Зарисовки. Часть 1. "Чувство"

Чувство. Это противное, мерзкое и страшное чувство, что никак не покидало меня с годами, куда бы я не пошла. Оно было рядом, когда я просыпалась в поту от очередного кошмара, заставляя моё сердце выпрыгивать из груди и мгновенно выбивая весь воздух из лёгких. Оно было рядом, когда мои глаза вновь натыкались на знакомые и так хорошо запомнившиеся комбинации букв в новостных статьях, что формировали неописуемо жуткие слова, от чего моя голова моментально раскалывалась на части. Оно было рядом даже в те моменты, когда всё, как мне казалось, шло донельзя хорошо и славно. Так славно, что ещё чуть-чуть - и все печали вмиг утонули бы в глубокой бездне прошлых дней, а остатки испарились бы под лучами взошедшего утреннего солнца. И я старалась, я правда старалась искренне в это верить, дрожащей рукой рисуя в разноцветном альбоме своей жизни лишь яркие и радостные воспоминания. Вот только в каждом из них, сколько бы раз я не пыталась, в итоге непременно находилось глубоко въевшееся пятно тёмно-серого цвета. Оно словно разъедало тонкую и красивую белую бумагу, не оставляя ей совсем никакого шанса, ведь стереть такое было уже невозможно. И я бы с радостью вырвала все эти испорченные страницы в порыве отчаяния и нахлынувших эмоций, да закинула бы их в догорающий костёр некогда пылавших амбиций и стремлений, развеяв затем уже остывший пепел на не менее холодном ветру. Но в таком случае сжигать пришлось бы целый альбом, а с ним в этом тлеющем огне растворилась бы и я сама. Почему же так? Я долго не могла понять, но со временем пришло осознание, что страницы жизни не могут быть исключительно радостными или печальными, как бы нам этого не хотелось. Именно поэтому в каждом хорошем воспоминании обязательно находился отголосок того самого чувства, что никак не желало давать мне покоя. Пятно от него могло занимать почти всю страницу или быть ничтожно маленьким, но это никак не отменяло факт его наличия. И как бы невыносимо мне моментами не было от этого неприятного присутствия в прожитых мною днях, я всё равно не желала избавляться от этого. Моя память – моя жизнь. Я живу, пока помню себя, помню все те события, благодаря которым я обрела свою личность. Их нельзя было никак изменить: ни сами события, ни отпечаток, что они оставили на мне. Можно было только принять и смириться, хоть этот груз иногда и казался тяжелее целой подводной лодки или многоэтажного дома. Чего уж таить, таким он кажется и сейчас. Но я всё равно продолжаю надеяться, что когда-нибудь смогу его осилить. В один прекрасный день я справлюсь, и новые рисунки на страницах моей жизни перестанут содержать в себе это противное безжизненное пятно. А до тех пор остаётся лишь смиренно принять его наличие, встав на длинный путь перемен.