Брысь

      В ночь он снова сваливает из дома, прихватив только карточку со стола. Мобильник был уже не нужен, зараза доживала свой век с великолепной сетью трещин на экране, а менять его не хотелось, небольшое напоминание о первом подарке самому себе в честь того, что он заразился похуизмом. Очередной побег для парня был с намеченным маршрутом. Пробежаться по тёмным переулкам, отмудохать придурков, что не понимают с первого раза — толкать дурь его младшему брату не нужно, сесть на поздний автобус и вывалиться в каком-нибудь городишке, желательно подальше от всей хуеты творящейся дома.       В переулках он находит не всех, но благодаря каким-никаким навыкам в драках наставляет их на путь истинный, чтобы хотя бы недельку видеть их не стоило, зрелище не из приятных. Один правда месяца три из госпиталя не выползет, но это только его проблемы. Разбитая скула гудит от боли, но домой Тодороки возвращаться не спешит, слишком сильно в очередной раз поцапался с отцом на фоне всё того же. «Мог хотя бы пойти учиться на адекватную профессию, нет, блядь, потянуло же тебя в этих спасателей поиграть!» Тойя отшутился, что может теперь неплохо рёбра сломать, если знать куда давить, а он знает и прекрасно дал понять, что это не одноразовое увлечение. Героем стать не получится? Ладно, хуй с ним, забиваем огромный болтяру и машем лапкой, приветливо улыбаясь. Ничего блядь прорвёмся… Не в первой быть не таким, каким желал его видеть Пламенный герой. Очередное недоразумение.       Дома спать не получалось, слишком многое давило на нервы и Тойя только успевал к утру прикрыть глаза, как звенел первый будильник, потом второй, третий и так далее. У них в семье все куда-то да собирались с утра пораньше. Шум по утрам так вообще пиздец, голова начинала раскалываться, только проснувшись. Тойя мог бы сказать, что он ранняя пташка, если бы не ночные вызовы на подработку и состояние «убейте меня, я не вывожу». Синяки под его глазами стали насыщенного тёмного оттенка и прямо говорили, что он склеит свои ласты в любой удобный момент. Этот момент мог настать в любую секунду, но Тодороки упрямо продолжает делать вид, что всё так как должно быть, и эти мелкие побеги для него как шанс немного расслабиться, выдохнуть и вернуться обратно, строить из себя довольного жизнью человека.       Ночной рейс отвозит его в ебени фени, прямо рядом с придорожным отелем, и парень рад наконец-то вдохнуть полной грудью. Свобода на пару дней, но свобода. Такая желанная и непостижимая. Тодороки оплачивает номер не самый дешёвый, на пару ночей с действительно потрясающей кроватью, кроме неё в номере практически ничего нет, панорамное окно на всю стену парень сразу прикрывает, чтобы с утра не проснуться от первых лучей солнца. Небесное облачко выглядит маняще, норовит прямо здесь, одним видом своим, заставить отказаться от любой другой кровати в пользу этой. Он буквально лелеет мечту окунуться в тёплые и мягкие объятья прекрасной мебели, как дверь номера открывается и в него влетает разукрашенная блондинка. Девушку не останавливает то, что это не её комната, не то что сбила с ног человека, на это ей насрать. Она замыкает дверь на все засовы и слёзно молит о том, чтобы парень не выгонял её.  — Одну ночь, пожалуйста, — фиолетовые глаза слишком ярко выделяются на фоне размазанной по лицу туши и привлекают внимание. Тодороки поднимается с пола с невесёлым хрустом в костях и осматривает девушку. Посетительница в одном халате, не факт конечно, что под ним что-нибудь ещё есть, и в одном тапке. Второго не видно, значит где-то проебала и ворвалась в первую попавшуюся открытую дверь. «Дура небось», — проносится в белой голове, но она цепляется за него почти мертвецкой хваткой и снова повторяет. — Ночь, утром меня тут уже не будет.  — Тут тебе негде будет спать, лучше вернись в свой номер, — Тойя не намерен делить комнату с девушкой, ещё чего удумала. Кто знает, что взбредёт в голову какой-то девки, что беспардонно вломилась в номер. Мало того, ему нужна абсолютная тишина и максимальная уверенность, что его не потревожат только потому что «захотелось», на дверь он предусмотрительно сразу повесил табличку «Не беспокоить», но не помогло как видно. Блондинка не торопится отходить от него и мелко дрожит, ёбанное благородство подсказывает, что её нужно оставить, может попытаться помочь и дать ей защиту, но тот же похуизм твердит: «Похуй, просто отправь её из комнаты вон или же на коврик пусть ложится, если остаться хочет». В голове взвешиваются все «за» и «против» и почему-то он против выгонять девушку. — Что с твоим номером?       Её глаза округляются, зрачки бегают по пространству в поисках ответа и незнакомка выдаёт сомнительное:  — Не важно, утром за мной придёт человек. Я прошу только одного, остаться здесь на ночь, больше ничего, — она отпускает его руки и оглядывается в комнате. — Я могу поспать в кресле, если ты не против… Или вместе в кровати, места хватит вполне…       Тодороки выдыхает в потолок и кивает головой. Но это не означало, что чёртова любознательность не взяла своё. Тойя разузнает о ней всё, что можно, и почему эта девушка отказывается возвращаться к себе.  — Хорошо, но даже не думай лезть в кровать. Я тебя предупредил. — Парень скрывается в ванной, чтобы наконец привести себя в порядок после прогулки по не самым лучшим переулкам. Скула всё же приобрела синюшный оттенок, добавляя его образу более мертвецкий вид. И ведь за пару дней такая хрень не проходит. Тодороки лепит очередной пластырь на рожу и, в надежде всё разнюхать о незнакомке, покидает номер незаметно, пока она ковыряется в телефоне, не обращая на него внимания.       В холле, как и ожидалось, было пусто. Помимо портье только одна девушка, что с увлечением разглядывала отель. Тодороки не хотелось привлекать лишнее внимание, но к мужчине пришлось подойти, вдруг эта ворвавшаяся в комнату незнакомка — сомнительная особа?  — Чем могу помочь? — Портье, молодой мужчина, сидел за стойкой, читая вчерашний выпуск газеты с новым рейтингом героев. Старатель несомненно и прочно сидел на втором месте. Это же и стало очередной каплей, чтобы терпение Пламенного героя снова обнулилось. Тогда дома были только они и по телевизору прокрутили сводку новостей. Чёрт дёрнул Тойю заметить эту строчку. «Старатель как бы сильно не старался всё ещё второй. Потрясающая стабильность на протяжении девятнадцати лет.» Отец тогда решил высказать всё, что думает о старшем сыне и его глупом решении пойти в медицинский, чтоб потом участвовать в спасательных операциях, потому что он прошёл курсы и подавал неплохие надежды в виде поддержки. Похуй, что это решение принимал не только Тойя, он долго разговаривал об этом с мамой и она поддержала его рвение к чему-то хорошему. Он так и остался самым дерьмовым сыном, что жить без приключений не может. Но тут проблема была скорее в другом. Ему просто не хотелось жить обычной жизнью. С детства и так вся психика коту под хвост, а папаша думает, что всё в далёком прошлом. Как бы не так. Подарил ему тревожность наперевес с бессонницей именно герой, а также кучу самых разнообразных комплексов. Большущее спасибо, отец.  — Я хотел бы узнать про одну девушку, — Тодороки замечает заинтересованность в глазах напротив только при виде банковской карты и мысленно радуется. «Хорошо, что люди такие продажные.»  — Какая девушка интересует? — Портье говорит шёпотом, склонившись к самой стойке, чтобы его почти не было видно. — Их здесь немного.  — Блондинка среднего роста, чуть ниже меня, — мужчина задумывается на минуту и кивает.  — Две девушки подходят под такое расплывчатое описание…  — У неё глаза необыкновенного фиолетового оттенка, — парень радуется, что рассмотрел незнакомку более тщательно только из-за её потрёпанного вида. — Мы столкнулись в коридоре и она забыла пару своих вещей… Можете сказать в какой комнате она остановилась? Мне нужно только это.       Располагать к себе людей Тойя не умеет, но искренне старается. Правда, улыбка всё равно выходит вымученная, а сам он человек, источающий ауру усталости и вечной заебалости. Портье лично пофиг какие там намерения у посетителя, он записывает на листок блокнота нужную информацию и сумму за услуги информатора. Выглядит он хитро и желает «Доброй ночи» ещё раз за поздний вечер. Тодороки находит комнату незнакомки пустой, но наличие мужских вещей намекает, что либо портье его наебал, либо девушка тут не одна. Сумка академии мозолит глаза и Тойя решает всё-таки прояснить маленькую деталь. Студентка ЮЭЙ из выпускного класса, Такеяма Юу. «Всё-таки дура.» Дверь ванной приоткрывается, заставляя парня быстрее покинуть чужой номер с колотящимся сердцем. Знакомый силуэт неплохо напугал его и теперь в голове роилась тьма вопросов не самых цензурных. В свою комнату он заходит как ни в чём не бывало и кидает в девушку её сумку, плотно прикрыв за собой дверь.  — Ты гяру что ли? — Такеяма смотрит недоумённо. Её сумка на коленях значила только одно, парень заходил в её номер. Она нелепо краснеет на его догадки и смущённо вертит головой.  — Не-е-ет, — блондинка подрывается с места, заприметив свой студенческий в руках болезненно выглядящего парня. — Отдай, это моя вещь.  — А это снятый мною номер, — он парирует её выпад и отходит в сторону. — Запрещённая законом подработка, будущая героиня. Леди Гор?  — Я ничем таким не занималась! — Она вспыхивает багрянцем полностью. Не ему указывать, чем ей заниматься и каким образом. — Я сбежала, потому что не знала, что так всё обернётся. Пожалуйста, не будь таким противным и давай успокоимся, нормально поговорим и ты отдашь мой студенческий?       На её слова он кладёт нужный ей документ на столик и плюхается в кровать, скинув кеды. Кровать, как и ожидалось, была мягким облаком, что Тойя самовольно расплылся в довольной улыбке. Это не спать на футоне, после которого можно пересчитывать кости по звуку. Это не домашняя кровать, что уже приелась и любое упоминание о ней вызывало боль где-то слева. Такеяма возмущённо сопит, хер ли он лыбится, тут ситуация неоднозначная. За такую информацию её и отчислить могут, им только дай повод.  — Точно всё нормально? — Она подходит опасно близко к постели, даже становится коленом на край, чтобы удостовериться, что он кивнёт, если слово не скажет.  — Мне похрен, хочешь заниматься проституцией — занимайся, — васильки натыкаются на девушку и Тойе ужасно фигово от того, что его вообще никто не слушает. — Просил же, к кровати не приближаться. Кыш, хотела кресло? Иди в кресло, от меня отстань.       Даже возмущаться не получается как следует, Тодороки переворачивается на бок, протягивая ноги. Если бы ещё была тишина, было б превосходно…  — Но кровать двухместная, в чём проблема? — Юу не понимает его. Глупо с её стороны поверить, что какой-то по виду болезный не решит воспользоваться ситуацией и не расскажет о продажной студентке. Хотя она на это так и не решилась!  — Отъебись, не хочешь тихо сидеть, тогда можешь валить на все четыре стороны. Я тебя здесь не удерживаю, мало того я тебя даже не приглашал, — ему приходится вновь перевернуться, чтобы отпихнуть блондинку от постели. Спать, когда на тебя пялятся, просто невозможно. Слёзы обиды потекли по щекам, схуяли она обиделась, если он тыкнул моськой в правду, Такеяма не понимает, но отыграться хочет. Она аккуратно заползает в кровать, у самого края и потихоньку переходит границу территории, занимаемой этим придурком. Фиолетовые глаза встречают горящую лазурь и Юу тихонько пищит, не то от страха не то от испуга. — Брысь с кровати, падшая женщина.       Он сталкивает её с кровати совсем, Юу не успевает ухватиться за него и с грохотом заваливается на деревянный пол. Тодороки занимает почти боевое положение посредине кровати и рукой указывает в направлении выхода. Церемониться с ней не было желания, сил тоже.  — Да ладно тебе. Ты же не заставишь девушку спать на кресле или коврике? — Утвердительный кивок только сильнее взбесил Такеяму. — Хорошо, спасибо, что разрешил остаться.       Она располагается в кресле и буравит его взглядом, пока глаза не пересыхают, что приходится проморгаться конкретно, чтобы не заплакать снова. Парень засыпает долго, Такеяма не считала по времени, но по ощущениям и неровному сопению догадалась, что опасность миновала и можно пытаться снова. Юу слишком страшно оставаться вот так: одной и без поддержки, особенно после того, как недоклиент сказал ей, чем они заниматься будут и сколько денег она может получить. Но когда он разделся, все плюсы в деньгах отпали и девушка конкретно начала бояться, что может с ней сделать взрослый мужчина. Этот же был мелким и Юу уверена на все сто, что если он и попытается что-то сделать неприличное, она легко избежит этого. Кресло было неудобным, задница через раз немела от неудобства, поэтому решение поспать в мягкой постельке было чертовски правильным.       Тойя просыпается от нехватки воздуха и буквально сваливается с кровати, стащив за собой и тушку, которой на кровати не было. Часы в номере отбивают два часа ночи. Материться хотелось во всё горло, спать, ему снова помешали спать и кто? Какая-то девка, чуть не переспавшая с его отцом. Блядь и пиздец в одном флаконе. На кровать Тойя забирается осторожно, не желая наступать на блондинку. Халат её развязался, вывалив полуголое и дрожащее тело на коврик. Совесть в голове запела песню, что так некрасиво поступать, негоже оставлять девушку в таком виде на полу, простудится ещё. Тодороки спускается с другой стороны кровати и тихо подходит к ней, чтобы подцепить стороны халата и прикрыть её. Фиолетовые глаза открываются не вовремя, она наблюдает за его действиями и мелко смеётся с красного лица напротив. Тела своего она не стесняется, чего уж там. Полночь-сэнсэй показала, что нужно любить его. Вот и геройский костюм это показывал, а то что кто-то увидит её грудь не страшно.  — Я хочу в кровать, — парень отпрыгивает от неё резко, стукнувшись о бортик кровати. Такеяма садится на постель, скрещивая ноги, всё так как и учила Полночь. — Ты успел разглядеть то, чего не стоило. Теперь уже я в выигрышном положении. И моё пожелание — спать в кровати, а сплю я обычно, обнимая свою любимую игрушку.  — В каком ты положении, дура? — Тойя потирает ушибленный локоть, сон как рукой сняло и ведь главное, что он не почуял подвоха. Она забралась в постель и уснула, а он не заметил этого. — Можешь вернуться в свой номер, мне какая разница? Не я тут сиськами светил, перед этим желая продаться старику.       Первая подушка летит мимо него, но вот летящие часы попадают точно в лоб, отбивая всё сопротивление. Эти же часы прикладываются обратно, чтобы охладить больную область. Тодороки падает в кровать, отделив середину на постели скрученным одеялом.  — Тронешь меня ещё раз и я вышвырну тебя из номера за шкирку, — у Тойи теперь желание поспать почти наравне с желанием треснуть по голове наглую девку, но это же блядь не в его духе. Поэтому в неё летит очередное предупреждение, а сон всё не приходит.       Попытка уснуть по новой после прерванного становится пыткой. Тодороки умывается в ванной, шароёбится по комнате, зачитывает полушёпотом рецепты препаратов на латыни — ничего не помогает. Быть может виновато то, что отец внезапно оказался этажом выше с намерением трахнуть студентку? Тойе по сути похуй на это, маму только жалко становится, она такого гандона не заслуживала лет двадцать назад так и сейчас. Лучше бы подала на развод или ушла от него, чем мучаться и жить с извергом.       В постель он возвращается в три пятьдесят, слышит фантомный будильник, который должен был будить его на занятия, но выходные на страже и телефон валяется дома на неудобной кровати. А Такеяма спит крепко и укрепляет в парне чувство зависти. Спит себе спокойно и ничего. Никаких проблем. Вот только её руки снова оказываются на нём, одеяло между ними перестаёт быть помехой, когда она переворачивается, закидывает на Тодороки ногу и гладит белые вихры. Даже чужие слюни в районе шеи его уже не смущают, марево накрывает почти мгновенно от монотонного сопения и дыхания, что выкидывать её не хочется больше.       «В принципе можно и потерпеть её немножко.»       Днём правда приходится несладко от того, что девушка ехидно смеялась с него, лохматого и с шишкой на лбу, но справедливости ради решила продолжить сидеть с ним в комнате, весело проводя время, играя в карты сначала просто так, а потом с вопросами под желание. Знакомство прошло слишком запоминающимся, что Юу торжественно клянётся гладить его, если Тодороки вновь уснуть не сможет. Почти довольное фырканье с его стороны подтверждает догадку девушки. Начинать отношения надо правильно и точно не с тем, кто хочет стать героем. Вот тут конечно проблема, но о ней Тойя тактично умалчивает, мило улыбаясь. Возможно, это было правильным решением, оставить её на ночь, что даже сон относительно наладился. И не такая она дура, как ему показалось.