Дурдом на вылет.

— УЙДИ, ДИКОБРАЗ ДОИСТОРИЧЕСКИЙ! ЧЖУЛЮ!!! Называть целительницу Вэнь дикобразом было чревато. Очень. Да и сил у Чао убегать особо не было, но надо. Очень надо! Поэтому верный телохранитель снова превратился в ёлочку, вокруг которой бегали дети малые. Одна из них с иголками, второй со спичками вместо рук. Правда «спички» не работали пока, но это вопрос времени. А пока второй господин Вэнь использовал едва оставшиеся силы, чтобы «ползком и ать-два» отсюда. Если бы Сжигающий Ядра, видимо решивший сжалиться над ним, не поймал бы злющую целительницу, то ёжиком стал бы сам Чао. С иголками в самых неожиданных местах. Но после того, как «любимая родственница» успокоилась, осмотрела его, обматерила и сказала, что с таким малым количеством оставшейся ци никаких «ползком и ать-два»… Собственно желания вставать с кровати и не было. Потому что всё, кроме нее самой, постоянно меняло свое место перед глазами, намереваясь укатить в такие геометрические фигуры, что можно заново учебник по геометрии составлять. «А его здесь и нет… Хоть какая-то радость…» Оставалось только лежать и пялиться на Чжулю рядом, потому что к окошку Еву тоже не пустили. Наверное, подумали что она может с весёлым «эгэгэй, мать вашу!» из этого самого окошка выпасть. Не Цишань, а психушка какая-то. Мгм, а главный санитар — Вэнь Сюй. Примчался злющий, не меньше Цин. «Такая честь, а я не при параде…» — Любимый брат… — Мне не нравится начало. Рубиновые очи, сверкающие желанием надрать младшему задницу, смотрелись, мягко говоря, страшновато. А ласковая улыбка, коей обычно одаряют жертв Огненного Дворца — тем более. Сейчас Вэнь Сюй очень уж сильно напоминал отца… И это не очень обнадеживало. — Давай сразу договоримся… — Ева потихоньку, вопреки запрету Вэнь Цин, поднималась с кровати, одновременно за рукав ханьфу притягивая личную «кирпичную стенку» к себе, — …ты сделаешь вид, что ничего сегодня вообще не было… А я больше не жгу леса Цишаня… — У меня есть идея лучше. *** — Хуевые у тебя идеи! Убивать его, конечно, никто не стал. Физически. Но Сюй пошел другим путем. Он просто поставил на следующий день, когда младший более-менее оклемался, снова спарринги. А пары «ученикам» выбирал сам. В том числе и брату. На вопрос «а не хочешь ли ты свалить по своим важным делам отсюда нахрен» старший лишь отмахнулся. Нет у него дел. На ближайшие два дня. Засранец. Специально же примчался небось. Но вернёмся к нашим баранам. Точнее к одному барану и одной овечке. Баран-Сюй решил мстить нервам младшего брата и поставил его на двухчасовой тренировке с овечкой-Нином. При этом почему-то отдельно и аж дважды упоминая, что если эту «овечку» кто-то покалечит, то этому кому-то потом бегать вокруг лагеря кругов пять. «Кто здесь вообще главный, я не понял? Это мой лагерь или чего? Да и не собирался я его калечить… Мне его хотя бы просто ударить для начала осмелиться…» В рукопашную Чао пока тренировался только с Чжулю. И он единственный с кем не работали так и не выбитые сопли о том, что «людей бить нельзя, им же больно». Этого можно! Даже нужно! Иначе сам огребешь по самое не-хочу. Так что, пусть и практически безуспешно, но молодому господину приходилось пытаться задеть эту «стенку». Хотя он бы предпочел просто не приближаться или убегать… Но с Вэнь Нином ситуация совсем другая. И, сука, он поклясться может, что Сюй знал зачем ставил их в пару. Как бить человека, который смотрит на тебя глазами «дядя, я хороший, не трогайте меня»? Это прошлый Чао мог ему напенделять и отнюдь не от своего мастерства. Просто потому что Цюнлинь не стал бы сопротивляться. Если только убегать. Так что пока все остальные ученики занимались или хотя бы делали вид, что занимались… Чао с Нином смотрели друг на друга, как баран на новые ворота. Первый, потому что не мог себя заставить ударить обладателя этих наимилейших глаз. А второй, потому что, кажется, просто боялся, что ему как раз наоборот сейчас пропишут по лицу. И спасибо малышу Нину, что он первый отошел от «шока». И пусть не смело, но ударил первым. Молодой господин просто не смог бы поднять первым руку на эту булочку. Слишком прямые и простые удары Чао просто отводил в сторону или уходил от них сам. Чжулю первым уроком же научил «как не получить в лоб прямо». Показательно несколько раз в этот самый лоб ударив. Но научил же! Подсечки тоже удалось избежать, невысоко подпрыгнув. Но сам юноша атаковать не спешил. Во-первых, боялся сделать больно. А во-вторых… Боялся этих чертовых искр. Да, контроль над ними относительно идёт. Черепашьими шагами. Но одно дело просто ударить Нина. И совсем другое — обжечь. И Чао ну очень этого не хотел. И даже не потому, что потом ему прилетит от старшей овц… Сестры этой овечки. А старший брат умудрялся ходить по полигону и раздавать советы или замечания, в зависимости от ситуации. Его никто не считал «выебистым» за это лишь потому, что советы были действительно хорошими. Правда в духе «ещё раз так подставишься и он сломает тебе нос, лучше иначе…». До их парочки тоже прилетели несколько замечаний. Правда, в основном в сторону Чао. — Ты дерешься или прыгаешь от него, как лягушка? — Вэнь Нин тебе не сахарный, бей давай. И в подобном, к сожалению, духе. Хуже всего были две вещи. Во-первых, это слышали если не все, то большинство адептов. Во-вторых, из-за этого Ева больше злилась и соответственно больше переживала за эти чёртовы искры. И ещё меньше хотела драться. И, выбирая между «обжечь случайно Нина» и «позорно проиграть», она выбрала, разумеется, второе. Просто не стала уклоняться от очередной подсечки, позволив сбить себя с ног. Хотя видя, как ее временный соперник ошалело хлопает глазами, подумалось, что актер внутри сдох. И «нечаянно» упустить из виду прием, от которого она уже раза три успешно ушла, не получилось. Ну да ладно. Проиграла же? Проиграла. Вот и всё. Но план заключался вовсе не в том, чтобы слить тренировку с Нином и уйти отдыхать. Нет. Чао поймал за шкирку проходящего мимо брата и вот уже его с удовольствием поставил напротив себя. А Вэнь Нину пока было сказано отдыхать. О, это было гораздо интереснее. Сюя за такую подставу хотелось не просто ударить, а как минимум отпиздить. И не важно чем. Жаль, что с нынешними навыками это особо возможным не было. Подловить его на ошибках было практически невозможно. Практически. Полностью невозможно это только с Чжулю. Вот там только стой и получай пиздюлей в одностороннем порядке. Поэтому некоторые отдыхающие наблюдали картину «один брат убивает другого». При чем так можно было сказать сразу про обоих. Если Сюй брал опытом, то Чао просто на желании дать ему по морде выезжал. «Я хочу — значит сделаю». На тренировочный бой это очень быстро перестало быть похоже. Примерно тогда, когда младший в очередной раз был отправлен в полет ударом ноги по ребрам, ощутимо ударившись о землю при приземлении. И в очередной раз, скрипя зубами, поднялся. А после и старший всё-таки огреб. Не так сильно и повалить его не удалось, но с локтя в солнечное сплетение получить тоже удовольствие на любителя. Вообще-то Чао целился в горло, но в последний момент включил мозги и вспомнил «лекции» Сжигающего Ядра о том, чем это грозит. Случайно отправить брата на пару дней к Вэнь Цин — и отнюдь не на свидание — ему не хотелось. Поэтому траекторию пришлось быстренько менять, за что ему выписали уже потом подзатыльник прямо посреди тренировки. Закончилось это, к сожалению, весьма предсказуемо. Второй молодой господин просто в очередной раз оказался сбит с ног. Но на этот раз подниматься не спешил, только сел спокойно, разминая руки. Больно же черт возьми. Про ребра вообще не упоминать бы. — Урок «не лезь с головой в то, чего не знаешь» пройден? — Сюй хоть бы запыхался, скотина такая. Но брату встать всё-таки помог, пусть вместо ответа и получил лишь детскую обиженную моську и показанный язык. «Нет, не пройден. Но тебе об этом знать не надо…» И если старший брат списал такую детскую реакцию на нежелание принимать «урок», но всё же его прохождение… То по глазам недалеко стоящего Чжулю прям так и читалось «хуй ты меня обманешь». Вот уж кто глаз не спустит с Чао точно. Тем более теперь, когда у него есть новая и, к сожалению, травмоопасная игрушка. А он, как никто другой, хорошо знает, что его господин такие игрушки слишком любит, чтобы просто так бросить. Что прошлый Чао, что нынешний. «Тем более, если эта игрушка может каким-никаким, но плюсом быть…» Мгм, поджечь любопытного Усяня например. А что? И проблем меньше на будущее. Наверное. Как рассказал этот «самый любопытный», все остальные из «вип-списка», который Чао составил, вчера всё-таки отдохнули. И даже напились. Поэтому, наверное, Хуайсан сегодня так убедительно играл на тренировке умирающего, хватаясь за голову. «Представляю, если сейчас кому-то из них с похмелья прилетит по голове… Ну да ладно, не мои уже проблемы.» Так как Чао уже фактически закончил спарринг, а Сюй не собирался назло ему никуда сваливать ещё день-два… То младший нагло скинул на него обязанности за теоретическую часть, которая шла сразу после тренировки. Дал список литературы, ответственного за ее хранение человека и послал… К адептам. Главное, чтобы отец не узнал. А уж Усянь там Сюя накажет… Вместо Чао. Так что удачи брату и нервов. «А мы пока по съебам…» *** Чтобы пройти на вчерашний полигон, нужно было обойти палаты и не попасться на глаза желательно никому. Особенно никому из лекарей. Чжулю не в счёт. Он с самого начала увязался следом. И либо у этого тела такая ахуительная регенерация, что всё прошло буквально за одну ночь. Либо дорогая целительница, в целях сохранения его здоровья, просто-напросто напиздела и приукрасила всё. И Чао был склонен скорее поверить в первое чудо, нежели пойти и обвинить Цин во втором. Себе дороже. Но раз уж в итоге всё хорошо и сказочно, то не воспользоваться ещё двумя часами спокойствия будет просто идиотизмом. Если что — Чжулю опять потащит без сознания в комнату. Вот и ему тренировка силовая. Чай молодой господин не пушинка. «Итак. Если эта херня работает так, как я думаю, то у меня проблема…» Проблема заключалась в том, что эти огоньки жрали ци больше, чем когда Ева пыталась летать на мече. И одна «капелька» огня совсем не была равна капельки ци. Из этого что? Из этого проблемы. Какие? Недостаток ци, мать ее. И относительно хреновое золотое ядро. Приплыли к тому с чего начали собственно. А значит просто феячить направо и налево, проебывая остальные тренировки, не получится. Но возможно… Возможно эта фигня будет работать как резинка. Чем больше раз опустошаешь ци полностью, тем больше, пусть и медленно, но она растет. В письменном виде Чао такого нигде не читал, так что оставалось надеяться на свои идеи и надежды. И на Чжулю. Всё-таки мужик побольше прожил здесь, может чего подскажет. Первые полчаса попытки раздуть сходу огонек побольше ни к чему не привели. Пока добрый дядя телохранитель не посоветовал сначала «раскачать» огоньки от малого к большему, чтобы повторить упражнения на контроль и дать себе попривыкнуть. Даже заговорил, надо же. Сам. Видимо, ему тоже интересно хоть немного. И — о чудо — его совет сработал. По крайней мере, следуя от меньшего к большему, огоньки побольше создавать стало легче. И если раньше Чао приходилось их куда-то шмалять, боясь обжечься и просто не зная куда их деть, то сейчас вполне себе мог «потушить» их, прекращая подачу ци, или наоборот «раздуть», вливая ее побольше. Не без советов Сжигающего Ядра, разумеется… Такими черепашьими вроде как шагами через два часа от ци ничего снова не осталось, но на этот раз Ева успела остановиться до того, как свалиться в обморок. Так что обошлась весьма неприятными ощущениями по телу. Как будто ее сначала отпиздили, а потом этими самыми огоньками нашпиговали. Но зато на своих двух. «Итак, что мы имеем? Имеют тут меня… При чем мои же усилия…» Огненные шарики прокачались от размера спичечного коробка до целой ладони. Ну, или правильно будет говорить «всего лишь» ладони. Черт его знает. Сравнивать достижение не с кем. Со способностью Чжулю сравнивать не получается. А на шутку «давай кто больше ядер и тел сожжёт» молодой господин получил такой взгляд, что тело озноб прошиб. Видимо, не удачная тема… А по возвращении к адептам второго господина Вэнь ждал ещё один «сюрприз». В лице старшего брата, который радостно хлопнул его по плечу и указал пальцем на место на карте, которое сам Чао специально пометил как «НИ В КОЕМ СЛУЧАЕ», а так же объявил о завтрашней ночной охоте и своем отъезде незадолго до нее. В местность, где, как Чао предполагал, находилась очень милая черепашка… Казалось бы, свалит брат и не иди себе никуда. Но он уже и подговорил Чжулю и воодушевил адептов таким своеобразным «отдыхом». «Сука, спасибо, удружил братец!»