Зажигалка решит всё...

От лица Майкла: Я очнулся посредине улицы, все тело ужасно болело, каждое движение доставляло невыносимую боль, не знаю, как я смог подняться и сделать несколько шагов вперед. Все же, через примерно метров двадцать я начал падать, когда упал, боль только усилилась. Посмотрев на свои руки, я не понял что с ними. Они были синевато-фиолетового цвета... Я был словно труп! Оставив, свои ничем не подтвержденные догадки я смог снова подняться и превознемогая ужасную боль во всем теле я добрался до дома. Еле найдя ключи в почему-то грязнущих штанах, открыл дверь, сразу запахло сыростью и пылью. Что вообще произошло после того как меня пытал тот чокнутый робот...? Я не помню абсолютно ничего... Наверное, он оставил меня в живых? Но какого черта все мое тело болит, так что я готов умереть прямо здесь! Я подошел к зеркалу и чуть не упал в обморок. С ног до головы я был весь фиолетово-синего оттенка! В моем животе красовалась обширная дыра, а спекшаяся кровь по бокам дала мне понять, что в таком состоянии я уже давно. Глаза были полностью черными, но я видел. Не знаю, каким образом, я просто видел. Меня стошнило. Только обычно людей тошнит остатками пищи и желчью, как бы это сейчас противно не звучало. А меня стошнило, кровью, кусками проводов и железа! Я подошел ближе к зеркалу, чтобы рассмотреть себя получше и тут в память врезается картина как меня протыкают ковшом. Тут все встанет на свои места. Я просунул руку себе в живот, от чего второй рвотный позыв не заставил себя долго ждать, однако я сумел его подавить. Попытался нащупать хоть какие-нибудь органы, вскоре моя попытка увенчалась успехом, я смог дотронуться до легких, но тут же меня пронзила острая боль, от которой я рухнул на колени. В глазах все поплыло, а в ушах зазвенело, изо рта пошла кровь. Через пару минут я смог прийти в себя, высунул руку, но не смог сдержать рвотный позыв, меня стошнило еще раз, на этот раз как я понял, это были остатки моих изорванных органов. Я ужаснулся, мне резко захотелось плакать, даже рыдать. Я не знаю от чего, то ли от моей никчемности, то ли от осознания того, что я теперь буквально живой труп. Я сел на холодный пол, обнял колени руками и понял, что почти все кости тоже отсутствовали, я задал себе вполне резонный для человека в этом состоянии вопрос. Как я вообще смог выжить?! Что за чертовщина вообще происходит и сколько вообще я дней, недель так ходил? В голову сразу пришла мысль промыть рану, а затем ее зашить... Я не знаю, что мне дальше просто надо делать. Кто вообще знает? Я пошел в ванну. Там я нашел аптечку, взял из нее пару иголок, зажимы, нитки, бинты, йод, спирт... Много всего, все это я выложил на стиральную машину, а сам снял одежду, встал под душ и осторожно стал промывать обширную дыру на животе. Сначала было больно, очень, после того как я вымыл кровь по бокам и вылез оттуда, я оделся обратно, оставив торс открытым. Я не стал промывать рану внутри... Ну, просто, зачем мне избавляться от оставшейся крови? Хоть я буквально и труп, но хочу выглядеть как нормальный человек. Ну, или хотя бы подражать нормальному состоянию. Я забрал все добро, что лежало на стиральной машине, пошел, как ни в чем не бывало в гостиную, тут меня опять будто током ударило. Воспоминания одно за другим врезались мне в память, заставляя все больше терять рассудок от страха и осознания того, что произошло. Предметы выпали из рук, из глаз брызнули слезы, а боль вернулась с утроенной силой. Я упал коленями на пол, закрыл голову руками и стал рыдать навзрыд. Все произошедшее, что вспомнилось в моей памяти, казалось мне просто дурным сном, а до меня, наконец, дошел смысл моих слов о «ходячем трупе». Не помню сколько прошло времени с того момента, когда я перестал рыдать и мне захотелось спать. Помню, что было уже темно. Я встал и сел на диван, странно, но когда я вернулся, мне не казались все эти шорохи в этом доме такими... пугающими? Может это из-за того, что наступила ночь, а может из-за резко вернувшейся памяти. Вдруг, мне показалось, что я услышал скрежет металла и я замер прислушиваясь. Примерно минут 10 я сидел не в силах даже оторвать взгляд от одной точки. Мне стало неуютно. Захотелось убежать от сюда, куда подальше и никогда не возвращаться. Я встал, включил свет, вернулся на диван. Все затихло, даже за окном не слышно изредка проезжающих мимо машин. Я удивился такой тишине, взял со стола иголку с ниткой и принялся по чуть-чуть зашивать свою «черную дыру». Примерно через два часа я закончил свое дело, правда, как-то меня эти швы напрягали... Казалось, они вот-вот разойдутся. Я осмотрел свое тело еще раз, вроде никаких больше дыр нету. Я со спокойной душой встал и услышал скрип половиц в соседней комнате. Меня опять схватил паралич, я замер на несколько минут. Затем слыша только тишину, развернулся лицом к лестнице, рядом с которой был проход на кухню. Всматриваясь в темноту той комнаты, мне стало не по себе. Вспоминая, как это что-то меня пытало, становилось ещë больнее. Через пару месяцев (Ноябрь) Повествование от третьего лица: «Я снова здесь...» пронеслось в голове парнишки. Среднего роста паренек, с шарфом, явным гримом на лице и весь в закрытой одежде стоял перед почти заброшенным домом. Паренька звали – Майкл. Год назад он обнаружил себя посередине улицы в ужасном состоянии. Придя домой, стали наступать не лучшие времена, все время казалось что кто-то следит, выжидает, пока не наступит подходящий момент для того ,чтобы наброситься и разорвать. Снова. Разорвать и вырвать все органы, переломать кости, выколоть глаза и на место них вставить свои, неживые, пластиковые. От таких воспоминаний Майкл покачал головой. Хоть остатки волос и нужно было беречь, ему было наплевать. За то время, что он провел в другом городе-поселке недалеко от этого городка, он успел здорово так навыдумывать себе небылиц. Он стал все больше опасаться того, что его кто-то найдет. Что-то найдет. И это что-то придет не дружить, а захочет снова пытать тебя, посмотреть, сколько ты еще протянешь так, в мучениях. От таких мыслей он вздрогнул и наконец, придя в движение, зашел внутрь дома. В глаза сразу бросился беспорядок, оставленный им же самим в последний свой визит тут. Везде была темнота, в некоторых местах от не ухоженности и сырости стал прорастать мох. Майкл оглядел всю эту картину и тяжело вздохнул, осознавая, что в доме никто не появлялся. Да и кому? Его младшая сестра пропала, мать разбилась на машине, брата он убил своими руками, а отец начал сходить с ума и вскоре тоже пропал. Об отце ему больше ничего не известно, с того момента прошло примерно около года может и меньше. Он закрыл дверь и подумал, что было бы хорошо здесь убраться. Но он не станет этого делать во всем доме. Просто зачем? Да и нечем, вся мебель была потрепана жизнью и веяла оставшимся здесь ужасом и унынием. Денег Майклу едва хватало на одежду т.к., есть ему было просто не нужно, у него нет ни желудка, ничего остального. Только вместо костей в некоторых местах куски железа похожие на провода. Он оставил рюкзак – единственная нужная вещь, в которой он мог хранить все свое имущество. На работу он не мог устроиться из-за его запаха, который исходил от него. Трупный запах он всех и отпугивал, а когда они видели его лицо без грима, если нужно было именно его лицо, то ужасались и, читая отрывки молитв им известные, буквально убегали от Майкла. Вот так и получалось, когда мог куда-то устроиться – устраивался и старался держаться там как можно дольше. Но если его кто-то видел без грима или иногда он носил маску, то на следующий день следовало увольнение по неизвестным причинам, мол, плохо справляешься. Так и выживал, пока не смог больше найти в том городе вакансий, то подался обратно сюда т.к., не смог оплачивать съемную квартиру. Ладно, давайте не будем об этом не самые лучшие воспоминания жизни. Вернулся он в родной город ради... мести. Да, именно ради нее, он очень хочет отомстить тому роботу... Он не может оставить это дело, просто так зная, что этот монстр может продолжать такие же трюки с сотнями, тысячами людей. «Надо было об это раньше думать но... тогда мне было не до остальных». Майкл поднялся на второй этаж, пощелкал выключателем и понял, что света нет. Да и откуда ему тут взяться? За электричество никто не платил как минимум год... Или сколько прошло времени с момента его... смерти? Как это вообще назвать? Майкл вздохнул, сел на кровать, уткнувшись лицом в руки. Холод. Дикий холод. Ему постоянно холодно, его тело гниет очень медленно, он бы предпочел еще раз умереть, но не может. Пытался. Он пытался вскрыть вены, что было, по сути, тупым поступком т.к., крови у него и так почти не было, пытался вешаться. Это была одна из самых удачных попыток правда, потом, он все-равно очнулся и понял, что не умер. Затем ему в голову пришла гениальная идея – утопится. Что тоже не помогло т.к., его достал из воды какой-то парень, а затем с криком поплыл обратно, но попытка суицида провалилась. С суицидом он завязал, но этот дикий холод... От него некуда деться, батареи едва помогают, почему он вообще его чувствует? Разве он не должен был потерять навыки чувствовать запахи, температуру, вкусы и пр., так почему он постоянно ощущает этот холод!? Ответа на вопрос ему никто не давал, да и не мог дать. Позже, он нашел много разных одеял, пледов и прочего, что могло бы согреть да вот только, греть было нечем. От тела не исходило и капли тепла. «Надо найти работу... нужно платить хотя бы за отопление..» подумал парень и залез в мобильник. Сам мобильный был довольно старый, по тем временам очень даже дорогой, но сейчас есть марки и получше этой, но Майкла это не заботило. Поища на разных сайтах вакансии, он наткнулся на вакансию ночного охранника в пиццерии... Майкла передернуло, глаза стали бегать вправо-влево, мысли лихорадочным потоком лились одна за другой, вспоминая события той ночи...