Синдром бабочки (Цирк под названием «Жизнь»)

День добрым не бывает. Гоголь никогда и думать не мог, что будет чувствовать себя так ущемлёно в институте. Каждый взгляд прохожих сводил его с ума, а смех и подавно. Хотелось забиться в самый тёмный угол и сидеть там, пока все не уйдут. После второй пары, он зашёл в аудиторию куратора, смотря на того грустными глазами. Фёдор убрал из рук небольшую книгу, оттягивая от стола небольшой стул для гостя, махнул тому рукой, приглашая парня подсесть поближе. Сейчас у Достоевского закончились пары и преподаватель просто сидел и ждал, пока они закончатся и у студента, что бы отвезти его домой. —Что-то случилось? - спросил брюнет, следя как Коля садиться на стул на против. —Я себя плохо чувствую... - услышав такой ответ, Дост сразу же положил ладонь на бледный лоб, — Нет! Не в этом смысле... —Тогда что именно тебя тревожит? - сейчас он был похож на личного психолога, что внимательно смотрит за каждой эмоцией, каждым движением своего клиента, что бы понять всю суть его переживаний. —Мне кажется что на меня все смотрят... И все обсуждают... - взор разных глаз упал на пол, будто как-то виновато, —Можно мы поедем домой сейчас?.. —Я не могу отвезти тебя сейчас. Сегодня у тебя важный экзамен. Сможешь потерпеть ещё чуть-чуть? Как раз осталась одна пара, а после мы можем поехать и купить что-то, чтоб поднять тебе настроение, хорошо? - в ответ он получил лишь положительный кивок, — Вот и умничка, а теперь тебе нужно поспишить, Рембо не любит когда кто-то опаздывает. Гоголь вышел с тяжестью. Находясь в коридоре, полным людей и их неразборчивых разговоров, у того сразу начала кружиться голова, а в глазах двоиться. В аудитории почти никого, только сам Артур сидел на своём месте, проверяя какие-то бумаги. Это немного порадовало блондина, после чего тот просто сел на своё место, повторяя материал. С каждой минутой кабинет становился всё более полным, пока и вовсе каждое чёртово место было кем-то занято. И вот, наступил тот самый момент. Артур Рембо был сам тем ещё прогульщиком, а точнее почти всё время болел, а время проведённое в университете всегда был укутан во всё что только можно, один раз даже сидел за своим столом укутавшись в пуховое одеяло, так ещё время от времени приговаривал что всё равно мёрзнет. Не один студент, никто, кто окончил институт и даже сами преподаватели, не помнят не одного момента, когда он был здоров. Но когда он вновь разболелся до предела никто не знает и если ты не сдал с первого раза, то есть огромный шанс потом переться на другой конец света, к дому Рембо, что бы всё же сдать экзамен. *** Машина уже ехала в сторону дома. Коля настоял ехать сзади, потому что там затемнённые окна. С каждой минутой он чувствовал себя только хуже, находясь в местах, где его могут увидеть. —Не передумал быть артистом? - вдруг спросил Фёдор, пока те стояли на светофоре. —К чему ты это спрашиваешь? —Да так. Ты даже по улице пройтись боишься, где на тебя почти никто не смотрит, а там сцена или камера и все смотрят на тебя, - в ответ лишь молчание, — Ты не думай... Я не хочу чтоб ты отказывался от своей мечты, я хочу чтоб ты начал потихоньку избавляться от свой фобии. Прячась от всех, ты ничего не добьёшся. Давай начнём с лёгкого. Что именно тебя пугает? - и вот загорелся зелёный, сейчас конечно лучше отдать всё внимание дороге, но и после начала такого разговора, нельзя оставить без внимания своего собеседника. —Я... Боюсь что они все меня обсуждают... После того видео... Смеются... - его голос всё время обрывался, а мысль оставалась незаконченной. —И всё? Люди с острыми языками всегда всех обсуждают. Засветился бы ты в интернете или нет, всегда есть тебе самые подзаборные бабки, что будут говорить что-то о твоих волосах, одежде, даже походке и ведь ты этого не замечал, верно? Эти крысы начинают свой диалог когда ты отвернёшься и уже точно их не услышишь. На таких даже внимание обращать не стоит. А нормальные люди, такие видео даже не смотрят, да и другая у них работа есть, кроме того, чтоб рассматривать каждого прохожего, не их это проблемы, - всю оставшуюся поездку они провели молча, Николай не мог ответить даже на собственный вопрос, нежили ещё отвечать на него Фёдору, а Федька не стал нарушать тишину, давая собеседнику ещё подумать над ответом. На дороге к торговому центру, Гоголь уже сидел впереди, не прячась за тёмными окнами, — Что бы ты хотел себе купить? - уже на парковке спросил мужчина, смотря на студента. —Не знаю... Посмотрим что будет, - шоппинг его не сильно радовал. Ходя по магазинам, они не могли найти ничего такого, что могло бы хоть каплю поднять настроение. Даже Фёдор ворчал о том, что сейчас продают одну херню, но а потом, они уже решили поситить детский магазинчик, что бы купить бутылку воды, так как в самом здании между этими ларьками, вода стоила от 150 рублей за пол литра. Конечно же не такие огромные деньги, но куда дешевле будет купить в детском за 30. Зайдя, Фёдор сразу пошёл ближе к кассе, а Коля начал осматриваться. Здесь было всё цветное, весёлое и интересное. Заметив заинтересованный взгляд партнёра, Достоевский решил всё же остановиться тут и посмотреть уже игрушки, а не одежду, может какая-нибудь игрушечная машинка и будет радовать его больше, чем новые шмотки. Ходя между рядами стеллажей с игрушками, юноша наткнулся на отдел полностью заваленный самыми разными плюшевыми зверьками. Высматривая каждую, он нашёл маленького плюшевого белого котёнка, что своими глазками пуговками смотрел прямо в душу блондина. —Берём? - усмехаясь спросил Фёдор, смотря на эту умилительную картину. —Ну... Это как-то по детски... Я просто хотел посмотреть, - он уже собрался ложить игрушку назад, как вдруг Фёдор тоже взял себе игрушку. Это была большая чёрная мышка или даже крыса. —Ну давай, я тоже себе возьму, смотри какой красавец, - он взял игрушку за передние лапы, заставляя Колю посмеяться. —Впервые вижу, чтоб тридцати летний мужчина выбирал себе игрушку, - прикрывая рот ладонью, хихикал блондин, — Он на тебя похож. —Теперь я его точно беру, будет Фёдор Младший, - это заставило студента только больше посмеяться, — Давай ещё что-нибудь возьмём, а то весь день прошарахались и только две игрушки. Давай хоть три, бог любит троицу. —Сигме ещё возьмём? - вытирая выступившие слёзы смеха сказал Коля. —Конечно, а то он прийдёт к нам в гости, мы играем, а ему не чем. Давай найдём тоже чтоб похожая на него была, - он быстро начал рыться на полках, даже ранняя некоторых зверей на пол, но быстро поднимая. Во время поиска находились игрушки похожие на однокурсников Коли и прочих знакомых, над чем парни тоже успели посмеятся. Не долго думая, Коля тоже приступил к поиску и только спустя десять минут они общими усилиями нашли подходящую. Это был белый зайчёнок с розовыми пятнышками и жёлтым бантом на шее, — Идеально. А он вообще как к игрушкам относится? —Когда был маленьким очень любил, сейчас даже не знаю, - теперь в руках Гоголя было уже две игрушки. —Давай ещё что посмотрим? - Фёдор решил не мелочиться на одних игрушках и походив ещё они взяли красивые резинки для волос, одну толстую тетрадку с яркой обложкой, пушистый брелочек и много чего подобного, а потом уже пошли оплачивать всё на кассу. —У вас наверное скоро ребёночек появится? Или уже? - спросила молодая кассирша, пробивая товар. —Мой «ребёночек», рядом стоит, - показывая на Колю сказал Достоевский убирая товар в сумку. Данный ответ заставил посмеятся девушку, а парня залиться краской, — Да и у самого детство заиграло в одном месте, - добавил старший, что бы уже не так обижать своего друга. —Ясно всё с вами, - улыбаясь ответила та, пробивая чек, — Удачного дня, приходите ещё, будем вас ждать! —Конечно, обязательно прийдём, ещё друга притащим, - вот уже и пакет в руках, свою игрушку блондин сразу выхватил как её пробили, как бы он с этим котом ещё в институт завтра не пошёл. По дороге они продолжали свой диалог, до самого дома, а уже на месте, Коля раставлял все покупки, пока Фёдор говорил по телефону в соседней комнате. Мужчина разговаривал чуть ли не пол часа, а после раздражённый вышел на кухню, где был Коля со своей новой радостью. —Я завтра тебя только до института довезу, домой тебе прийдётся либо пешком, либо на такси, - сделав небольшую паузу, сразу ответил на «Почему?», что ярко отоброжалось в любопытных глазах, — Мне завтра нужно съездить на другой конец города и взять несколько бумажек по работе, вернусь только вечером. Сигме звонить? А то у тебя завтра только две пары, что бы скучно не было потом дома сидеть. —Не стоит, сам себя чем-нибудь завлеку, а то у него наверняка работы накопилось, - немного грустно ответил блондин, после чего Достоевский решил резко сменить тему. —Придумал своему котёнку имя? —Ну... Кефир? —Нет, слишком просто. —Фёдор младший второй? - чуть улыбнувшись спросил Коля. На этот ответ Фёдор тоже лишь посмеялся. —Давай поужинаем? Я могу что-то приготовить, - Фёдор уже хотел подойти и проверить запасы, но его быстро остановили. —Готовка это не твоё, лучше я что-то приготовлю или закажем на дом. —Мая стрепня настолько ужасна? - имитируя обиду пробормотал Федька, уже ища что-то в телефоне, — Суши или пиццу? - он зашёл в свой любимый интернет магазин где можно купить и то и то. —Давай то, что быстрее прийдёт, - подойдя вплотную он начал смотреть в чужой телефон, смотря на ценники, — Дорого как-то... Давай я лучше что-то сам приготовлю, там пельмени где-то были заморожены. —У меня есть скидка как частому клиенту, - он выбрал что-то и сразу же купил, —Пятнадцать минут и будет тут. —Теперь понятно где и чем ты питался, потому что если бы ты ел то, что приготовил давно бы отравился. —Ой-ой-ой, а ты у нас прям шеф повар из самого дорого ресторана? —Не повар, но моя стрепня получше чей-то будет, - Коля скрестил руки, гордо задирая нос. —В таком случае...- он схмурил брови, подходя к парню ближе и ближе. —Ты чего задумал?.. - парень начал пятиться назад, пока его спина не встретилась со стеной. —Да так... - он подошёл максимально близко, буквально прижимая того ближе к стене. Его паникующее лицо заставило маньяка ухмыльнуться и его рука быстро скальзнула под футболку, заставляя очень сильно покраснеть, —Я хочу тебя... - сказал тот у самого уха, одной рукой обхватил две его руки, чтоб тот не дёргался, — Пощекотать, - рука, находящаяся под футболкой резко защекотала его, заставляя блондина заливаться смехом, — Скажи что я хорошо готовлю и я остановлюсь. —Д-да, ты хорошо готовишь, только п-прекрати, - уже скатываясь по стене вниз бормотал младший, прогибаясь в спине. Фёдор остановился и посмеялся над этой одновременно смешной и привлекательной для него картины. Его рука плавно провела по чужой талии, пока её обладатель востоновлял дыхание после такого. Щёки красные, волосы взъерошенны, а глаза блестят, такой вид застовлял заполнять тёмную голову самыми дурными мыслями, — Отпусти, - сказал парень уже почёче, дёргая руками в крепкой схватки. —А если я не хочу? - вновь расплываясь в улыбке ответил Фёдор, продолжая держать чужие руки над головой. —От-пус-ти! - парень стал только больше дёргаться, но и Фёдор усилил схватку. Когда Коля всё же успокоился или попросту устал, то Фёдор приблизился к чужому лицу он очень аккуратно поцеловал того в щёчку, после чего уже отпустив. Щёки вмиг загорелись пуще прежнего, а два разных глаза сразу вопросительно посмотрели на довольного брюнета. —Твои щёчки выглядили как две спелых клубнички, я не мог не попробовать их на вкус, - всё же сказал Федька, после чего Гоголь смущённо отвёл взгляд, —Ты такой милый, когда краснеешь, - он выкинул это не думая, после чего осознав сказанное сам немного покраснел. —Хватит меня смущать... —Ладно-ладно, молчу я, - продолжая умиляться этим красным щёкам, он услышал звонок в дверь, — А вот и ужин,- тот не спеша пошёл к двери и забрал уже оплаченный заказ, неся на кухню. Коля уже сидел за столом, щёки его до сих пор горели, хоть уже не так ярко, а взгляд стал задумчивым, —Я надеюсь ты любишь суши, - он поставил пару коробочек на стол, после чего и открыл, протягивая блондину запакованные палочки, а сам быстро открыл свою пачку и уже уложив на пальцах зацепил одну, обмакнув в соевый соус и положив себе в рот, прикрыв глаза. —У меня брак... Тут только одна, - голос Николая заставил раскрыть уже сонные глаза. —Дай сюда, - он разломал палочки где нужно и отдал обратно, — Так должно быть, - уже стало понятно, что суши он ест впервые или долго не ел. Брюнет не стал откликаться и уже смотрел как Гоголь уложив эти две палки пытался защипнуть хоть одну, даже вторую в другую руку взял, но бедная суша лишь скатывалась обратно в коробочку, до тех пор пока нервы его не сдали он просто не воткнул эти палки в свою еду, накалывая будто на вилку и быстро отправил в рот пока и та не свалилась, —За тобой вечно наблюдать можно, - он посмеялся прикрыв рот рукой, смотря как Коля напротив схмурил брови, —Вкусно хоть? —Да, отень, - вновь с набитым ртом говорил блондин, уже накалывая таким же способом вторую. —Ну тогда приятного аппетита, - Фёдор уже не стал показывать как правильно их держать. Зачем же лишать себя такого шоу? —Тебе тофе, - уже с набитими как у хомячка щёчками говорил юноша, явно он был очень голоден. Суши были испепелены меньше чем за десять минут, а после уже сытые по очереди отправились в душ и в кровать. Фёдор уже давно не посещал свой дом, только за вещами заехал после работы и всё. Он всё надумывал предложить жить вместе, а своё жильё продать, но как-то не входило в темы разговора, он то забывал, то ждал подходящего момента. Гоголь уже спит, крепко прижав к себе плюшевого котёнка. Не долго думая, Фёдор обнял блонда. Коля от этого не просыпается и во сне только ближе прижимаясь к тёплому тельцу, утыкаясь носом в бледную шею. От его дыхание мурашки по коже. Это давольно странное, но приятное чувство. Прижав младшего к себе, он тоже уснул. Ночью Николая мучили кошмары. Один за другим и каждый страшнее предыдущего. В какой-то момент все они прикратились и он просто оказался в старом бабушкином доме. Ничего не изменилось с его детства. Те же светлые деревянные стены, та же белая печка и то же кресло, где сидела сама бабушка. Увидев внука она лишь робко улыбнулась не сильно похлопав по ноге, приглашая. Когда он был маленьким, он часто сидел у бабушки на руках, рассказывая всё, и хорошие и плохое, а бабушка всегда потдерживала разговор с маленьким Колей. Когда он подрос, эта привычка не выходила с их повседневную жизнь, только теперь, мальчишка что не помещался на старческих коленях, ложил туда лишь голову. Он часто зачитывал ей своей стихи в таком положении, пока её старая, дряхлая ручка перебирала белоснежные пряди волос. Часто такие посиделки устраивались тогда, когда старушка видела как мальчишке было плохо и это хорошо было понятно по кислому вырожению лица и сейчас, увидев столь скромный жест, Гоголь подошёл ближе и сев рядом, положил голову на её колени и почти сразу же почувствовал как чья-то тёплая рука, гладила взъерошенные волосы. —Что тебя беспокоит, милый? - вдруг спросила Мария, загоняя пальцы в густые волосы. —Я... Не знаю... - вдруг ответил парень, даже не зная, что его мучает на самом деле. —Что случилось? - вновь спросила старушка, пока тяжёлые веки парня тихо закрылись, даже морщась, не давая слезам выйти наружу. —Ничего. Просто кошмар, - эти руки, они заставляли думать о том, что всё произошедшее за 5 лет всего один сон, небылица, что происходила в его голове перед отъездом в город. —Что же было в твоём кошмаре? Ты выглядишь так напуганно и истощённо. —Очень... Очень... Много чего... Я даже не знаю с чего начать, - на его лице появилась улыбка, — Но это уже не важно. Куда ночь туда и сон, верно? —Конечно, - она лишь тихо посмеялась, — Что ты хочешь на ужин? —Я сам приготовлю что ты захочешь, отдохни, - ласково сказал Коля, понимая что рука, что гладит его лединая, — Тебе холодно? Затопить печь? —Нет, я вовсе не чувствую холод, - голос её оставался тем же насмешливым. —У тебя такие холодные руки. Ты уверенна, что не замёрзла? - он поднял голову и посмотрел на старушку и тут же рефлексом отскочил назад, с ужасом смотря на представшую перед ним картину. Деревянные доски на стенах моментально прогнили, некоторые и вовсе отпали, оставляя на своём месте лишь чёрную дыру. Красное мягкое кресло было наполнено дырками, торчащими пружинами, пылью и паутиной, но это его почти не пугало, в отличие от старушки. Не смотря на отсутствие глаз, он чувствовал что смотрит она сейчас именно на него. Светлая кожа стала холодного синего цвета, в некоторых местах были дыры проеденные личинками. Редкие волосы небрежно свисали на плечо. —Нет, мёртвые не чувствуют холода, - кончики фиолетовых губ резко опустились, — Я хочу тебя забрать. Тебе тут плохо, тебя обижают. Давай вместе умрём? На том свете нет плохих людей, мы будем лишь вдвоём. Ты не будешь чувствовать голода, холода и боли. Я окружу тебя своей заботой как раньше, помнишь? Я дам тебе всё, что ты только пожелаешь, - она не сдвинулась с места, но стены вокруг стали опадать, оставляя за собой лишь сплошную темноту. Он попытался сбежать через дверь, откуда он и пришёл, но та была закрыта на замок, —Ты хочешь уйти от меня? Ты не скучал? Ты хочешь обратно, где тебя все обижают? - всё вокруг стало рассыпаться лишь быстрее, а доски пола одна за другой проваливались в бездну и уже совсем скоро, осталось одна единственная доска, на которой и был блондин, — Не бойся смерти, тебе её не избежать, - последняя доска оборвалась и вместе с ней вниз полетел и Гоголь. Это заставило его проснуться Блондин быстро выпрыгнул из объятий Достоевского и побежал сразу в ванную. От воспоминаний облика мёртвой бабушки его сташнило, а от страха разрывалась грудина, сердце бешано билось, просясь наружу, а ноги и вовсе не держали парня. Более менее прийдя в себя, он подошёл к ракавине, что бы умыться. ‌ Холодная вода приятно стикала по щекам и лбу, раслабляя и ободряя. Сейчас хотелось по привычке посмотреть время, но нигде часов не было, но в глаза бросилось настенное зеркало, в котором было далеко не его отражение, а тот самый образ старухи, что смотрела на него и улыбалась чёрными сгнившими зубами. —Хватит тянуть со смертью, убей себя, убей, избавь от лишних проблем, так будет лучше, - её слова раздовались эхом в голове, до тех пор, пока блондин с психу не разбил то кулаком. Осколки полители со свистом на пол, вгоняясь в бледную кожу. Ноги вновь подкосились, заставляя того упасть на холодную, уже окровавленную плитку. Голоса не заканчивались, а лишь усилились. Голос предлагал перерезать вены одним из осколков и закончить всю боль и сколько бы он не жал свои уши, он не умолкал. Лишь через время, сквозь этот пронзительный писк в ушах, он услышал другой голос. —Что случилось?.. - Коля даже не заметил как Достоевский подошёл чуть ли не в плотную. Он взял окровавленную руку блондина и очень аккуратно стал вытаскивать осколки загнаные в ладонь. Ответа он не получил, а лишь невнятное бормотание в перемешку со всхлипами. Как только осколки были вынуты, он собрал и с пола и выбросил, оставляя на лице полное спокойствие. Открыв дверцу под раковиной, он достал аптечку и стал обрабатывать раны и заматывать те бинтами. Заметив что Коля более менее успокоился, он вновь повторил свой вопрос, — Что произошло? - спросил он уже более настойчиво, явно ожидая внятного ответа. —Просто кошмар приснился... - как виновато ответил тот, понимая сколько шума он натворил. —Не думаю, что это всё, - завязав последний бинт сказал Дост, уже убирая аптечку назад. —Серьёзно... Только кошмар... И... Немного побочных эффектов после него... —Что было в твоём кошмаре? —... Бабушка... Она звала меня к себе... А когда я уже проснулся, то её голос и облик продолжал меня приследовать... - на это брюнет лишь вздохнул, протягивая руку, что бы помочь встать. —Пойдем поспим ещё? Если вновь начнуться кошмары, то я тебя разбужу, - проигнорировав протянутую руку помощи, Гоголь встал самостоятельно, что было конечно не очень красиво, но Фёдор промолчал, лишь показав свое недовольство нахмуренными бровями. —Хорошо.. Пойдём.. - когда вновь они легли вместе на кровать, то оба не могли долго уснуть. Фёдор ждал, когда первым9 уснёт Коля, что бы убедится, что его кошмар не продолжится, а блондин и вовсе боялся даже на секунду прикрыть глаза. В конце концов, Достоевский отключился первым, а Гоголь не замкнул и глаза, лишь прячась под одеялом, чувствуя на себе взгляд мертвеца. Вот и новый день. Как и говорил Фёдор, он отвёз его только до института, а после сразу же поехал до адреса, что ему дали вчера. Коля не спеша шёл до входа, а после и по коридором. Чувство, будто на него все смотрят, не уходило, а наоборот усилилось. Слова Достоевского о том, что бы он просто не обращал внимания на них не помогали, сколько бы он не пытался контролировать это чувство, оно давало знать о себе только больше. Голова кружилась будто после недели пьянства, а в глазах плыло. В этих размытих линиях реальности, он видел свой ночной кошмар. Стены будто сдавливали его, не давая набрать воздух полной грудью, а ноги всё время подкашивались, создавая ощущение падения. Каждый прохожий человек казался ему очередным мертвецом, что хочет забрать Гоголя в свой загробный мир. Этот день проходил максимально медлено, каждая секунда тянулась как часы. Хотелось забиться в угол от всего мира и просто дождаться Фёдора, спрятавшись за тёмным стеклом его машины и спокойно доехать домой, а там уже закрыть все окна и спрятаться под одеяло от всего этого давления. Голос внутри всё так же подзывал к окончанию этого трагического спектакля и освободиться от всей боли, тяжести и печали. Его мысли были заполнены только этим. Стоит ли продолжить столь несчастную и не нужную жизнь, где все хорошие моменты лишь в мечтах? В мечтах за которые трудно уцепиться, что бы за этот волшебный хвост притянуть к себе в реальность, но бегая за ней, он лишь в спотыкается о собственные ошибки, что цепляются друг за друга как домино и создают глобальные проблемы. Он в спотыкается и бьётся о холодный кафель реализма, где всё построена лишь на крови и лжи. Думая об этом, хотелось всерьёз хоть глазком глянуть на мир на против. Неизвестность пугает. Что его ждёт там? Ждут ли его? Что изменится в его жизни, если он опробует смерть? Слишком много вопросов... Но как жаль, нет человека, что с точностью сможет ответить хоть на один из них. Люди, что видели то, что было на другом берегу сознания, либо остались там, неизвестно, от того ли что там так хорошо или от того, что попав туда, невозможно выбраться, либо попали в дурдом, сойдя с ума от полученной информации. И даже так, у всех утверждения разные и ни одно не повторяется. Кто-то описывает загробье с большим столом, где лежит всё, что ты заработал при жизни. Кто-то с беззаботным местом, где всё хорошо. Кто-то с горящим котлом с грешниками, а кто-то в обычное перерождение. Что же было настоящем? Или всё ложь и после смерти не ждёт не чего? Просто ничего. Сплошная мгла, отсутствие чувств, отсутствие света, отсутствие всего, чего только можно и нельзя прикоснуться. Эти раздумия... Они рвали изнутри только больше, не давая подумать не о чем другом. Все мысли были заполнены лишь смертью, не давая дойти в голову другим мыслям. После последней пары, он шёл домой давольно шустро, смотря к себе только под ноги. Он не хотел видеть чужих лиц, он не хотел встречаться взглядом с пустыми от эмоций глазами. Хотелось домой, хотелось найти утешение в чем либо, хотелось найти ответ, хотелось опробовать на вкус ту самую смерть... Глаза не видели ничего кроме собственных ног, а уши затыкали повторяющиеся мысли. В носу застыл трупный запах. Ноги шли сами, по памяти, пока их владелец был занят совсем другими делами. В какой-то момент, его мысли потревожил звук куда громче собственных мыслей. Только после этого звука, его перестали тревожить мысли о смерти. *** Пять вечера. Фёдор только едет домой. Он сильно устал от тех переговоров, устал от дороги и упрямых людей. Работая на прошлой работе, упрямство можно было смерить ножом, но сейчас на лезвии был только он и лишь хорошо обдуманные фразы помогали не слететь вниз. Он перебрал какие только можно маты и оскарбление, даже придумал свои, но его мысли на счёт людей свыше прервались телефонным звонком от Сигмы. —Ало. Да. Привет. Я сейчас за рулём, мог бы ты... Что?... Погоди, я вроде бы не расслышал... Что!?