Между нашим сном

Последний майский вечер догорает великолепным закатом слепящего солнца. Тёмненький парень сидит на подоконнике, подтянув ноги к себе и обняв их руками. Взгляд жёлтых внимательных глаз безучастно бегает по картине снаружи. В принципе, всё как обычно, исключая тот факт, что деревья и травка ярко позеленели. Признать, и небо после зимы чище становится. Облака больше не кажутся такими серыми и гнетущими, на сердце, при виде ввысь, царит какое-то умиротворение. А в общих рамках — всё как всегда. Те же дома, пекарня по соседству, в которую частенько с утра заглядывает наш герой, чтобы получить выручающий стакан кофейного напитка. Обычно это что-то покрепче, ему это жизненно важно. Так же и другие уже знакомые заведения. Почти ничего не меняется, ведь около центра города бизнес развивается не плохо, и перемещать свою контору не имеет смысла. Парень смотрит поверх крыш. Взор падает в большое круглое окно, где обычно сидит серенький котик с белой мордашкой. Сегодня его там не оказалось, и это немного удручает. Глаза слепит солнечный свет. Последний день мая. Завтра он уезжает чёрт его пойми куда, ведь отец посчитал, что это пойдёт подростку на пользу. Было обидно. Он должен понимать, что парню такое не нужно от слова совсем. "Ну естественно, лучше всё лето в компьютере сидеть. Твои игрушки меня достали, спишь и питаешься не пойми как, а потом жалуешься на то, какие все вокруг плохие. Не в этот раз, пострелёнок." Типичные дедовские ворчания, но доля истинной правды в них есть. Делать нечего, нужно подчиняться старику, в противном же случае придётся слушать его часовые лекции о жизни и будущем. Чжун Ли не является родным отцом Сяо. Да и походит больше на его дедушку. Выглядит Чжун очень даже хорошо для своих лет, но чувство того, будто он родился с "дедовским" характером никак не покидает Адепта. Вообще не известно, кто его родители, но он точно знает, что они те ещё сволочи, раз оставили новорожденного младенца в мусорном баке. Старик вовремя проходил мимо, когда услышал возню в баке. Нет, он совсем не плакал. У Сяо просто не получается это делать, с самого его рождения. Конечно были моменты, разбитая коленка или сломанный велосипед например, но это.. не похоже на плач. Можно описать это словами "у него из глаз идёт вода". Верно, просто текут слёзы без каких-либо подобающих для плача звуков. С одной стороны это даже полезно, Чжун Ли не любитель шума. Сказать по парню, он тоже, но лишь внешний шум. Алатус очень любит громкую музыку. Но только, если она играет лишь ему. Не было таких случаев, когда Якша позволял кому-либо даже иметь мысль о том, чтобы присоедениться к прослушиваю композиций в наушниках парня. В обществе юноше находиться не то что бы не выносимо, а просто не очень приятно. Он не любит излишнее внимание, считает, что оно просто ему не нужно, как и другим внимание от самого Сяо. В школе безусловно есть люди, с которым парень общается, как же без них, но в частности это навязанное и привычное общество. Алатус не брезгует им, а просто привык. Воспринял это, как должное или нужное каждому нормальному человеку, но его "подругой" оказалась самая несносная девушка в округе. Ху Тао. Именно она и предложила деду съездить в лагерь вместе, не подумав о критичности Чжун Ли и нежелании Якши. И вот ничего не поделаешь. Едем в лагерь. Тао сказала, что смена длится всего десять дней, но не объяснила, почему же она укороченная. " Не знаю, может быть не много заявок в этом году! " Это ведь даже к лучшему! Адепту нахрен не нужно торчать там не весть сколько, ему вообще пока что нет дела до поездки. Для приличия, ну и для того чтобы старик не ворчал, Сяо собрал сумку с одеждой и средствами гигиены. Подростку больше ничего и не нужно, кроме некоторых мелочей. Парень откинул сумку с вещами в угол комнаты, осматривая само помещение. А ведь он почти никуда и не уезжал из дома. Никогда. Живёт всю жизнь в своём уютном отцовском гнезде, и ладно. Вырастет, сам себе новое создаст, да и всё. Ху Тао говорит, что мыслит он слишком узко. Не видит какой-то красоты жизни, хотя сама она наследница папиного дела — ритуальных услуг. Иронично слышать подобное от такой девушки, верно? Но Сяо даже задумался. И Ху Тао, и Чжун Ли правильно говорят, наверное. Нельзя всю жизнь в одиночестве, в своём панцире провести. Юнец находится в обществе, а значит он обязан в нём существовать, как все. С характером, точно у Якши, жить будет не легко. Он думал. И пришёл к выводу, что возможно в лагере получится завести себе новое знакомство. И кто знает, может это пойдёт ему в выгоду в будущем. Агх, и впрямь узкие мысли.. Постель стелить слишком не хочется, поэтому юноша ложится спать в чём с улицы пришёл. Плевать. _____________ Новый день. Новое солнце. Новое событие. Что-то новое. Удивительно. Удивительно, но этим утром голова не болела и не мучали кошмары. Удивительно, но кажется кошмары из-за психоломающих ужастиков и хоррор игр. Удивительно, но он слышит шаги, приближающиеся к его комнате. Естественно это отец, ведь больше некому. — Сяо, ты проснулся? - послышалось из-за двери, и только потом ненавязчивый стук. Привычки. И по-обыкновенному старик зашёл без разрешения, просовываясь через дверной проём. — Доброе утро. — и тебе, — младший потёр глаза, принимая позу "сидя". — я отвезу тебя и поеду на работу, полчаса тебе на сборы. Завтрак обещали уже на месте, — как обычно, всё строго, и коротко. Возможно, Сяо даже перенял это качество. Мужчина удаляется, точно так, как и появился. Ноги Якши свисают с кровати. Он хлещет себя ладонями по лицу, и встаёт. Не было чего-то особенного, что стоило бы подчеркнуть. Алатус сидел на заднем сидении, в нежелании говорить о чём-либо с Чжун Ли, с наушниками в ушах и полуприкрытыми глазами. Ехать пришлось не долго, наверное даже на пользу. На выходе из машины, и собственно у самих ворот уже ненавистного лагеря его ожидала Ху Тао с обещанным сюрпризом. Когда парень нехотя выкатился из автомобиля вместе с несчастной сумкой, его сразу же заключили в объятия. Не хочется признавать, но Сяо — тактильный человек. Когда же несчастного отпустили, девчушка радостно пружинила на месте и испытующе глядела в глаза. —что? — недоумевал старший. —я не рассказывала, но мы приехали работать, а не отдыхать! —что?! в каком смысле "работать"? — ошарашенно выплюнул юноша. Девушка расхохоталась. — мы будем вожатыми, пень трухлявый! тебе повезло, детишки лет двенадцати будут. я всё сделаю, а ты выполняй простейшее, и всё! — гхх, ты же знаешь мою "любовь" к детям.. ну.. ладно? Тао демонстративно подняла ручку своего чемодана, покатила его к входу, подзывая друга взглядом. Весь путь она рассказывала о предстоящей.. недоработе-недоотдыхе. —на этой смене всего будет четыре отряда, нам попался самый старший, значит хлопот меньше! обязанности.. ну, как у нянек в детском саду. Просто выполнять программу, что даст директор, сохранять чистоту в корпусе, следить за отрядом, проявлять активность.. — младшая начала скучно мямлить о обязанностях, и Якша специально пропустил этот эпизод мимо ушей, слушая птичек на ветках сосен и елей. — не смотря на вроде бы лёгкость, нас на отряд будет по три вожатых. Все вожатые подростки, как и мы. Может быть третьим человеком будет кто-то симпатичный тебе? — Ху кровожадно захихикала, лишь увидела красные уши юнца. Хотел уже было Сяо развернуться и дать ей по затылку, как подруга нагнулась с конским хохотом. — шучу! возможно.. Пока друзья дурачились и обсуждали дальнейшие события, уже успели прийти к главному корпусу. Документы какими-то волшебным образом уже успела сделать девушка, поэтому мороки быть не должно было. Зная нелюдимость своего приятеля, Тао отправила Алатуса распологаться в корпусе, настаивая на том, чтобы он понес её чемодан. И конечно же у неё это получилось. По прибытии в место временного жительства, юноша сразу же стал искать вожатскую. Благо дети только в обед заедут. Парень бродил меж дверей, в поиске желаемой надписи. Нет, не то, не то.. о. В дополнительной "прихожей" было две двери. Мужская и женская. Адепт поразмышлял, и поставил чемодан подруги около двери. нет желания исследовать женскую комнату. Вдруг там кто-то есть.. Юнец без особых помыслов толкнул дверь в мужскую комнату. Что же, человека встретить он правда не ожидал. От неожиданности парень пискнул, роняя надоедливую сумку, что итак на пальце висела. Юноша внутри недоумевающе хлопал глазами. Стало неловко. Сяо молнией поднял вещь, сжимая тканевые ручки в кулак. Только сейчас он смог осмотреть парня перед ним. Много он красивых людей видел. Красота ворошит в нём мурашки, и не только их. Зависть. Нет, бесспорно у Якши не плохая внешность.. но почему-то зависть душила его. Самое противное чувство. Оно душит своими скользкими горячими щупальцами, сковывая руки, ноги, вообще всё тело. Мерзко. Но.. при виде существа на против, жёлтые глаза лишь распахнулись шире. То-ли от нелепости всей ситуации, то-ли.. неважно. Он был похож на ангела. Бледная, словно снег кожа, пепельного цвета волосы, собранные в небрежную двойную косу, и два больших глаза. А в них, будто две холодные льдины радужки. Удивительно. Воплощение всей зимы, ведь от личности веяло морозной свежестью. Его запах успел заполонить помещение. Такой лёгкий и ненавязчивый. Потом, существо открыло рот. С уст его донеслись слова. Голос его мягок, однако имеет свой причудливый тембр. — здравствуй? я напугал тебя? Было сложно что-то сказать. В горле ком. Сяо никогда не чувствовал себя так.. странно. Ему это не нравилось. Откашлившись как следует, парень несмело начал молвить. —здравствуйте.. ох, я просто был в своих мыслях, и думал, что я самый первый человек здесь.. кхм. Как нелепо это звучит. Внимательные жёлтые глаза заметили в руках ангела блокнот и карандаш. Художник? Становится всё экзотичнее. Адепту редко приходилось встречать людей искусства. Личность встала с кровати. На лице его появилась улыбка. Ах, какая мимика.. тонкие алые губы изящным контуром образуют нежное и блаженное явление, что ослепляет парня не менее. Он стал приближаться. Страшно даже дышать наравне с ним.. так ещё и одет в белую рубашку с рукавами в три четверти. Сущий снежный ангел. Он приближается. Внутри вскипает лёгкая паника. Что он сделает? Чего ожидать. Тонкая прозрачная рука аккуратно но решительно потянулась к Алатусу. Вновь чарующий голос. —Альбедо. А ты кем приходишься? Мурашки. Точно снежинки, что исходят от человека, назвавшего себя именем "Альбедо", падают на руки подростка. Сяо не понимает эти чувства. Ему не нравится испытывать неловкость сейчас. Вздох. —Сяо. Так и зови. Альбедо окутывает белыми пальцами ладонь Якши, что он тихо протянул. Две льдины прошлись холодком по руке. Личность оглядывает крашенные черные ногти, длинные пальцы парня. Как факт, у них почти один тон кожи. Затем Бедо щурится, хитро улыбаясь. —Сяо значит.. твои родители увлекаются историей древних божеств?