт домой и Антон всё ей скажет, но надежда на такое везение испарилась, когда он вошел на мост.       «Ой, ой, ой,» — думал парень, надеясь добраться без приключений.       Антон сделал глубокий вдох и постучал, а через пару секунд открыл дверь и глупо просунул голову в щель. — Теть Люд? — позвал Антон, ожидая ответа. — Да, Тош?       «Фух, пол дела сделано,» — подумал Шастун, когда соседка ответила. — А бабушка у вас?       За пару секунд молчания, он услышал, как отодвинулся стул с протяжным скрипом, а потом к нему вышла виновница «торжества». — Пришел уже? — спросила бабушка. — Да, и сейчас собираюсь снова уходить, — рядом с бабушкой оказалась тетя Люда, для полного комплекта этого Арсения не хватало, — на улице такая погода, я пойду на озеро схожу и… — Шастун не успел договорить, как его перебила соседка бабушки. — Ой, возьми с собой Арсения, — воодушевленно заговорила та, Антон было раскрыл рот, но ему не дали этого сделать. – Сень, а, Сень. — Нет, нет, нет, — одними губами проговорил тот. На пороге другой комнаты оказался «он». — Да? — он мельком взглянул на Шастуна, который как обезьяна продолжал висеть на двери. — Антон собрался на озеро, ты тоже собрался с ним, — просто сказала Людмила, улыбаясь Шастуну. — Нет. — Что значит нет? — возмутилась его бабушка, — ты мне уже глаза мозолишь, свали уже куда-нибудь хоть на часок другой. — У меня плавок нет, — пытался соврать Арсения, явно недовольный всем происходящем. — Ничего страшного, разберетесь и без этих плавок.       Шастун от негодования прикусил нижнюю губу, а потом почувствовал металлический вкус крови на языке. Арсений еще раз посмотрел на красного, как рака Антона. — Ладно. «Я утоплюсь в этом озере, — подумал Шастун, выходя на улице, — а еще лучше утоплю этого Арсения.»