Ненавистная тень

Рядом — Элли на маковом поле

      Чимин не помнил, как они оказались дома. Он видел только огонь, всепоглощающее пламя. Вновь и вновь слышал чей-то отдалённый крик, в котором не признавал собственного же голоса. Когда Юнги начал тормошить Пака за плечи, ему всё же пришлось вернуться в болезненную реальность.        — Чимин! Чима! — парень тряс омегу за плечи, пытаясь привести того в чувства.       Чимин безжизненными глазами осмотрел помещение, в котором находился, с трудом признавая комнату своего альфы. Грудь Пака почти не вздымалась, будто он и вовсе не дышал.        — Чима, послушай. — тяжело вздохнув, начал было Мин.        — На месте были найдены останки двоих? — отозвался омега, ставя парня в неловкое положение.        — Да… — согласился смутившийся альфа, уставившись на пугающе-пофигистическую мордочку Чимина, Юн уже начал всерьёз думать о том, чтобы построить здесь психоневрологический диспансер.        — Я так и думал… Он не оставляет свидетелей.        — Солнце, — позвал его альфа, опускаясь на колени перед Паком. — ты можешь сказать, кто «он»? — от мягкого тона и нежного прикосновения горячей ладони, омега вздрогнул, но удержал лицо. — Если ты считаешь, что мне нель… — начал было Мин, но его перебили.        — Это был мой отец. — омега замолчал, хотя ему явно было, что сказать. Мин решил не перебивать его и присел рядом на кровать. — Ссан Ён Пак — мой отец, занимается наркоторговлей и работорговлей. Он заставлял меня с детства пить подавители, чтобы скрыть мою омежью суть.        — Он был плохим человеком, да?        — Он очень часто бил меня и грозился отдать в частный дом… Когда у меня была первая течка, силой заставил с ним переспать, но я не смог от него забеременеть, хотя у нас был узел. — парень смотрел в одну точку на полу и не моргал, смущаясь и немного боясь смотреть в глаза альфе. — В 15 лет я сбежал и в одном из ночных клубов встретил Намджуна.        — И что же он там делал? — скептично вскинул бровь Юнги.        — Тогда он ещё работал наёмником и ему заказали моего клиента. После побега я не придумал ничего лучше, как стать шлюшкой. — пояснил омега с кривой улыбочкой на губах. Из широко распахнутых безразличных глаз, хлынули слёзы.        — Тише-тише. — Мин притянул Чимина к себе, нежно обнимая за плечи. — Всё будет хорошо, обещаю, я убью его. — зачесав чёлку парня назад, альфа чмокнул его в лоб. — Тебе нужно поспать и отдохнуть.       Парни легли в постель, неуклюже обнимая друг друга. Устроившись калачиком под боком альфы, Пак пытался закрыть глаза так сильно, как только мог. Но каждый раз, проваливаясь в сон, он видел полыхающий дом. Вздрагивая, он каждый раз просыпался и прижимался к старшему ещё сильнее, молча прося спокойствия и утешения.        — Как насчёт снотворного или успокоительного? День сегодня выдался тяжёлый и напряжённый, так что… — предложил альфа, видя мучения младшего. Тот лишь невнятно кивнул, утыкаясь носом в шею Мина.       Нащупав в темноте в прикроватной тумбочке, предусмотрительно оставленную там Тэхёном, валерьянку, Юнги протянул её младшему, сначала наблюдая как тот пьёт, жмуриться от неприятного вкуса, а потом дожидаясь вместе действия.        — Знаешь… — уже сонно протянул парень, не поднимая головы. Слова звучали слегка размазано, но в ночной тишине Юнги их прекрасно понимал. — Кажется, ты мне тоже нравишься…

***

       — Солнышко, — альфа мимолётно касается губ парня. — нужно просыпаться. Нам с Гуком нужно срочно на работу, у этих долбоклюев опять что-то случилось.        — Это точно ничего серьёзного? — потирая заплаканные глазки, сонно причмокивая, спросил омега.        — Да, они просто не могут разобраться с новым заказчиком… Дауны. — зло выплюнул оскорбление альфы, мягко смокая младшего в лоб. — Ты уверен, что хочешь остаться один, я могу не ехать сегодня никуда и перенести встречу.        — Нет, всё хорошо. — охотно отвечая на поцелую, промямлил ещё не проснувшийся до конца парень.        — Хорошо. — последний раз задерживая взгляд на зеркале и получая комплимент от омеге в виде «Ты прекрасен!», альфа выбежал из комнаты.       Омега полуживой шатался по особняку, пытаясь куда-нибудь тыркнуться, но делать ему было решительно нечего. Он подумал почитать, но из-за вчерашней тревожной ночи парень плохо спал, так что попытка чтения романов Акутагавы заканчиваются тем, что Чимин засыпает в удобном кресле. Пак прикорнул меньше, чем на двадцать минут. Именно столько ему понадобилось, чтобы проснуться от очередного кошмара. Из-за резкого пробуждения он не удерживается и падает на пол, больно ударившись коленом.        — Ну… — болезненно шипя, протянул омега. — Поспать на трезвую голову у тебя явно не получится.       Опираясь о кресло и кофейный столик, парень поднялся и, посвистывая под нос какую-то мелодию, отправился на кухню в поисках чего-нибудь спиртосодержащего. Долго просить алкоголь выйти из укрытия не пришлось, бутылки с дорогим шампанским, буквально, выпали на парня из шкафа. Но он явно хотел не вино с шампанским, порывшись в ящиках ещё, Чимин нашёл то, что искал — коньяк и водка.       Ему хватило двадцати минут, чтобы нахлебаться, словно заядлый алкоголик. На его крики и звон стекла, на кухню спустился Тэхён, сначала оторопевший от этой картины.        — Это что такое?! — прошипел омега, со злобой и некой завистью смотря на пьянющего в щепки Пака. — Ты не прихуел ли часом, дорогой?!        — Я… — промямлил парень, отпихивая от себя Кима и брыкаясь со всей силы. — Пусти! Не…! Хочу! — бубнил он, не давая Тэхёну отвести себя в спальню.        — Блять! — психанул Тэ-Тэ, бросая эти попытки. — Хуй с ним, наливай и мне! — вино и коньяк полились в звенящие стаканы, в рюмках оказалась водка, а парни стали юными химиками.